Какая ещё ведьма?!

Размер шрифта: - +

Глава 3. Как я страшна в гневе

 

Мы действительно были едва знакомы, да и тому знакомству сравнялся от силы месяц. Но могущественный маг не мог отказать мне в помощи. Потому что он озвучил чистую правду. Он был обязан мне жизнью. Как так получилось? Ведь у магов свои дела, у людей – свои. Просто в его делах что-то пошло не так, и наши пути пересеклись.

Утро того дня выдалось омерзительное. Еще до рассвета мы с Даниэлкой притащились в поликлинику. Данка переболела ангиной, врач приходила к нам на дом. Но во время последнего визита у нее не оказалось бланков справок о выписке. А без справки в садик нас бы не пустили. Вот мы и явились наутро в поликлинику, сначала в один кабинет – за справкой, потом потащились в другой – за печатью. Там мы выждали не долгую, но мучительную очередь. А когда вошли в кабинет…

- А вас, девушка, мы уже выкинули! – медсестра действительно прицельно метнула Данкину карточку, спасибо хоть, не в мусорку, а в металлическую корзину-тележку с надписью «регистратура». И помахала ладошкой. Не жестом типа «пока-пока», а жестом скорее, типа «вали-вали».

- Как это? – опешила я. – Мы же записаны… заранее. Два дня назад. Это регистратура записывает по несколько человек на одно и то же время и говорит «в порядке живой очереди».

- Что регистратура делает, не наши проблемы, - подала голос врач, сидящая за дальним от стены столом. И так это прозвучало… Вот никогда бы не подумала, что симпатичная стильная женщина может говорить голосом бабки-вахтерши, которые в мои студенческие годы были уже пережитком, а сейчас-то и вовсе повывелись.

Медсестра слегка подобралась в своем гибриде кресла и стула. Ноздри затрепетали, словно их хозяйка что-то вкусное унюхала. То ли еду, то ли свару. Вампирша что ли? Да ну, бред. В человеческой-то поликлинике, да еще детской? За километр не подойдет. Максимум – энергетическая. Зря их все же не выделяют в суб-расу… А может, и вовсе, никакая не вампирша, а просто гадина, любящая наблюдать за унижениями людей, которые волею судеб совсем ненадолго и совсем чуть-чуть от нее, гадины, зависят.

Ох, Оль, о чем ты вообще думаешь?

- А мне как быть? Что же мне из-за одной-единственной печати снова записываться и в очереди сидеть? – я совсем растерялась. Данка, в миг ухватив мамино настроение, вцепилась мне в ногу, чего в свои полные шесть давным-давно не делала.
Вообще-то я не мямля, вовсе нет. Но тут просто мысли разбежались. Лажа случилась. Что делать? Бежать в регистратуру, перезаписываться? Так за мной уже человек пять… И, наверное, еще стольких же я не видела! А если опять втроем на одно время окажемся? Да и обидно стало… фактически послали меня, прямо при дочке, а я – как тряпка распоследняя – пойти готова в указанном направлении.

- Идите, идите, - врач, словно подслушав мою мысль, небрежно махнула ухоженною дланью в сторону двери, - работать мешаете.

В глазах медсестры промелькнуло торжество. Угу, маленькие победы каждый день. Из нескольких десятков дневных пациентов парочку можно безнаказанно унизить. Чуют ведь, гадины, какая именно мамаша не станет при ребенке свару разводить.
И вот эта искра торжества в глазах посторонней, не знающей и не имеющей повода не любить меня женщины, оказалась не искрой, но каплей. Последней.
Гадина ошиблась.

Я набрала воздуха.

- Идите, значит?! – от моего почти-рыка, а пуще того, от неожиданности, обе бабы на секунду вытянулись по стойке «смирно». Я добавила крепкое, очень крепкое в своей односложности выражение. – Я сейчас прямо отсюда пойду к главврачу и расскажу, как вы, нахалки, пациентов «выкидываете». Мне плевать, кто там у вас накосячил, вы или регистратура, или сам господин президент. Вот мой талон. Вот. Мой. ТАЛОН!!! Где мой прием?! Я вас, сучки, спрашиваю. Где?!

- Ой, ну чего вы при ребенке-то выражаетесь, - теперь опешила уже сама врач.

- А пусть ребенок учится. Если на другом языке вам не понятно, – я выхватила из тележки Данкину карточку. В голове горел огонь. Даже глаза жгло. Медсестра не предприняла и самой дохлой попытки мне помешать. Я шлепнула карту прямо поверх клавиатуры. Врач отшатнулась. Поверх карты же я припечатала ладонью справку, в которую требовалось поставить последнюю распроклятую печать. – Быстро!!!
Я поняла, что меня мелко трясет. К счастью, обалдевшая от такой перемены в посетительнице, врач этого не заметила. Она выполнила мою просьбу, нервно прикусывая губу. И, вероятно, прикидывая, не прилетит ли ей сейчас куда-нибудь в область переносицы.

- Другое дело, - сообщила я. – Могли бы сэкономить… ну, там, время или нервы, например. Дана, пойдем, малыш. Готова твоя справка.

И мы прошествовали к двери. Ну, как прошествовали… три шага – на шествие не тянут. Но то были три шага победителей.

Я удержалась от пинка по двери, но распахнула ее со всем недотраченным раздражением.

- Быдло, - пискнула мне в спину медсестра.

Я развернулась. А она откатилась на стуле подальше. Под защиту принтера, не иначе. Ротик как-то странно дрогнул. Струхну-ула.

- А ты овца, - сообщила я, с трудом удерживаясь от противных кривляний. – То же самое, только ме-е-елкий рогатый скот.
Прямо за дверью, на противоположной стене коридора висело зеркало. В нем я увидела, как та с моментально помявшимся от страха лицом нервно ощупывает голову. Морщится, вытирает глаза, и снова запускает пальцы в кудрявую шевелюру. Что-то ищет в ней и чешет, чешет. А глаза при этом прямо-таки уползают на мокрое место.

Вот идиотка… в обычных человеческих поликлиниках ведьмы и всякая нежить не только не работают, но и не наблюдаются. Другая медицина, слегка иная биология, чего уж там. Так что ей бы не голову чесать в поисках рогов, а нервы в порядок привести. Да научиться не хамить пациенткам. А то мало ли… я вот овцой, а кто-то и свиньей обзовет. Эдакий ипохондрик до вечера навоображает себе и пятачков и копытец в комплект к рожкам…



Алла Йолле

Отредактировано: 27.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться