Избранные 2

Глава 7. Испытание холодом и не только

Судя по карте, нам предстояло пройти семь километров по трассе, на двести семьдесят пятом участке дороги свернуть направо, а затем прямо и прямо, пока не упремся в Малые Колосья.

Странно, но на всем протяжении трассы не стояло ни одной километражной таблички, а на повороте не висел указатель с названием населенного пункта. Обуреваемый сомнениями ввиду отсутствия дорожных ориентиров, я скинул Настину сумку с плеча и достал из кольца-хранилища карту.

- «Хм. Да нет, вроде все правильно», - воспроизведя маршрут в памяти, заключаю я и со спокойной душой сворачиваю направо.

Если не ошибаюсь, нам предстояло пройти еще тринадцать километров по бездорожью. Плюс-минус. Сквозь…. Ну да, вон вдалеке хвойные верхушки виднеются. Все сходится.

Настя к такому марш-броску оказалась не готова. Отправляясь в рейд, она и подумать не могла, что придется столько идти пешком. Восемь рейдов за плечами и ни разу она не лишалась транспорта. А на силовое поле, как кокон защищавшее ее от обморожения, тратилось больше Энергетики, чем восстанавливалось.

Настя знала об этом, когда согласилась пойти со мной к Малым Колосьям. Знала, и потому в сумке лежал комплект теплой одежды. Ну, как теплой. Тонкая водонепроницаемая куртка с капюшоном и штаны. По сравнению с тем, что сейчас одето на ней, можно считать теплая.

Силовое поле продержалось на удивление долго. Я так прикинул, около часа точно. Но не успели мы войти в лес, как Настя остановилась, выхватила у меня из рук сумку и бегом-бегом одеваться. Настало время пожинать плоды собственной недальновидности.

Заскользила по плечикам куртка и легла поверх свитера, а клетчатая юбка скрылась под штанами. Худо-бедно защищает от мороза и ладно. Но кое-что Настя забыла - перчатки и что первыми на холоде замерзают конечности. На руках и ногах кровоток ведь слабее, а жирка и мышц меньше.

Как итог, через пять минут мне стало ее по-настоящему жалко. Дышит в руки, дышит, но только хуже делает. Так сунула бы руки в карман? А нет карманов! В том-то вся и загвоздка.

Кожа краснеет, а затем и синеет. Подозреваю, что с ногами у Насти та же беда. Кроссовки - не лучший выбор в сезон холодов. Особенно когда идешь по колено в снегу.

С радостью бы ей помог, да нечем. У меня у самого теплой одежды нет. Только позже я вспомнил, что в загашнике лежит полным-полно спирта. Тереть-тереть, не перетереть.

Третий километр после поворота. Настя стойко переносит мороз, медленно проникающий в ее организм. Трясется, зубами стучит, но идёт. Упорства ей не занимать. Чуть ли не каждую секунду моргает, входя в свойства Избранного и отслеживая уровень Энергетики, чтобы сразу зажечь спасительное силовое поле.

- «Вот что происходит, когда во всем полагаешься на способности», - мотаю я на ус науку, окидывая задумчивым взглядом свой покрывшийся инеем бронекостюм. - «А что бы стало со мной, не будь на мне Райдзина по возвращении из Ада?».

Шестой километр. Настя останавливается и с вымученной улыбкой активирует Силовое поле. Но тряска не проходит. Поздно. Дядька Холод уже прячется внутри и всерьез взялся за дело.

Пятнадцать минут или два километра спустя. Силовое поле пропадает, и Настю снова бросает в дрожь. Колотит со страшной силой. Резкий переход и влага плюс сильный ветер равняется лютый холод. А еще слезы, сопли и мраморные щечки.

- Потерпи, совсем немного осталось, - откровенно лукавя, стараюсь подбодрить я Настю.

Последние пять километров стали для нее самым настоящим испытанием. С каждым пройденным километром у Насти снижался показатель Выносливости, и мы все сильней и сильней замедлялись. Обычный человек на ее месте давно бы уже не смог самостоятельно передвигаться. Но она не сдавалась и протянула три четверти оставшегося пути.

Когда видишь, как человек отчаянно борется за выживание и не ищет легких путей, как он силен духом, как не сдается, когда все против него - ты смотришь на него совсем другим взглядом. Наблюдая за Настей, я понял, что насколько она сильна снаружи, настолько, если не больше, сильна и внутри.

Вдалеке показался просвет. Однако Настя этого не заметила. Она вообще уже ни на что не обращала внимания, так как уже минут пятнадцать лежала, свернувшись калачиком у меня на руках. Ее дыхание было редким и поверхностным, а зрачки в наполовину распахнутых глазах почти не реагировали на свет. Если мне не изменяет память, все это симптомы второй стадии переохлаждения. Как она самостоятельно столько прошла, ума не приложу.

Прибавляю шаг и выхожу из леса. На дворе зима, и темнеет рано. Так что на часах хоть и начало шестого, а уже вовсю сгущаются сумерки.

Зеленые стены остаются позади, и как-то сразу под ногами вырастает обрыв. Резкий склон градусов под сорок, а внизу простирается бескрайняя заснеженная равнина. В зоне прямой видимости, метрах в семистах-восьмистах от меня, виднеются покатые крыши домов. Цель достигнута.

«Не торопись, осмотрись», - останавливаю я себя. - «Хрустальные Глаза, активация».

Десятикратное приближение и село как на ладони. Когда-то здесь можно было видеть свет в окнах, редких прохожих бродящих взад-вперед. Сейчас же, это город-призрак. Вернее, село-призрак. Зомби на улицах не видно, мутантов вроде бы тоже нет. Нет и ни следа человека. Село казалось пустым, вымершим. Но что-то грызло меня изнутри, не давало сдвинуться с места.

- «Подожди, не спеши», - подсказал внутренний голос.

Всегда слушай свой внутренний голос, он плохого не посоветует.

Проходит пять минут, десять. Настю начинает трясти. Сильно трясти. Не выдерживаю и уже собираюсь идти, но останавливаюсь. Прав оказался голос, что просил подождать.