Избранная для невольника, или Дракон в наследство

5. Путь в Кояш-кен

В день отъезда Этерия просыпается ни свет, ни заря. Принимает душ, просушивает и тщательно заплетает свои темно-каштановые чуть вьющиеся волосы, вплетая в них синюю девичью ленту.

Аккуратно укладывает в пару саквояжей новые неношеные наряды, которые приобрела накануне, потратив на все не более пяти десятков золотых империалов. Надевает дорожное платье из плотной ткани немаркого серого цвета, на голову – соломенную шляпку, тулья которой украшена траурной лентой – белой с черной вышивкой: знаком скорби по умершему дядюшке. Ноги обувает в новые кожаные башмаки с невысоким устойчивым каблучком.

Последний раз посмотрев на себя в зеркало, которое отражает миловидное овальное личико с пухлым ротиком и выразительными иссиня-черными глазами, подхватывает поклажу и выходит из комнаты, которая долгие четыре года служила девушке надежным пристанищем.

Этерия не считает себя опытной путешественницей. Раньше ей приходилось выезжать из Тау-Ары, столицы королевства Шехерлар, только в родной городок, до которого всего пять часов езды конным дилижансом. Сейчас ей предстоит куда более длинная дорога, и это наполняет сердце Этти радостью, предвкушением и одновременно – подспудной тревогой: мало ли что может случиться в пути? И как ее встретят там, в Кояш-кене, в доме дяди?

Эр Холдор, как и обещал, уже ждет Этерию за воротами академии. Мужчина выглядит посвежевшим и радует глаз опрятным добротно сшитым костюмом. Он не поскупился: нанял флэткар. Завидев Этти, мужчина подходит к ней, учтиво кланяется, здороваясь, забирает из рук тяжелые саквояжи и лично грузит их в багажное отделение летающей повозки.

– Устраивайтесь удобнее, эира Кьергор, – рекомендует ненавязчиво. – Этот флэт доставит нас до первого постоялого двора на Имперском тракте.

– А дальше как? Дилижансом? – интересуется Этти.

– Боюсь, если мы будем добираться дилижансами, то дорога займет не менее пяти дней, а вам, эира Кьергор, желательно оказаться на месте как можно скорее, – качает головой законник.

– Почему? – Этти удивлена: в ее понимании, даже если бы она явилась через месяц – ее наследство никуда не подевалось бы.

– Видите ли, эира, ювелирное дело держится во многом на личных знакомствах и договоренностях. Ваш дядя, эр Ярвинен, руководил своим хозяйством сам, предпочитая обходиться без старшего управляющего, и теперь все, с кем покойный сотрудничал, ждут от нового владельца подтверждения прежних договоренностей. Пока они его не получат – дело стоит, прибыль теряется.

– Значит, сразу по прибытии мне придется первым делом познакомиться со всеми партнерами моего дядюшки?

– Да, это необходимо. Если позволите, я помогу вам, – предлагает эр Холдор. – Эр Ярвинен доверял мне, так что большинство его деловых документов заверено моей магической печатью.

– Благодарю вас, эр. Думаю, я, как и мой дядя, буду пользоваться вашими услугами, – Этерия уже не выглядит такой веселой, как всего пару минут назад: она чувствует, как на ее хрупкие плечи нелегким грузом ложится новая ноша. – И все же, каким транспортом мы можем воспользоваться, чтобы добраться в Кояш-кен как можно скорее?

– На каждом постоялом дворе, которых много вдоль тракта, дежурят возчики с флэткарами. Вот на них и будем совершать перелеты от одной остановки до другой. Это не самый дешевый способ путешествовать, зато самый быстрый и безопасный.

– И как скоро мы окажемся в Кояш-кене?

– Думаю, успеем завтра к ночи, – терпеливо отвечает на расспросы эр Холдор. Он и сам не прочь поговорить: за хорошей беседой и пусть пролетает быстрее.

Этерия на некоторое время замолкает. Она смотрит на проносящиеся мимо флэткара, который движется невысоко над землей, улочки и дома Тау-Ары и мысленно прощается с городом своей юности на долгие годы, а может быть, и навсегда.

Постепенно высокие, в три-четыре этажа, нарядные особняки знати сменяются одноэтажными скромными домами простого люда. Перед флэткаром встает высокая арка, знаменующая собой границу города и начало Имперского тракта.

Пролетев под аркой, магическая повозка набирает высоту и у Этти захватывает дух: ей никогда еще не приходилось видеть землю и все, что по ней ходит, ездит, бегает и ползает, с высоты птичьего полета.

– Завораживающее зрелище, не правда ли? – заметив взволнованное взгляды своей попутчицы, улыбается законник.

– Вы правы, эр Холдор, – соглашается девушка. – У меня просто нет слов, чтобы описать эту красоту.

Чтобы добраться до границы королевства Шехерлар, путники тратят восемь часов и делают две пересадки.

Солус, дневное светило, прячется за горизонт. На смену ему из-за пиков Трехрогих гор выкатывается ночное светило – Сигил. Его света хватает, чтобы возчик не сбился с дороги.

– Вы можете подремать, эира Кьергор, – предлагает законник. – Мы будем лететь всю ночь, остановимся лишь раз, чтобы сделать пересадку.

Этерия с благодарностью кивает, но уснуть ей еще долго не удается: налюбовавшись на расстилающиеся внизу виды при свете дня, она теперь сравнивает их с ночными, и находит, что вторые не менее прекрасны.