Из другого теста. Часть вторая

Глава 18

            Первым результатом десантирования кандидатов в оборотни оказалось почти полное одиночество Наруги. Лишь она и Дитмар сидели у костра – остальных одолевал нечеловеческий зуд. Они переполнили собой всё пространство, не переполненное возбудившимися тварями. Зубастый, обливающийся слюнями шлейф притащили к прогалине четырнадцать диверсантов – всё, что осталось за три дня от пяти с половиной десятков.

– Ну? – поинтересовалась Наруга, когда супруг заскочил на минутку проведать жену.

Дитмар сразу пропал, словно не желая портить им скоростное свидание.

– Странно, но это перерождение не вызвало ажиотажа, что устроили вы с девчонками, – задумчиво поведал Гет. – Понятно, что южней зверья больше. Но, не сказал бы, что значительно.

– Ещё скажи, что вы нарочно сгоняли их в кучу, – недоверчиво сощурилась Наруга.

– Сгоняли, – удивляясь собственным словам, подтвердил он. – Весь первый день десант шёл почти беспрепятственно. А вот ночью, когда подошли мы, его обнаружили шайтаны.

– Половину?

– Почти четверть. Четырнадцать мужиков не пережили эту встречу.

– Сам считал?

– Зачем? У военных существует перекличка. И доклад командиру.

Нет, Наруга не ожидала, что этим вторженцам повезёт больше, чем первым. Но, нарваться на шестерых молодых холостяков, которых выгоняют из семей за экстра сволочную натуру – редкое везение. Во-первых, такие большие стихийные группы все представители вида медвежьих создают крайне редко. Почти никогда. Во-вторых, они превосходно знают, что такое огнестрельное оружие, и предпочитают не нарываться.

В принципе, шестёрка молодых супостатов была сыта до отрыжки. Будь это шайтаны постарше или семейные, наткнувшись на огнестрел, они бы сдали назад. Даже – по утверждению Гета – потеряв кого-то из семьи. Но предсмертная визгливая агония товарища, подорванного несколькими гранатами, включила в остальной пятёрке юнцов безумную ярость. Шайтаны низверглись на окопавшийся лагерь людей натуральной лавиной сразу с двух сторон – особенности атаки между гигантскими деревьями, где конной лавы не добиться, хоть ты тресни.

Основательно подбить успели двоих. Вот только мужики никак не ожидали, что подбитые твари внезапно вырастут втрое. И упадут прямиком на лагерь, попутно завалив несколько деревьев. По сути, основная часть потерь пришлась на тех, кого придавило насмерть. Или настолько основательно, что ничего не оставалось, как добить. Кое-кого успели порвать, прежде чем троица оставшихся в живых шайтанов чуток остыла и ретировалась.

Но выключать свою злобную пакостную мстительность не в их природе. Обиженные на трёпку молодцы вернулись ещё до обеда следующего дня. Дождались, пока десант не выберется к ровному безлесому подножию горы, и там-то на просторе злопамятные говнюки дали обидчикам просраться. Прежде чем их завалили, десант потерял двадцать четыре человека. Понятно, что не всех можно записать на счёт юных мстителей. Планета уже включила свою шарманку, сгоняя зверьё, хотя на тот момент его было жидковато. Но хватило.

Гет признался, что после первой стычки с шайтанами, ему стало жаль мужиков, попавших под раздачу. Ойберу, Пату и Гуго тоже – лишь Ракна да Шатхия ратовали за войну до победного конца. Однако на той площадке все благие намерения мужиков рассыпались прахом. Лезть в кровавую баню, что устроили десанту шайтаны при поддержке рогачей да липунов, смысла не было.

Это происшествие задержало диверсантов почти на сутки, хотя вперёд выжившие рванули на пределе сил. Отбивались грамотно и умудрились оторваться. Ночёвку не устраивали – отдыхали в пути. Но к исходу ночи три десантника влипли в паутину бубновой. Бросить их не посчитали нужным – опасность не произвела впечатления чего-то необоримого. Прибывшую на сигнал паутины матёрую бубновую сообща завалили, но потеряли двоих. Снова попёрли вперёд, поскольку загонщики уже работали на полную катушку – понукали, как обычно, поминутно действуя на нервы. Последнего погибшего поймал сугроб – подобной затейливой дряни мужики и вовсе не ожидали. Так что к котловине только что выбрались четырнадцать.

Галя с Хансом встретили их у прогоревших костров и потащили к перевалу. Эйбер Дит, Риг и сам Гет сейчас чешут туда же. Перебираются в котловину первыми и садятся в засаду у преобразователя. Акери с ними, ибо часть плана без неё может провалиться, утянув за собой и весь план. Остальные под командой Анабера на время блокируют перевал. Присмотрят, чтобы разогнавшиеся утилизаторы не испоганили эксперимент, сожрав лабораторных мышей раньше времени.

Майор приказал любой ценой довести до преобразователя хотя бы несколько человек. Нужно, в конце концов, поставить точку хотя бы в одном неясном моменте: по какому принципу планета рожает берров? Четверо местных энтузиастов, отдавших себя на съедение во имя науки, так и не стали оборотнями. Трое были рождены на планете, четвёртый явился на неё добровольно с  торговцами. А вот свалившиеся с неба девчонки обрели вторую жизнь. И троица диверсантов тоже – вкупе со стариком да ребёнком из числа гражданских добровольцев. Сплошная каша.

Может, планета, как зажравшийся котяра, не желает лопать то, что суют под нос. Ей нравится ловить свою добычу, то отпуская, то снова прихлопывая её когтистой лапой. Или она умничает, искусственно создавая естественный отбор на миллисекундном промежутке эволюции: кто выжил, тот и годится в оборотни. Наруга понимала и приветствовала решение Нутбера разобраться с этим вопросом, дабы грамотно выстроить линию защиты. Но что-то в ней самой, какое-то недоброе предчувствие её смущало.