Как приструнить босса

2

Я уже успела поставить чайник. Да, что там? Он уже практически успел закипеть, когда сестра соизволила, наконец-то, покинуть ванную комнату.

Я дико волновалась за ее моральное состояние, но пришла к выводу, что если она ничего не сделала сразу, то уже и не сделает. Еще на курсах психологии, которые я посещала в качестве факультатива в университете, нам рассказывали об этом. Если человек сомневался, значит, опасности как такой нет. Стоит лишь устранить причину, по которой у него возникли мысли лишить себя жизни. А сестра явно была из когорты сомневающихся, чему я несомненно была рада. Поэтому, хотя не находила себе места, не дергала ее больше. Давала возможность привести мысли в относительный порядок. Осознать, что она чуть не сотворила, идиотина. Тем более из ванной комнаты постоянно доносился какой-то шум. А это в некотором роде успокаивало.

Наверное, стоило бы вызвать скорую помощь и поместить ее в сумасшедший дом на некоторое время. Сравнила бы жизнь там и «на воле», больше никогда даже не подумала бы распрощаться с жизнью. Но подобное могло поставить клеймо на всю оставшуюся жизнь.

Я, вообще, не слишком понимала, как моя веселая и беспечная сестрица дошла до такого.

Девушка появилась в банном халате и с полотенцем на волосах и робко улыбнулась. Я скептически оглядела ее. И не скажешь, что она каких-то пару минут назад пыталась сотворить такое. Выглядела, как всегда… ну, как мое собственное отражение в зеркале, только более беззаботное. Я нахмурилась.

- Чем оправдываться будешь? – спросила довольно резко. Решила, что необходимо немного встряхнуть сумасбродную девицу. Рассредоточить внимание. Отвлечь.

- Я?! – кажется, Велеслава не ожидала такого от меня. Видимо, думала, что снова жалеть начну. Но я за последние три года очень сильно изменилась. Жалости и сострадания к беспечным родственничкам у меня поубавилось. Во всяком случае, мне так казалось.

- Ну, не я же. Это так ты меня встречаешь? – неожиданно я широко улыбнулась, чем еще больше ввела в недоумение сестру, и полезла обниматься. Крепко сжав Велеславу в объятиях, все-таки три года не виделись, произнесла:

- Дура! – а потом не удержалась и отвесила ей смачный подзатыльник.

- Яр-ра! – протянула Велька. Протянула с упреком.

- Что Яра? Выкладывай, что у тебя случилось? – как раз в этот момент закипел чайник. Подтолкнула сестру к кухонному диванчику, и сама потянулась за кружками. Как хорошо, что, хотя бы расположение кухонной утвари осталось неизменным.

Заварив свежий чай, полезла в холодильник. Есть хотелось жутко. Холодильник оказался практически пустым. Усмехнулась. Ожидаемо.

- Я… - замялась девушка.

Вернулась к брошенным вещам, извлекая оттуда небольшой продовольственный запас. Думала порадовать мать и младшую сестричку, но, видимо, нам сейчас нужнее.

- Что ты? – вернулась с французскими трофеями. Сыр, колбаса, шоколад…

- О-о! – воскликнула сестра и тут же потянулась за дорогими конфетами, словно, это не она пять минут назад планировала расстаться с жизнью. Я недоуменно уставилась на родственницу. Она, конечно, девица легкомысленная… Но даже я не ожидала, что переключится так быстро. Пока сестра хомячила шоколадные конфеты, а по-другому не скажешь, я нарезала бутерброды и с подозрением рассматривала ее.

Разговор все как-то не начинался. Но вот для девушки, находящейся в глубокой депрессии, она вела себя странновато. А что другое могло толкнуть Велеславу на такой отчаянный шаг, как не депрессия или какие-то серьезные проблемы?

- Так что у тебя случилось? – девушка практически прожевала то, что успела запихать в рот, и потянулась за новой порцией. Ну, и получила по рукам. Как-то ждать мне больше не хотелось.

- Влад, - нехотя произнесла сестра.

- Что Влад?

Вообще, Влад Сталеваров – отдельная история. История, которая мне очень не нравилась.

Пару лет назад градообразующее и практически развалившееся предприятие нашего небольшого городка купили. Купили и вложили в его модернизацию приличную сумму. Само предприятие было основано в конце девятнадцатого века и занималось выпуском различной стекольной продукции. Вот чем сейчас оно занимается, оставалось для меня загадкой. Впрочем, узнать я это даже не пыталась. В этой истории важно другое. Директором завода стал молодой и ну очень привлекательный, по словам драгоценной сестрицы, молодой человек. Который к тому же имел дорогую спортивную машину.

Сестра, в отличии от меня, сразу после школы решила не продолжать учебу. Высшее образование было ей ни к чему. Она мечтала о карьере модели или актрисы, на что в принципе с нашей внешность можно было вполне рассчитывать.

Вот мы и поехали в семнадцать лет, сразу после окончания одиннадцатого класса, покорять столицу. Если мне все-таки удалось кое-чего достигнуть: я в итоге поступила в один из ВУЗов Москвы, хотя и не в тот, который бы хотелось. То вот сестра… пару месяцев ходила по бесчисленным кастингам. Ей периодически даже удавалось найти какую-то подработку. Но ничего более-менее серьезного. Москва и столичный бомонд ее не ждали с распростертыми объятиями, а вырывать себе место под солнцем зубами, она была не приучена… как и трудиться. Я ведь ей еще тогда говорила, что работа той же модели или актрисы требует невероятных усилий. Это не вышел на публику, покрутил пять минут подтянутой попой и получил миллион. Поработав какое-то время официанткой, сменив еще несколько профессий, сестра где-то через полгода метаний вернулась в отчий дом. Под родительское крыло. К горячим материнским пирогам и вечному пьяному ворчанию отчима.

Естественно, родители не могли дать ей того уровня жизни, какого бы ей хотелось. Пришлось драгоценной родственнице идти работать парикмахером в местный салон красоты.

И она работала и была относительно довольна своей жизнью. Даже с Петькой, нашим одноклассником, встречалась и собиралась за него замуж, пока на горизонте не нарисовался Влад Сталеваров на своей дорогой спортивной машине.