Изменчивый ветер

Размер шрифта: - +

Глава 27

Статный немолодой мужчина в безупречно сидящем на нем костюме поднес ко рту микрофон и призвал участников и гостей к тишине. Когда взволнованный гул смолк, он взял слово и, прежде всего, поблагодарил всех юных спортсменов за участие и чудесные выступления, а также похвалил тренеров за проделанную работу, а родителей и болельщиков – за поддержку.

Маленькие спортсмены, мальчишки и девчонки, стояли за руку со своими тренерами и завороженно смотрели на этого синьора, объявляющего результаты, а с трибун на него также завороженно смотрели сотни глаз родственников и друзей маленьких спортсменов. Он им казался волшебником, произносящим магическое заклинание. В какой-то степени так и было: ведь именно по его волшебному заклинанию три юных дарования весной отправятся во Францию.

Начались награждения. Все участники без исключения получили медали и памятные призы, но только три первых места получат приглашения в финал этого национального конкурса, который в мае приобретет уже международный размах.

Стелла стояла у кромки спортивной площадки, держала за руку свою маленькую ученицу и, как и все остальные, зачарованно смотрела на мужчину с микрофоном. В этот момент она нервничала, похоже, больше Карлотты, которая нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, сжимая вспотевшей ладошкой пальцы своего тренера. Волнение Стеллы было оправдано: ведь именно сейчас будет дана оценка ее работе.

Она уже много раз испытывала подобные эмоции, но раньше она сама была спортсменкой и никогда до конца не понимала, почему ее тренер так волновался именно в этот момент: момент объявления результатов. Ей казалось, что тренеру надо волноваться во время выступления, а во время награждения можно только нетерпеливо стоять и ждать вердикта и мысленно торопить многословного ведущего прекратить свою болтовню и говорить по делу. А еще ее всегда страшно нервировало, что первое место объявляют последним. Ведь, казалось, должно быть наоборот: в первую очередь надо порадовать победителей, а потом раздать утешительные призы проигравшим.

В тот день Стелла второй раз выступала в роли тренера и со всей ясностью осознала, как волнуются наставники. У нее внутри все дрожало! И не только внутри – руки и ноги тоже тряслись. Ведь если Карлотта заняла одно из трех призовых мест, то их ждет безудержная радость. А если нет – то горечь, разочарование. И в первом случае это будет ее заслуга и личная победа Карлотты, а во втором – только ее, Стеллы, вина, ее личный провал…

Не выдержав напряжения, Стелла окинула блуждающим взглядом зал. Несколько десятков родителей и других родственников, пришедших поддержать своих юных звезд, взволнованно смотрели на спортивную площадку, замерев, затихнув. Но Стелла искала одного-единственного человека. Ей было жизненно необходимо его увидеть, черпнуть в его взгляде поддержку, силы. Он был нужен ей, как глоток чистого воздуха…

Взор Стеллы почти сразу выхватил из сотен людей его лицо, красивое и до безумия любимое… Он потерянно стоял среди толпы, стеклянным взором глядя в пространство, туда, где стояли Карлотта со Стеллой, но словно не видел их. Невыносимая грусть, безнадежность, даже отчаяние отражались в его глазах.

Сердце Стеллы мучительно сжалось. Он казался таким одиноким, напоминал щенка, которого выгнали из дома.

Его рассказ поразил Стеллу до глубины души. Вся эта история с матерью Карлотты, интрижка с Грациеллой были отвратительны. Но его поступок в отношении дочери – то, что Венто не бросил малышку, абсолютно ничего не чувствуя к ее матери, – доказывал, что он не stronzo, а человек, у которого есть сердце, душа, который способен признать свою вину, взять на себя ответственность за содеянное, взять на себя ответственность за беззащитное существо. Ведь, по сути, он выходил Карлотту, пусть даже ему помогали сестра и няня. Но он делал все возможное, чтобы обеспечить девочке хорошую жизнь и сделать ее счастливой.

Стелла в тот момент поняла, что Венто способен любить… И все ее существо умоляло ее поверить в то, что он может любить ее.

– Первое место… – произнес диктор, и Стелла вздрогнула. Ведущий сделал театральную паузу, загадочное лицо. В зале воцарилась звенящая тишина. Все застыли, прислушиваясь, боясь пропустить имя золотого медалиста. – Карлотта Лаццари! – разнесся над залом торжествующий голос, и толпа захлебнулась овациями. У Стеллы подогнулись колени, губы растянулись в счастливой улыбке, а на глазах выступили слезы радости. Но она по-прежнему не сводила взора с любимого мужчины.

Глаза Венто ожили, сам он словно встрепенулся, вытянулся. На тонких губах заиграла улыбка, измученная, но искренняя. Он облегченно вздохнул и присоединился к аплодисментам.

Она ощутила, как Карлотта потянула ее за руку, побуждая выйти на площадку, а Стелла все никак не могла отвести от любимого лица глаз. Спотыкаясь, она устремилась за своей ученицей, смущенно краснея. Она будто до сих пор не могла поверить в победу. Только увидев золотую медаль в руках ведущего, готовящегося набросить ленточку на шею Карлотты, Стелла осознала, что все-таки победила. Не она, конечно, ведь побеждает спортсмен. Но с другой стороны, именно тренер приводит спортсмена к победе, потому она смело может занести этот успех в список личных заслуг.

Ведущий крепко пожал Стелле руку, а потом и все члены жюри рассыпались в комплиментах. Зал наградил их с Карлоттой продолжительными овациями, и Стелла вдруг вспомнила премьеру… Две с половиной недели назад им с Венто точно также длительно и горячо аплодировал зал театра «Universo». Но тогда ее эмоции были все-таки куда глубже, пронзительней, куда более захватывающими, чем сейчас. Может быть, если бы Карлотта являлась ее дочкой, все воспринималось бы совсем по-другому, но сейчас она была безмерно счастлива и рада, а тогда, в театре она испытала эйфорию, не поддающуюся описанию, сильнейший экстаз, на смену которому буквально через несколько минут пришло глубочайшее опустошение, будто жизнь закончилась с последними аплодисментами.



Кэтти Спини

Отредактировано: 29.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться