Какая ещё ведьма?!

Размер шрифта: - +

Глава 11. Что за жизнь? Вот встретишь нормального мужика, а он - призрак дракона!

Сколько я так неслась по воздуху, завывая как мессершмитт, не разбирая дороги, не знаю. Метров пятьсот, много – тысячу. То есть, заревела, бросилась и… тут же врезалась во что-то большое, жесткое, слегка пружинистое и теплое. Ничего удивительного, скажете вы? Ага, конечно. Если выйти на улицу, глянуть на село, а потом зажмуриться и дать деру, то тогда нечего удивляться встрече с большим и жестким забором, например. Но если ты призрак, только что убедившийся в собственной способности влегкую просачиваться сквозь стены, а также в пустоте окружающей туманной действительности? Я лично, так обалдела, что даже реветь перестала. И слезы смахнула.

- Оу, - сказала я, прикидывая, что надо бы сваливать в обратную сторону, но тело отказалось слушаться. От страха и еще какого-то чувства, ранее незнакомого и совсем непонятного. Потому что…

- Ой, мама, дракон, - выдавила я.

- Оххххх… - вылупил бирюзовые глаза громадный темно-золотой ящер, ни дать-ни взять из компьютерной игрушки, только без спасительного монитора между нами. – Оххх… мать мою за хвост. Ведьма!..

И сделал такое движение всей тушей, словно тоже собрался сваливать. Вышло немного заторможено.

- Какая еще ведьма? – спросила я. Нашла, что спросить!

- К-какая? Такая, - он передумал удирать. В моей голове что-то шевельнулось. Ведьма… ведьма… что-то такое было… Надо вспомнить. – А ты дракон?

- Можно и так сказать, - медленно, словно едва ворочая языком, проговорил он, - я когда-то был драконом. А теперь я, как и ты, призрак.

- Вас же, вроде бы, не существует, - сказала я чтобы что-то сказать.

Громадная, с хороший кухонный стол размером, голова качнулась на гибкой, бесконечно-длинной шее. Кивнул, надо понимать.

- Нас – драконов, или нас – призраков? – вязко и глухо прожевал он слова. И ухмыльнулся: - Какая тебе, в сущности, разница? Вот я, вот ты. Я есть, а ты – как хочешь.

Да уж, не в моем положении предъявлять претензии типа «таких, как ты, не бывает»… Дракон же скользящим движением заложил петлю вокруг меня. Дыхание у меня слегка перехватило. Но это вушало оптимизм. Раз дыхание перехватило, значит, оно есть. Это несколько роднит меня с живыми существами. Или нет? Что я знаю о неживых?...

Дыхание неживого существа, ни теплое, ни холодное, коснулось моих волос у виска.

- Мы, кажется, пришли издалека, - глухо и тоскливо пророкотал ящер почти мне в ухо, - из совсем другого мира. И что-то произошло с этим миром. А потом и с нами… что-то произошло, - он зевнул, словно засыпал на лету.

- Что произошло? – нет, все же его облик отличается от того, каким наделили ящеров древние легенды да буйная фантазия художников. Только не пойму чем. Шкура гладкая, словно ее покрывают не отдельные чешуйки, а фантастический жидкий металл. Причем такой… постоянно перетекающий, сохраняющий форму ящера, зато меняющий рисунок – вязь линий все время разная, хоть и напоминает кольчужную.

Я снова поглядела на собственные руки. Угу, цвет и опалесцирующее сияние порядком отличались от моего обычного, бледного, но все же розоватого оттенка кожи. Наверное, и дракон в призрачной форме чуть иной, нежели в эээ… живой версии. Хотя для меня разница невелика. Что дракон, что призрак дракона – один шут - невероятно. Но факт.

Дракон приподнял тяжелые веки. Точнее, одно - головища его была повернута ко мне в профиль, второго глаза я видеть не могла. В бирюзовом овале, перечеркнутом вертикалью зрачка я б не утонула. Но выкупалась бы точно – глазик-то в полменя размером. Ресницы-вибриссы коснулись моего лица. Руки-ноги у меня слегка отнялись. Но давайте считать, что просто с непривычки. Ведь будут тебя жрать на завтрак или нет, становится понятно с первых же секунд. Этот, видимо, не собирался. Ну, и призрак призраку, наверное, друг, а не еда? Или…? Нет, об этом не думай!

- Мы… что-то потеряли, возможно, по своей вине. Я не знаю, что именно. Я лишь помню, что когда-то был живым. И… другим. Это было давно, годы назад, но едва ли века.

- И вы все теперь призраки? – спросила я, замирая. Сейчас собственные беды опять не казались такими уж страшными. Что значит «беда», если ты собственными руками прикасаешься к одной из величайших тайн нашего мира?

- Полагаю, да, - дракон говорил так, словно у него в запасе было немерянно времени, - я видел лишь нескольких, они далеко отсюда и друг от друга. Они спят. И я усну однажды. Поговори со мной, маленькая ведьма. Мне так не хочется уснуть навек, ведь некому будет меня разбудить.

- Я тебя боюсь, - честно сказала я.

 

Он издал короткий бухающий смешок.

- Правильно, крошка. Ведьмы боятся драконов. Как и драконы - ведьм. Но сейчас мы не опасны друг для друга. Я, конечно, могу тебя проглотить, а ты меня заколдовать. Но что потом? Коротать вечность в безмолвном одиночестве?

Не знаю, от чего мне стало хуже, от заявочки дракона про «проглотить» (и это он еще не в курсе, что я не могу его «заколдовать») или от того, что мне предстоит коротать какую-то там вечность.

- А что случилось с тобой? – спросил дракон. – Куда ты торопилась, почему плакала?

- Долго рассказывать, - я шмыгнула носом. М-да, уж можно было чисто технически обойтись без соплей в призрачном-то состоянии?

- А куда нам торопиться? – философски изрек ящер. Я хотела было возразить, что мне-то есть, куда. Но он, словно считав мои намерения, продолжил: - или твой рассказ займет сутки? Двое?

- Да в полчаса уложилась бы, - я вдруг сообразила, что вполне могу принять сидячее положение в воздухе. Подтянула колени к груди, обхватила их, словно вернулась в детство и забралась в старое продавленное кресло. Никакой опоры, я при этом, конечно, не ощутила.



Алла Йолле

Отредактировано: 27.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться