Как гром среди ясного неба

Размер шрифта: - +

Глава 4. Выход в свет

А сейчас немного о моем отце.

По меркам многих - Юрий Валентинович мерзкий типчик, в первую очередь думающий о деньгах; как их заработать, как более прибыльно пустить в дело, как выгодно потратить их. На втором месте у него - любимая работа. Он порой месяцами живет в офисе. Ради нее он готов собственного брата придушить, могу с точностью сказать, что предпосылки были. Когда раскрылась вся правда о матери, он развелся с ней ради работы - этот ход одобрили все. После завершения брако-разводного процесса, в ее владении остался только бордель, который устроила в загородном доме. Избавившись от новоявленной бордельмаман, он продолжил беспрепятственно предаваться любимому делу. Третье место у него принадлежит секретарше, с которой он этими же месяцами отжигает в том самом офисе.

Возможно, где-то на четвертом приютилась я, но это не проверенный факт. Есть вероятность что мое место в районе восьмого или девятого. Не особо он любит меня, как дочь пропащей женщины, но это не отменяет того факта, что если я ему расскажу всю историю знакомства с самого начала, он будет бегать по всей квартире, вырывать клоки волос и вопить во всю глотку. Все это будет слишком наиграно, насквозь фальшиво и театрально.

В школе и в студенческие годы он занимался актерским мастерством, отсюда и его манера заводить долгие, порой нудные, а порой довольно интересные, монологи, любовь к восхвалениям чьего-нибудь достоинства, порицаниям недостатков, слишком сильным проявлениям чувств и так далее. Патетика и пафос сопровождают его повсеместно.

И я тихонько радуюсь на своем двадцать втором этаже тому, что не нахожусь сейчас рядом с ним. В ином случае, сгорала бы от стыда.

Поэтому после завершения своего рассказа, состроив пофигистичную мину, наблюдала за выдиранием волос, воздеванием рук к потолку, попеременным покраснением-побледнением и многими другими театральными эффектами. Прослушала весь звуковой диапазон его голоса, не затыкая ушей. И только после завершения концерта повернулась к Виталию, который впал в ступор.

Интересно, а он знает, что некий Сергей, возможно его отец, участвовал в тех же постановках, что и мой? Мне папочка как-то рассказывал.

- Ты!.. - закричал отец и закашлял. Угу, так и голос сорвать не долго. - О чем ты думала, когда лезла из окна?!

- Твой охранничек запер меня снаружи. Так что я не могла выйти нормально, спуститься вниз, постучать и сказать, чтобы мне вынесли мои стринги... - ответила, не моргнув глазом. В этот момент из соседней комнаты раздался самый кошмарный рингтон, который я когда-либо слышала, но вполне в стиле отца. - Та твоя секретарша звонит...

Ничего не произнеся на напоследок, даже не попрощавшись, он вышел из комнаты. Я услышала только как он ответил на звонок своим обычным "алло", а потом раздался грохот входной двери. Ушел.

Я перевела взгляд на крайне удивленного соседа и пожала плечами.

- Опаздывает на работу, - пояснила. - Всегда так. На дочь  времени нет, но я уже привыкла.

Плюхнулась на ближайший стул. Вцепилась в кружку с нетронутым чаем и начала вертеть ее за ручку на столе. Звук, производимый этим нехитрым действием, успокаивал мои не в меру расшалившиеся после разговора нервы. Стеклом по стеклу.

Виталий поморщился. Заметила только потому, что внимательно, не отводя взгляда, смотрела на него. Он попытался скрыть это, состроив абсолютно равнодушное выражение, встал из-за стола и произнес:

- Пожалуй, я пойду...

- Он оставил тебе ключ, - спокойно сказала, но внутри столько обиды было. У меня ключа не было и запирали снаружи.

- Да.

- Когда "план" вступит в силу? - надо же выяснить, когда я наконец покину свои апартаменты.

- Завтра.

Он вышел, а я чуть не пустилась в пляс по всем комнатам. Обида была забыта, сменившись предвкушением завтрашнего дня.

Завтра я наконец-то выберусь из этой клетки!

Как только входная дверь захлопнулась, возвещая об уходе соседа, и в замочной скважине громко провернулся ключ, мой телефон ожил. Я приняла вызов, невнятно пробормотав:

- Слушаю...

Даже не посмотрела на дисплей, а надо было.

- Смотри, чтобы завтра без глупостей... Веди себя нормально, не уподобляйся матери, - пробормотал на другом конце провода свои наставления отец, на фоне слышались сигналы автомобилей, шум двигателей - так быстро смылся. Наверное уже на подъезде к офису. Следующим, что я услышала были короткие гудки.

Оставшийся вечер прошел в каком-то странном состоянии. Я одновременно чувствовала что-то похожее на облегчение, завтра я больше не буду изображать из себя ту самую Рапунцель из башни; запоздалую неловкость - что я сегодня творила, щеки горели еще долго; недоверие и многое другое.

Не хотелось ни вязать, ни смотреть сериалы, поэтому до поздно сидела на форумах посвященных рукоделию и не заметила, как заснула.

 

Утро началось с того, что меня кто-то слишком активно пытался растолкать. Не знаю, что при этом делали, но вариант с тем, что меня успели еще и попинать решила не отбрасывать далеко.

Через несколько минут после того, как мой мозг начал просыпаться, до меня дошло, что я живу на двадцать втором, дверь заперта снаружи и в апартаментах, кроме меня, никого не может быть.

С диким воплем, отбиваясь от неизвестного вторженца руками и ногами, вскочила с дивана, при этом со всей силы вписалась лбом в чужой подбородок. Взревев белугой, схватилась за голову и медленно осела обратно, с восхищением, сквозь шум в ушах, прислушиваясь к приглушенным витиеватым не совсем цензурным выражениям.

Именно сейчас я все же решила вспомнить, что голос у неизвестного очень знакомый. Перед глазами всплыли события вчерашнего дня. От стыда в очередной раз захотелось побиться головой об угол стола, на котором оставила открытый ноутбук. Уткнувшись лицом в ладони, пробормотала:



Марина Кулешова

Отредактировано: 02.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться