Избранная для невольника, или Дракон в наследство

Размер шрифта: - +

2. Неожиданное наследство

На то, чтобы проститься с юностью и с мечтой о Драконьем Лесе, у Этти есть всего три дня: ровно столько времени выпускникам Королевской магической академии дозволено оставаться в пансионате для адептов после Драконьего Бала.

За эти трое суток Этерии предстоит подать документы в Королевскую магическую службу и найти съемное жилье – не ночевать же ей постоянно на постоялых дворах, а своего дома у девушки больше нет.

Вечер и ночь Этти проводит в слезах. Она не хочет плакать, но слезы сами безостановочно катятся из глаз, отчего нос благородной эиры распухает и краснеет, а веки становятся отечными и воспаленными. Лишь к утру девушке удается выплакать свое горе, укротить рвущиеся из груди рыдания и хоть немного взять себя в руки.

Поспав всего пару часов, она встает, умывается ледяной водой, заплетает волосы в тяжелую тугую косу, которую перехватывает темно-синей бархатной лентой. Такие ленты обязаны носить все незамужние благородные эйры. Упаковав бальный наряд в специальный чехол, Этерия надевает повседневное платье – простое, темно-синее, в цвет девичьей ленты, с неглубоким вырезом и длинными рукавами.

Бальное платье Этти продаст: вряд ли оно ей понадобится ближайшие десять лет, а к тому времени в моду наверняка войдет совсем другой крой. Впрочем, модничать Этти никогда не могла себе позволить…

Повесив на плечо сумку, в которую уже успела сложить зеркальце, расческу, кошель с парой серебряных монет и небольшой тубус, вмещающий в себя свиток-диплом, девушка подхватывает чехол и спускается вниз. Там, на входе в женский пансионат, сидит на вахте премилая женщина, простокровная магичка со слабым даром, каджа Маргарэта.

Этерия кивает ей, желает доброго здоровья и спешит проскользнуть мимо: опасается, что, если начнет разговаривать и делиться своими бедами – снова разрыдается. Но каджа Маргарэта окликает Этти:

– Эира Кьергор! Вам послание доставили, загляните в свой почтовый ящичек!

– Благодарю вас! – Этти недоумевает: слать ей письма некому.

Она спускается на несколько ступенек, находит среди ряда пронумерованных ячеек нужные цифры, прикладывает к магическому замку подушечку указательного пальца и шлет слабый толчок силы. Замок щелкает, дверца плавно открывается, и Этерия вынимает из пыльной темноты свернутую трубочкой и запечатанную магией записку. Присев прямо на ступени, снимает печать и погружается в чтение.

Каджа Маргарэта с любопытством наблюдает за сменой эмоций на лице выпускницы. Изначальное раздражение на нем сменяется вначале недоумением, затем – удивлением, еще позже – неверием. Заплаканное бледное лицо девушки чуть розовеет, в погасших глазах появляется намек на обычную живость.

– Что-то важное? – не выдерживает, интересуется немолодая каджа, привставая со своего места.

– Пока не знаю, – с сомнением качает головой Этти. – Меня приглашают в дом законника эра Мортэна на оглашение завещания. 

– Удивительное дело! – качает головой Маргарэта. – Вы ведь говорили, что у вас никого не осталось. Тогда кто мог оставить вам наследство?

– Наследство или его часть – тут не сказано, – спешит выполоть из своей души ростки сорной травы под названием «надежда» эира Кьергор. Она больше не хочет обманываться и разочаровываться. – Похоже, мне следует поторопиться: оглашение состоится сегодня в полдень.

– Тогда торопитесь, дорогая моя девочка! Хотите, вызову для вас возчика?

– Боюсь, я не могу себе позволить такие расходы, – вздыхая, признается Этерия. – Простите, но мне пора…

– Да улыбнется вам, Этти, богиня удачи Тюхе, – благословляет девушку добрая Маргарэта и еще долго смотрит вслед выпускнице, вздыхая и покачивая головой: вот и пришло время расстаться еще с одной доброй и светлой душой, которая всегда находила для старой каджи улыбку и теплое слово.

***

В доме законника эра Мортэна Этерию встречают почтительно, проводят до кабинета хозяина, усаживают в неудобное жесткое кресло с высокой прямой спинкой: в таком не расслабишься и не уснешь.

Кроме самого эра Мортэна, в кабинете присутствуют еще двое незнакомых девушке мужчин. Один – молодой, худощавый, облаченный в брюки и жилет. Поверх рукавов его белой рубашки надеты черные нарукавники, защищающие светлую ткань от брызг едко-фиолетовых неуничтожимых чернил. Второй мужчина находится в зрелом возрасте. Он одет в запыленный дорожный костюм и выглядит таким усталым, будто провел в пути не менее десятка дней и так спешил, что даже не стал снимать номер и приводить себя в порядок.

– Позвольте вам представить, эира Кьергор. Это, – эр Мортэн, услугами которого пользовались когда-то родители Этерии, кивает на молодого мужчину, – свенд Торстен, мой ученик и помощник.

Юноша почтительно кланяется, и Этти отвечает ему кивком головы.

– А это – эр Холдор, мой коллега из Кояш-кена. Он проделал долгий путь, чтобы разыскать вас и объявить вам волю вашего дальнего родственника, который приходился троюродным кузеном вашей бабушке.

– Рада знакомству, – приветствует мужчину полупоклоном Этти. – Я никогда не слышала от родителей о том, что у нас есть родственник в Кояш-кене.

– К моему великому огорчению, вашего дядюшки уже нет в живых, – качает головой эр Холдор. – Он внезапно скончался чуть более двух дней назад. Но, возможно, горечь потери будет не столь велика, когда вы узнаете, что ваш родственник назначил вас единственной своей наследницей и отписал вам не только солидную денежную сумму, но и все имущество.



Лёка Лактысева

Отредактировано: 20.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться на подписку