Издеваетесь?!

7.

И как-то эхом в голове отозвался этот вопрос, попутно сдувая все разумные мысли о последствиях и о том, какой будет месть. А почему бы и нет? Я жила впечатлениями, и они всегда были хорошими. Так что плохого может произойти, если я соглашусь проучить Егора?     

- Танюша? – Наклонился ближе Вадим, с любопытством разглядывая мое лицо. – Я могу помочь.  

Рука Бесценного-младшего продолжала гладить меня по волосам, словно маленькую девочку, зато вторая смело опустилась на мою шею, заставляя все тело окаменеть. Эти его жесты и прикосновения были мне настолько чужды, что растерянность вырывалась наружу и отключала ту часть мозга, которая должна была отвечать за серьёзность.    

- Просто заполни мысли о Егоре мной и тебе станет легче.    

Вадиму пришлось перейти на шёпот, когда он стал ещё ближе к моему лицу. Я чувствовала его дыхание у себя на губах и то, как прикосновения становятся крепче, словно он знает, что я вот-вот вырвусь и убегу. Но я не убегала.   

Происходящее поторопил звук телефона, исходящего из моего кармана. В момент, когда Вадим едва касался моих губ, я успела прикрыть ладонью его рот, целуя свои же пальцы. 

- Танцы с пьяным мужиком тебе мозги отшибли? – Подняла я бровь, делая строгий голос. Объятия сами собой «разорвались» и я взглянула на светящийся экран. – Егор звонит.  

- И что? Сделаешь вид, что все хорошо? – Дружелюбно спросил Вадим, будто несколько секунд назад мы анекдоты друг другу травили и рассуждали о создании гомункулов.   

- Просто не возьму, - покрасовалась я экраном, убирая звук. – Отвези меня домой. 

- Ты, определённо, интересна, Танюша. Жаль, не моя. 

На это я отвечать не стала. Что это ещё такое? Клеить девушку своего брата, а у самого тоже «невеста» имеется! Стоит держаться подальше от читы Бесценных. 

На часах стрелочка скромно дёргалась между цифрами девять и десять, когда мерс припарковался у моего подъезда. Егор на звонках больше не настаивал, за что ему спасибо, а Вадим не кидал в мой адрес фразочки «аля-пикап-мастер». Мысли сумбурно смешивались в единую несимпатичную массу в голове, эмоции танцевали лезгинку, но осторожно, не вырываясь наружу. Я быстро попрощалась с Вадимом и выпорхнула из авто, слыша за спиной рёв мотора. Присела на лавочку возле дома и просто уставилась в небо. 

Я так долго «ныла» на тему сердечного одиночества. У меня не было возлюбленного, не было многочисленных поклонников, не было комплиментов. Тогда же я просто взяла и присвоила себе лакомый кусочек с вишенкой наверху, в лице Егора. А зачем? Чтобы быть как все, не одной, чтобы меня любили, чтобы мне не было скучно, чтобы я не была одинока. И вроде все, но тут же посыпались со всех сторон воздыхатели и комплименты, от которых уши вянут. И я расслабилась, почувствовала свою уверенность ещё больше, как вздумалось мне надкусить мой сладкий кусочек. А там – ничего. Полый внутри. 

В детстве, когда я теряла игрушки, я чувствовала то же самое, что и сейчас. Больше не будет возможности так же улыбаться рядом с игрушкой и проводить с ней время. Такое чувство быстро проходит, и значит это только то, что я не была искренна с самой собой. Я что-то постоянно упускала и злилась. 

Ночная прохлада заставила покрыться мурашками и мне пришлось отправиться до квартиры. Хватит на сейчас размышлений в одиночестве. Мне нужны были уши моей подруги. 

- Ирка, приезжай ко мне, - грустно пробормотала я в трубку подруге, посапывая уже на мягком и теплом диване. Я слышала посторонние звуки на фоне ее голоса, кажется, звук мотора, но эгоизм требовал ее в моем доме. Она и потом может повеселиться с Логиновым. И как быстро он занял первое место в ее списке общения? 

- Хорошо, я скоро буду, - томно ответила Ирка. – Нарежь пока салаты, я хочу чего-то связанного с фотосинтезом. 

Пришлось походкой зомби идти на кухню и резать всю «траву», что нашла в холодильнике. Странные желания, мне вот хотелось шашлыка или стейка, в общем, млекопитающего. Лучше человека. Егора. Избить. 

Буквально залила я салат оливковым маслом, как в дверь постучали. Это точно была Ирка, для этого мне не требовалось смотреть в глазок. Подруга никогда не использовала дверные звонки, обходясь лёгким постукиванием. Почему? Она никогда не объясняла причину. 

Я открыла дверь с лицом, которое могло потягаться с аморфностью Ирки. И сейчас бы я победила. 

Подруга молча осматривала меня, делая какие-то заметки в голове, радостная и отдохнувшая, в испачканной в краске одежде. И не подавала голоса, потому что человек, стоящий сзади неё, просто этого не позволил. 

- Ой, - сморщил нос Логинов, возвышаясь над Иркой. Как обычно одет, как гопник с района: какие-то спортивки, толстовка и кепка. (Его что, кепкофил-Макс покусал?) – Как дела, уборщица? 

- Получше, чем твой способ начать разговор, - ответила я с хмурым выражением лица. Но самой себе стоило признаться, что я рада и его приходу.  

- А по твоему лицу и не скажешь. По тебе будто танк проехал. – Сосед подтолкнул Ирку перешагнуть через порог и коснулся ладонью моего лба. – Температуры вроде нет. 

- Как и у тебя мозгов, - отдернула я голову. – Проходи, Ир, я приготовила салаты. 

Ирка обернулась на Данила, затем на меня и, мимолётно обняв меня, ретировалась на кухню. Логинов продолжал рассматривать меня с непробиваемой тупой улыбочкой, опираясь на косяк, чем начинал злить. 

- У меня что-то с лицом? – Раздраженно спросила я, стараясь сохранить свои капилляры, а то ещё от напряжения полопаются.