Как Дед Мороз на Байкале друзей выручал 1

Размер шрифта: - +

Как Дед Мороз на Байкале друзей выручал

Давным-давно это было. Уже никто и не помнит, когда. Старые шаманы говорили, что слышали эту историю от своих дедов, а те – от своих. А самым первым узнал эту историю старый шаман Кэрэкэн Тойон, когда камлал на горе Ехе-Ёрд. Вот он-то и рассказал её людям.

Во времена те стародавние был Байкал уже седым дедушкой. На  постое держал он рыб самых разных да зверушек распрекрасных. Резвились в воде рыбки - Омулёк, его подруга Голомянка, а с ними дядька их Хариус. Дружил с ними нерпёнок Гоша. А по берегам Байкала бродили стада козлов да оленей диких, лосей было невиданно, гуляли медведи-проказники, а в дуплах гнёзда свои пчёлы обустраивали. Птиц певчих – немерено было.

Был у Байкала старинный друг – Дед Мороз. Дружили они с детства самого. Вот только виделись редко – уж больно жарко было Деду Морозу в шубе и валенках. Не мог он долго гостевать у друга своего. Приедет на оленях на недельку-другую, да и снова домой собирается – на Север. Там ему хорошо было. Посему год целый почти и жил он на Севере, среди медведей белых да моржей толстокожих.

Однажды люди какие-то на Байкале объявились. Откуда пришли – не знает никто. Птицы полевые не знают, звери лесные не слышали. И рыбы не видели, чтобы плыл на лодке человек какой.

Вышел их старшой, Мандалайка, на берег и кричит:

- Эй, дядько, зовут-то тебя как?

- Байкалом кличут, милок, Байкалом, – отвечает ему дедушка Байкал.

- Поживём мы у тебя маленько. Стерпишь-то нас?

- Да чего ж терпеть, коли люди вы разумные да степенные. Живите на            

здоровье.

Так и стали жить они на берегу Байкала. Огонь развели. Да не костерок маленький, а пожарище жаркое. Прыгают вокруг огня, кривляются. Чёрные от сажи стали, грязные. Копчёные, как будто.

Не хотели работать люди эти, хлеб да соль в поте лица добывать. Стали провиант у зверья отбирать да грабежом заниматься. Медведь косолапый малину да ежевику собирал, жирок на зиму нагуливал. Так они его палками из малинника погнали, едва бока не намяли. Сами всю малину с ежевикой сожрали, а кусты поломали. 

Земляничку лесную всю уничтожили, не уродит она в году-то следующем. Траву повытоптали. Козлам да оленям жевать нечего стало, а потому ушли они в места глухие, безлюдные.

Когда всё под ногами у себя уничтожили людишки эти копчёные, на деревья они полезли. А там орешки лесные растут питательные, да пчёлы дикие медок припасли. Вот где поживиться-то можно! Все орешки они ободрали, птичкам ничего не оставили. Улетели птицы лесные, куда глаза глядят.

Захотелось людям отведать мёда лесного дикого. А как подобраться к нему? Дупло-то с медком высоко, и охраняют его пчёлы боевые. Сутки круглые службу несут. Только сунься туда гость непрошенный - мигом закусают, в решето превратят. Никто не решался за мёдом слазить, боялись все.

Тогда выбрал Мандалайка мужичонку самого тщедушного и приказал ему за мёдом лезть. Тот не хотел, плакал, в ногах валялся, умолял не посылать его к пчёлам. Но Мандалайка был непреклонен. Он сказал, что если мужик откажется за мёдом лезть, его пожарят на костре и съедят, потому как не было у людей продуктов.

- Ты худой и маленький, в дупло пролезешь, - сказал Мандалайка, - а мы подсобим, – и засмеялся смехом дурным.     

Подвели мужика того к дереву, где дупло с мёдом было, руки вокруг дерева растянули. Три мужика к заду ему палки приставили и давай его вверх толкать. Так и дотолкали до дупла. Всполошились тут пчёлы, начали вокруг мужичонки кружить. Жужжат, гудят, так и норовят ужалить. Ну, думает мужик, конец мне пришёл, заедят сейчас. Если здесь не сожрут, то на земле точно зажарят. Что лучше, ещё не известно.

Кружили, кружили пчёлы, да так ни одна его и не ужалила. Только соберётся пчела его укусить, подлетит, нацелится, как вдруг в сторону улетает и не суётся больше. «Что за чудеса, - думает мужичок, - неужто боятся они меня»? Так просидел он на дереве время какое-то, и ни одна пчела его не укусила. Осмелел тогда мужик, обнаглел, стал в дупло лезть да мёд руками загребать. А Мандалайка кричит ему:

- Ушат держи, в ушат мёд сваливай. Всё забирай, чтоб ничего не оставалось.

Притащили мужики ушат, что побольше других был, и на веревке к дуплу подняли.

- Эх, уважу тебя, Мандалаюшка, - кричит ему мужик, - пировать сегодня будем. Медка-то здесь навалом, - а сам плюёт тихонько в сторону да слова обидные и ругательные про Мандалайку бормочет.

Весь мёд забрал мужичок, ничего не оставил, соты все поломал, разграбил всё бессовестно и безбожно. И ни одна пчела его не ужалила. В чём секрет, спросите вы. Да всё очень просто. Воняло сильно от мужичка  копчёного. А пчёлы этого ой как не любят. Так и разграбили людишки все жилища пчелиные. Собрались тогда пчёлы в рои и улетели от людей подальше, в чащи лесные да таёжные.

Прошло время какое-то недолгое, закончился мёд у людей. Нового-то нет. Нет и ягоды лесной, нет ореха. Ничего нет. Решили тогда люди к Байкалу пойти, провианту попросить. Вышел Мандалайка на берег и кричит:

- Эй, дядько Байкал! А ну-ка, дай нам рыбки твоей, да пожирнее. Зашумел Байкал, заволновался:

- Ты пошто это, человек несмышлёный, дерева да кустарники, да места ягодные загубил, зверя, птицу да пчёл работных по миру пустил? А теперь уже и к рыбам моим подбираешься, загубить их желаешь? Не дам я их в обиду. Не бывать по-твоему.

- Дядько Байкал! Дай рыбки маленько. А нет, так продай. Расплатимся когда-нибудь.

Ещё больше Байкал заволновался, почернел:

- Нет, человек, совесть потерявший. Не предаю и не продаю я друзей своих. Это мой тебе ответ последний.

- Ну, смотри, дядько Байкал. Не пожалел бы ты потом, старикашка, - и Мандалайка с гордо задранным носом ушел в лес.



Анатолий Градницын

Отредактировано: 08.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться