Изумруд. Пересекая грань.

Размер шрифта: - +

Глава 6.

На город опускались сумерки.

Колокольчик музыки ветра над дверью отрывисто звякнул, отвлекая от жестяной банки с сушеным корнем луноголовника. Запасы неумолимо сокращались, и нужно было в ближайшие же дни вычислить подходящее время и подыскать место для сбора материала, который было слишком сложно вырастить в искусственной среде, да только как бросить лавку, когда…

…то и дело норовят вот так бесцеремонно вторгнуться на ночь глядя.

— Мне казалось, на табличке написано «Закрыто», — стараясь не выдать эмоций голосом, произнес он, накрывая банку крышкой и щелкая замком, плотно прижимающим ее — чтобы влага не испортила ценный материал.

Совсем не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто еще может вот так без приглашения объявиться на пороге, принося с собой то самое мерзкое чувство присутствия. Только один человек на его памяти таскал за собой такой шлейф, от которого даже вновь заныла нога.

— Так я и не за травами, нитте, — раздался вежливый голос. Знакомый до одури. И на вы, и с почтением таким, как будто ничего и не было.

— Тогда, я полагаю, за мазью от ожогов? — он повернулся, окидывая взглядом пришедшего. — Иначе что еще ожидает здесь найти наш дорогой столичный гость?

Этот человек в светлой форме, с заплетенными в тяжелую косу платиновыми волосами, все так же напоминал об ожившей декоративной статуэтке из белого стекла. Услышав эти слова, гость скрестил руки, ладонью накрывая запястье — точно защитить пытался — и покачал головой.

— У меня нет намерения с вами воевать. Как, в общем-то, и не было никогда. Так может, вы меня все же выслушаете?..

— А я надеялся вас никогда не увидеть. Как видите, не все намерения и надежды сбываются. — Он отправил банку на положенное место и откинул крышку прилавка, выходя в зал к пришедшему. — Выкладывайте уже, что вам от меня нужно, и поскорее избавьте меня от своего общества. На чай не приглашаю, не ваши привилегии.

— Я бы не стал пить чай в доме травника, — отозвался гость. — Как знать, что с тобой случится, если ты не угодишь хозяину.

— Нарываетесь, нитте Гвенаэль? — несмотря на добросовестно принятые лекарства, держать себя в руках было уже трудновато. Но так уж всегда выходило с этим человеком, одно его существование приносило мрачные мысли.

Спокойно, так… луноголовник. Полнолуние через три дня, и на сбор неделя, надо достать карту и посмотреть, какие места уже давно не трогались, и…

— Мне нужна твоя помощь, — Гвенаэль не выдержал первым. — Только ты можешь помочь.

Он вопросительно взглянул:

— А как же Светлейший? У него просить помощи — никак?

— Если бы ты не заявил, что не хочешь его видеть, то разговор бы с тобой вел он, а не я.

И все-то ему известно. Вот вечно так, вечно ему надо было влезть между ними, уже который раз, но…

 — Значит, ты у нас опять мальчик на побегушках. Ладно, говори, — вздохнул он, опираясь на прилавок за спиной. День на ногах уже давал о себе знать.

Гвенаэль поморщился, едва ли не скривился от обиды. Ну и кто сейчас из них был старше?

— Нужен парнишка из твоих подопечных. Ты же изучаешь эти проявления, как они гасятся, и нужно, чтобы ты кого-то выбрал. Его получится пристроить к ментору, дать положенное образование, сам понимаешь, что для него это будет значить.

Если надо было думать о тех несчастных, чья жизнь была если не сломана, то все же подпорчена ношей древнего проклятия, то был лишь один, чья судьба была достаточно значимой.

— Предположим, есть один на примете. И для чего он вам нужен?

— Нужен медиатор… не из закатного народа. Лучше всего — дракон, его в списки одобрят быстрее остальных. И в то же время — это должен быть кто-то из Проклятых. Но при этом никто не должен в нем заподозрить ничего связанного с проклятием. Сложно, понимаю, но…

Он нетерпеливо застучал пальцами по дереву прилавка:

— Критерии критериями, повторю вопрос — зачем он вам? И что мне с того, что я выдам тебе парнишку?

— Светлейший хочет знать, как проклятие проявится за гранью, — Гвенаэль опустил взгляд пристыженно, точно сам придумал глупую идею. — И… моей девочке нужен товарищ примерно такого толка.

Он как-то видел их в городе и помнил эту малышку с забавными хвостиками, такую же невыносимо светлую, точно приходилась ему родной сестрой. И такой — да товарищ с проклятием? Хороша же забота, подумал он. Но… это уже их дело. 

— Все решит его согласие, — сказал он твердо. — Я расскажу ему о твоем предложении, что есть шанс учиться и выйти за грань, если он будет сопровождать твою… подружку. Согласится рискнуть — он твой. Нет — в дело лайрин придется влезть кому-то другому. Уж придется поискать.

Гвенаэль уже был готов рассыпаться в благодарностях, но он продолжил:

— Вопрос еще в том, мне-то какая польза с того, что я поставлю его перед выбором?

— Что ты хочешь от меня за это? — спросил Гвенаэль, нервно стискивая в хватке свое же запястье. — Назови цену.

— Даже если это потребует от тебя молчать перед Светлейшим?

Глубокий вздох, пауза, и Гвенаэль кивнул. Ишь ты, значит, и его патологическую преданность можно сломать.

— Тогда мне нужна информация по духам, которых наблюдают медиаторы. Найди мне координаты привязки духа по имени Фион — и мы с тобой в расчете.

***

Казалось бы, на новом месте, хоть и временном, стоило бы ожидать чего-то совсем непривычного, но ничто не резало взгляд, привлекая внимание и напоминая — это совсем другая реальность. Изо всех сил стараясь снова не замечать, как Ивейн прихрамывает, приближаясь к внутренней двери, Делия наконец выступила из обуви и проследовала за ним по коридору, освещенному несколькими небольшими окошками, открывающими за собой вид на вожделенные оранжереи.



Eclisse

Отредактировано: 13.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться