Избранная для принца, или все равно я сбегу от тебя

Глава 5 (вторая часть)

Ближе к вечеру я места себе не находила в этих четырех стенах, в уже угнетающей меня каюте. За мной постоянно наблюдают. Знаете, такое неприятное, раздражающее чувство, когда зудит тело от того, что ты знаешь, что на тебя смотрят. Раздражает так, что я готова на стенку лезть. Никакого уединения или уюта. То и дело ко мне заходят дежурные, что стоят снаружи у входа, проверяют. А еще я очень переживаю, как там Ника. Если её засекли, то это будет целиком на моей совести, и пятно я не смою. Второе, что меня волнует, так это успех операции. Они тут подготовились неплохо. Наверное, даже воздух тут пропитан напряжением.

Вы можете сказать, что у меня мерзкая и эгоистичная душонка, но я думаю о том, как спасти свою шкуру и вернуться живой домой. Так что за любой шанс готова хвататься, а с последствиями буду разбираться позже. Нужно сбежать любой ценой, долго тут я не выдержу.

К этому времени я уже сняла грязную форму. Теперь на мне не самая удобная одежда в моей жизни, но лучшее, что удалось найти. Это синий комбез, вышитый бусинами, с широкими длинными рукавами. И, конечно же, они мне мешают, постоянно боюсь что-то разбить, но зато нижняя часть облегает тело. Ткань шершавая, немного колючая, чувствуется, что натуральная. Пальцем провела по алой строчке, красивая. Выбрала его за то, что в таком удобно убегать и отбиваться.

Кстати о драке, что же станет орудием страха местных мужей? Осмотрелась в ванной, ничего. Можно зеркало разбить, тогда осколок покрупнее пригодится наверняка. Но это привлечёт лишний шум, когда настанет время убегать. Может, удавка? Пояс одной из туник подошел бы, жгут плотный, не порвётся. Хотя это сработает, если только подойти внезапно, а лучше сзади. Жаль, что в открытом бою он бесполезен. А это у нас тут что? Залезла под кровать. Для камеры сделала вид, что ищу что-то. Там металлическая балка, висит на крючках. Это полка для обуви. Её пару раз выбить и отвалиться, очень даже сгодится.

Когда я собиралась вылезать из-под кровати, заметила обувь. Массивные блестящие, гладко вычищенные сапоги, носки которых были повернуты ко мне. Незнакомец подошёл к койке, и теперь его обувь находилась так близко к моему лицу, что я ощутила запах новой кожи. Терпкий и мускусный. 

Высовывая голову, зацепилась волосами за застежку на сапогах

– Ай! Аккуратнее нужно! – начала возмущаться от боли я. – Конечно же, у меня были мысли обрезать волосы, но позвольте мне самой решать, когда это стоит сделать. Я и передумать еще могу!

– Не время для нытья. Что ты там делаешь? – Невозмутимо заговорил господин Рин.

Надо же, какая простота. А то, что как минимум, нужно давать о себе знать, когда заходишь, его не смущает.

– Бусина закатилась под кровать. Вот... ищу. Может, теперь вы мне, наконец, поможете? – Надеюсь, теперь я тебя смутила.

– Сейчас, не двигайся.

Наклонившись ко мне, он осторожно начал распутывать мои волосы. Удивительно, но хоть в его словах я слышу металл, но я чувствую, как аккуратно он перебирает пальцами мои волосы. Так бережно, легонько. Слегка касаясь мочки уха, отчего мне стало немного щекотно. А еще приятно.

– У меня шея затекла, можно быстрее? - бурчу я сердито, прикрываясь от него хотя бы словами.

– Потерпишь, – и снова лёд в голосе. От такого контраста я дёрнулась, непонятно почему разозлившись.

– Всё, спасибо, сама справилась, – а сама смотрю на небольшой клок волос на его ботинках, и так их мне жалко. Это не я должна себя чувствовать неловко. Мог бы извиниться.

– Мы не договорили вчера. Я уже узнал о тебе некоторую информацию. Так как никто не удосужился, что-либо рассказать, то этим займусь я, – он смотрит на меня серьёзно, уже нет тех смешинок, что плясали в его глазах еще вчера. Что-то изменилось в нём, или между нами, за это время.

Когда мы выходили из каюты, то я, спеша узнать ответы, таки разбила небольшое зеркало, задев рукавом. Оно стояло на тумбе, прямо у входа. А теперь вот только рама уцелела и валяется на полу. Говорят, к несчастьям. Запоздалый знак. Это и так понятно, у меня, в последнее время, полоса невезения не заканчивается.

В нише снизу открылся маленький люк. Оттуда появился квадратный робосос. С шумом и чвакающими звуками, он быстро убрал все осколки и схватил цепкими клешнями раму, потащив обратно.

А потом я сидела в удобном кресле, слушая рассказ Антаарского принца. Голос его ровный и обволакивающий, словно успокаивал своим приятным низким тембром. Несмотря на то, что я уже дважды встречаюсь с ним в крайне глупой ситуации, ни видом своим, ни словом он не дал понять, что относится ко мне с предубеждением. Мистер серьёзность. Сильный всё-таки мужчина, с ним (о, глупость какая!) хочется прикрыть глаза, склонив голову ему на плечо. Конечно же, что я так не сделаю. Во-первых, он сидит напротив и чисто технически не получится. Во-вторых, показывать своё отношение к нему не стану. Он, по понятным причинам, мне нравится. Но нет. И если когда-нибудь я буду рассказывать эту историю Заринке, то никогда не упомяну, что сейчас я сижу в кресле красиво. Это когда спина прямая, плечи расправлены и грудь колесом. Закинула ногу на ногу, вся такая конфетка. Можно фотоскан на память делать.

Выслушав его, я узнала, что планета NT-1 на самом деле называется Антания. Основное население, это коренные жители эльваны. Хотя планета мульти населённая и других видов существ тут тоже живёт достаточно. Тут закрытое существование, строго по пропускам. Во внешней политической жизни они особо не участвуют, полностью автономны и недоступны простых желающих. Любое существо, будь ты человек или ашар, должно иметь при себе пропуск.

Я знаю про такие штуки. Это временный штрих код, наносится на запястье, а при проверке его считывает специальный датчик. Затем соотносит результаты с базой данных. И когда меня подобрали тогда, в пустыне, то, естественно, при сканировании не обнаружили ничего. По закону нелегалы считаются бесправными, если кто встретит такого, то может забрать его себе, как вещь. И будет фактически его хозяином, опекуном и поручителем в одном лице. Это гарант безопасности для общества, и бесплатная раб сила для владельца. Все счастливы и довольны. Кроме нелегала, конечно же. Ему как-то не очень, я думаю.