Изумруд. Пересекая грань.

Размер шрифта: - +

Глава 7.

Попробуй сориентируйся, когда вокруг тебя лишь густая чернильная темнота, которая, кажется, впитывается в тебя саму, липнет противно, как вязкий сироп, и почти не дает пошевелиться. Вот и Катарина едва могла пошевелиться, когда свет позади них исчез.

— И что теперь? — произнесла она, чувствуя себя невыносимо неловко за этот разговор с пустотой.

К ее облегчению, совсем рядом отозвался сначала Дайлан:

— Что, страшно? Не боись, сейчас пройдем. Аль, я вперед, веди за мной.

— Раскомандовался. Слушай, почему мы сразу не отсюда начали? Здесь идти-то всего ничего, — отозвалась с другой стороны и Аэлла. А после — вдруг и возникла посреди кромешной темноты в бледном мерцании.

Тем, что ее освещало, были определенно крылья, пусть и странного вида — три пары пластинок, похожих на тонкие срезы кристаллов, переливающихся россыпью всполохов голубоватого света, как будто были покрыты алмазной пылью. Чудилось даже, что, мерно колышась, крылья издавали едва слышный звон. Не такой образ мог бы возникнуть в фантазиях, стоило бы заговорить о крыльях, не эта красота, завораживающая и притягивающая взгляд, всплыла бы в мыслях, но все же за ее спиной определенно подрагивали крылья.

— Любуешься? — усмехнулась Аэлла, протягивая ей руку. — Успеешь еще, пойдем.

Искр, слетающих с крыльев, хватало ровно настолько, чтобы увидеть друг друга, но не осмотреться вокруг. Или, быть может, вокруг действительно ничего не существовало?

Катарина с трудом потянулась навстречу высшей, хватая ее за руку. Прикосновение развеяло еще одну иллюзию — как бы Аэлла ни смахивала на хрустально-снежную статуэтку, на ощупь она была такой же теплой, как любой живой человек. И тут же, стоило только ладоням соприкоснуться, липкая вязкость темноты вокруг замерла, давая наконец возможность пошевелиться свободнее и зашагать вперед, в полной тишине, не нарушаемой даже звуками шагов.

Это было слишком жутко для непривычной к любого рода чудесам Катарины.

— А теперь аккуратно, — предупредила Аэлла. — Руку мою не отпускай и не вздумай споткнуться, слышишь?

Во время очередного шага Катарина заметила, как под ногами — в той же кромешной темноте — мелькнуло нечто, похожее на серебристую нить, и в этот же момент все тело насквозь прошила ледяная волна, как будто на мгновение пришлось нырнуть в замерзающий ручей. Внутри все болезненно сжалось, отзываясь резким приступом тошноты.

— Давай, еще немного! — скомандовала Аэлла, заставляя сделать еще один шаг и прорваться из темноты.

Свет больно ударил по глазам, и вместе с этим ладонь Аэллы выскользнула из хватки, лишая последней опоры. Катарина тут же рухнула на колени, прямо в вымахавшую по колено пожухшую траву, покрытую капельками росы, и ее вырвало.

 — Меня тоже первый раз скрутило по-страшному. — Дайлан, бледный как полотно, опустился рядом с ней на корточки и с сочувствием во взгляде протянул пачку салфеток. — Думал, помру прям на месте.

Аэлла стояла неподалеку, скрестив руки на животе. У нее вид тоже был вовсе не цветущий.

Кое-как приведя себя в порядок, Катарина с трудом поднялась.

— И у вас всегда так?

Перед глазами все плыло, во рту горчило, стоять ровно, не шатаясь, было достаточно сложно, и как куда-то добираться дальше, она не представляла.

— Раньше было хуже. — Дайлан подставил локоть, позволяя опереться.

Рассвет едва-едва занимался, и мягкие лучи крадущегося из-за горизонта солнца медленно заливали светом широкий луг, и только где-то вдалеке что-то темнело. Надежды добраться куда-то в таком состоянии оставалось крайне мало.

— Ну и куда нам теперь? — Аэлла повернулась вокруг своей оси, окидывая взглядом окрестности, но это мало что могло бы дать. — Экспериментатор, тоже мне…

— Не ворчи, принцесса, — скривился Дайлан. — Мы не так далеко улетели от привычной точки, а ты могла бы сначала с воздуха осмотреться, прежде чем наезжать.

Подул ветер, заставляя зябко поежиться, и эти порывы осеннего холодного воздуха совершенно не отличались от привычной непогоды, но вот радости это сходство не приносило.

— Ты ориентируешься? — Катарина все же подала голос, добавив после того, как оба ее спутника вопросительно взглянули на нее, — ну, ведь сказал же, что не так далеко, значит…

— Рина, — Дайлан усмехнулся, — да на этом лужочке я катался еще мелким, тут минут десять ходьбы. Уж отсюда я как-нибудь нас к цивилизации выведу.

Аэлла недовольно фыркнула:

— Уж будь так добр. Куда, в ту сторону? — она кивнула на темнеющее вдали нечто.

— Вообще не угадала. Пошли, — тем не менее Дайлан направился как раз в ту сторону.

С десятью минутами он, конечно, погорячился, ползти их компании пришлось все двадцать, если не полчаса — Катарину все так же шатало и грозило вывернуть еще раз, сам Дайлан тоже то и дело спотыкался на ровном месте. Одна Аэлла держалась с достоинством, выпрямив спину и усиленно делая вид, что у нее все прекрасно, но Катарина все равно замечала ее бледность, сжатые в ниточку губы и залегшие под глазами тени, как будто в том темном пространстве для высшей прошло не несколько минут, а вся ночь или даже сутки. Но наконец они все же добрались до покосившегося домишки с редким заборчиком вокруг, за которым открывался склон холма, уходящий к озеру и темному лесу вдали, и Дайлан открыл визгливо скрипнувшую калитку.

— Серьезно? — вздернула бровь Аэлла, остановившись в шаге от калитки.



Eclisse

Отредактировано: 13.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться