Каледония

Глава 11. Джейс.

ГЛАВА 11. Джейс.

День, два , может неделя, не знаю. Хотелось есть и пить, силы покидали тело с каждым часом. Регенерация была на минимальном уровне, только нужда заставляла отрывать задницу от пола и проходить эти жалкие пару метров туда и обратно. Остались одни мысли, но и они при таком раскладе скоро уйдут и будет лишь пустота, безразличность, прямо как в самые критические дни у Лексы, когда никто не может до тебя докричаться и вытащить на поверхность , окунуть в реальность. Первые дни мы еще пытались кричать, до хрипоты в горле, разбивали костяшки пальцев, долбясь об стену, но тишина никуда не ушла. С нами не пытались заговорить, не допрашивали, а также морили голодом и ждали , когда наступит обезвоживание. Комната превратилась в личную камеру пыток, клетку, только вместо решеток были стены, за которыми не было слышно ни шороха. Дальше пошли разговоры, чтобы не сойти с ума от молчания стен, которые сдавливали тебя своим равнодушием и безразличием в тиски, мы заводили беседы. Темы всегда были разные и не надоедали однообразностью. Мы говорили обо всем: о родителях, школе, машинах, других мирах, наших тюремщиках, демонах , ну и конечно в первую очередь о Лексе. Вера в то, что она нас вытащит не покидала сердце ни на минуту. За этими разговорами мы узнали много интересного друг о друге, ну я то точно. Оказывается, Марк разодрался с каким-то мальчишкой, тому на помощь пришли друзья, и Кейджу пришлось вмешаться. В итоге разруливал всю эту ситуацию Вэнс. Старик не выдал этих двух оболтусов Лексе, пожалел. Кейдж огорошил тем, что встречался с двумя девчонками сразу, но они потом об этом как-то узнали. Вообщем, Кейдж уверенно заявил, что лучше добровольно отдастся в лапы к демону, чем еще раз испытает на себе гнев двух девушек. Было еще много забавных историй , рассказанных и мной, и ребятами, но спустя день язык больше не хотел слушаться и тогда действительно наступило молчание и оглушающая тишина. Нас на тот момент не заботило, что эти разговоры мог кто-то слышать , и выловит он там какую-то важную информацию или нет, никого из нас троих не волновало. Больше ничего не хотелось. Но знаете, что мы продолжали делать до сих пор. Верить и не отчаиваться, Лекса вытащит, перегрызет всем глотки, но вытащит. Этот день , по счёту понятия не имею какой, обещал быть таким же, как и предыдущие, а значит до нашей кончины от обезвоживания остались считанные дни. От тех энергичных и жизнерадостных близнецов остались валяющиеся тела с равномерно поднимающейся грудью. И да , мы не такие идиоты, понимаем, что воздух от куда-то берется . Поверьте , перерыли всю комнату вверх дном, но так и не нашли заветного вентиляционного люка. Поэтому приходилось лишь ждать, и похоже дождались. Со стороны двери послышался скрип и громкий хлопок, словно подорвали петарду. Я инстинктивно зажал уши руками, пытаясь избавиться от пикающего звука в голове, но он никак не хотел уходить. Что-то теплое и липкое потекло по рукам, принюхавшись, болезненно сморщился, так как жидкость оказалась кровью, стекающей струйкой из ушей. Пришлось приложить усилия, чтобы повернуть и приподнять голову в сторону открытой двери. Там было какое-то движение, но в глазах было мутно, и я не мог сфокусироваться , всё расплывалось. Слух постепенно приходил в норму, и я смог уловить голоса, боже неужели эта тишина закончилась. Они яростно о чем-то спорили , кто-то закричал. Крик оказался смутно знакомым , потом осознание, что это Марк, следом за Марком заорал Кейдж. Он, как самый вспыльчивый, сдаваться просто так не собирался, называя всех громкими эпитетами. Я наконец-то смог встать на ноги , чтобы тут же упасть. Твари, они знали , что у нас не будет сил , чтобы дать отпор. Всё же я смог подняться и в прыжке броситься на кого-то здорового, но меня тут же откинули назад, как какого-нибудь надоевшего щенка.

- Не смейте трогать моих братьев! Убью! Убью гады! – орал я, пытаясь добраться до ребят, но меня постоянно отталкивали , а я не мог удержаться на ногах. Я бросался и бил наших неизвестных тюремщиков, пытаясь дотянуться до близнецов, те тоже не сдавались без боя, хоть их сил было вдвое меньше, чем у меня. В ход пошли даже зубы, я впивался в руки, ноги , лицо , вообщем туда , куда мог дотянуться. Но ничего не получалось, братьев по-прежнему оттаскивали все ближе к двери и дальше от меня. Когда я смог добраться до этой массивной железяки , отрезающей меня от Кейджа и Марка , то зарычал , долбился в неё , пока руки не превратились в кровавое месиво. Не было ничего , кроме меня и двери. Вскоре разум одержал верх, и в моих жилах застыла кровь. Зачем им ребята? Почему не я? Что они собираются с ними сделать? Эти вопросы не давали спокойно сидеть на месте, хотя еще немного и обморок станет моим другом. Казалось, прошла вечность, теперь за стеной можно было различить голоса, шорохи, какое-то движение, но только всё это отошло на второй план. Опасность. Братья. Опасность. Братья. Крутилось в голове. Я ужасный брат, ужасный. Будь здесь Лекса, то не позволила бы такому случиться. Я действительно еще маленький беззащитный и никуда не годный щенок. Я не то , что других защитить, даже себя обезопасить не могу. Моё самобичивание продолжалось мучительно долго. Я настолько сильно погрузился в себя, что не услышал приближающихся шагов и звук отпирающейся двери. Я медленно повернул голову, в дверях стояли два парня примерно возраста Лексы, хотя кто их знает. Разбираться в этом не стал, просто неожиданно для них соскочил на ноги и схватил одного за грудки , прижимая к стене. (Откуда только взялись силы?). Но в ту же секунду второй противник быстро уложил меня на лопатки и перетянул руки веревкой, причем сделал это очень ловко, словно тренировался ночи напролет. Они встали от меня по обе стороны и резким движением подняли на ноги , придерживая за руки.

- Лучше не дергайся , целее будешь, - громким басом посоветовал один из них.

- Где мои братья! – Яростно спросил я у него.

- Там , где и должны быть, на коленях перед повелителями, - прогнусавил второй.