Как звали ту звезду, знали только ангелы.

Часть 1. Пленница и тень.

Мраморные стены были в трещинах и в паутине.  Дорожки из белого камня и вовсе были разбиты. Воды, которые наполняли залы храма, иссохли. Трудно представить, что когда-то это место было оживленным.

Бродя вновь и вновь уже больше трех веков, я изучила каждый угол каждого зала в моем храме. Люди думали, что оберегают меня, но вряд ли они могли представить, что храм для молитв и поклонений станет для кого-нибудь тюрьмой. Но именно для меня он таковым и стал.

Когда во внешнем мире наступала ночь, я пыталась хоть на несколько минут выбраться из темницы. Но храм буквально не хотел меня отпускать, как только я подходила к дверям святилища, все двери и окна тут же закрывались, и что бы я ни делала, я не могла их сломать или хотя бы повредить их. Но с восходом солнца ко мне в храм залетают птицы. И мне кажется, что только с ними я и умею общаться.

Но как бы то ни было, каждое утро я делаю обход своего святилища, хоть и понимаю, что вряд ли что-нибудь изменится. 

- Эх, господи, если ты решил меня наказать, то за то, что я и не делала. Потому что как раз ты мне и не позволил ничего сделать. Прошу, пусть хоть стенка сломается! - И так каждое утро я умоляла бога, чтобы тот сломал стены, сковывающие меня. И вновь и вновь он не отвечает на мои мольбы.

Звонкое щебетание маленькой птички, которая сидела на развалинах одной из колонн храма, подбадривало меня. Птичка часто залетала в храм. Не знаю, была ли каждый раз это все та же. Но я дала ей имя - Синюшка, из-за ее синих перьев и маленького размера.

- Как дела? - наклонив голову, я смотрела на нее. На этот раз Синюшка была очень буйной, она летала вокруг меня, хватая за мои голубые локоны и больно таща вперед.

Я уже подумала, что это была не та спокойная птичка, что, прилетев ко мне, сидела у меня на плече.

- Ау… больно, что же ты делаешь, - я стала размахивать руками, чтобы отпугнуть ее от себя. Но затем птичка больно клюнула меня в лоб. И я от испуга упала прямиком на голые мраморные плиты.

- Ну готовься! Если я до тебя доберусь, тебе не поздоровится! - птичка, быстро махая крыльями, полетела вглубь храма. Я тут же побежала за ней. Она летала очень быстро, но иногда останавливалась на колонне и оглядывалась. Тогда я поняла, что она меня зовет за собой.

- Если бы у меня были крылья, я бы точно не издевалась над бедными ангелами, - я громко вскрикнула, чтобы этой птичке стало хоть немножко стыдно.

Она привела меня в самый центр моей темницы. Это была круглая комната с многочисленными колоннами, не тронутыми временем.  Это было самое красивое место в храме. Потолок был зачарован, вместо камня он был сделан из чистейшей морской воды. А пол был украшен мозаикой с морской тематикой, множество рыб как будто бы танцевали. А посередине стоял алтарь с прозрачным кристаллом, который отражал свет, просачивающийся сквозь морской потолок. Выполненная, как и потолок, из зачарованной воды северная стенка являла собой единственный в храме оазис пресной воды. Возле алтаря лежал человек. Он был без сознания. Я аккуратно подошла к человеку.

- Как человек оказался здесь? - наклонившись к нему, я поняла, что это парень, на вид лет семнадцати. В локоны его темных, завязанных в хвостик волос, вплетена пара красных перьев, и такие же перья украшали его серьги. Одетый в тёмные зашарпанные штаны, порванные на коленях, и красную куртку, также в плечах рваную, он лежал на спине, держа в руках на груди меч в ножнах, на рукоятке которого были всё те же красные перья.

- Он живой? - я послушала его сердце, приложив ухо к груди, но когда он сделал глубокий вдох, я быстро отдалилась от него на несколько метров.

- Как же он оказался здесь? - солнечный свет, который проникал сюда, казался мне другим. Подняв голову, увидела, что в водяном потолке оказалась дыра. Возможно, он случайно упал сюда. Вода медленно заполняла эту глубокую брешь, через которую упал юноша.

Я заметила, что у человека была открытая рана на правой руке и из нее текла кровь.

Подойдя к воде, я коснулась ее пальцем. Свет озарил воды оазиса и она окутала мои ладони. Подбежав к человеку, я приложила ладони к ране и тут же кровь, что была на одежде, вернулась в рану и остатки воды буквально превратились в кожу.

Пальцы, что сжимали меч, немного дрогнули. Приоткрыв глаза, мальчик стал оглядываться, но из-за слабости они медленно закрывались. Я знала, что когда он очнется, он даже не сможет меня увидеть, ведь он всего лишь человек, а я не смогу к нему даже прикоснуться или сказать ему что-то. Поэтому убедившись, что он может нормально открывать глаза, я пошла в обратном направлении. Мне было немного обидно от того, что, помогая людям, никогда не услышишь благодарности, они даже не поймут, что им кто-то помог.

- Спасибо, - томным голосом произнес человек.

Я была ошарашена – за мою долгую жизнь ни один человек даже не промолвил и слова, и не увидел меня. Я быстро подошла к нему и наклонилась, осматривая его и думая про себя: не было ли это результатом удара с такой высоты, а она была немаленькая.

- Ты. Ты видишь меня? Если да, то скажи хоть слово, - я коснулась пальцем его лба. Обычно я проходила сквозь людей как сквозь воздух, но мой палец воткнулся в его лоб, холодный и мокрый.

- Больно, - произнес он немного дрожащим голосом, запинаясь.

- Но как… ты же человек! Пожалуйста, скажи, что ты человек, - жалостливым голосом повторяла я ему.

Схватив меня за плечо, он оттолкнул меня назад. Я впервые чувствовала прикосновения, слегка болезненное, но в то же время приятное чувство.

Черный сгусток грязи разбился о мрамор, где только что была я. Из грязи показалась рука, без кожи, лишь голые серые кости. Они схватили ногу человека и тянули его к себе. Из сгустка показались два красных глаза, а черная пасть, с которой, как кровь, капала грязь, укусила парня за ногу.