Каледония

Глава 16.Часть 2

Лекса.

Я не могла подняться. Адская боль по всему телу мешала даже  лежать .  Любое движение, будь то рука или нога, причиняло боль. Приходилось делать невероятные усилия над собой , чтобы просто открыть один глаз. Но и он не задерживался в таком положении надолго, спустя пару секунд я снова ничего не видела, кроме темноты. Тело будто существовало само по себе, доставляя только боль, и ничего не принося взамен. Я мирилась с этим , часами лежа в неподвижном положении. Но так больше не могло продолжаться, в горле будто образовалась пустыня. Ужасная жажда заставила обуздать свое тело, взять его под контроль. И прилагая усилия , я все же смогла пошевелить пальцами рук. Движение было еле уловимое и не принесло никаких результатов, чтобы утолить жажду. Пришлось сосредоточить усилия на глазах. Открыть , нужно просто открыть их. Громкий стон сорвался с моих губ, когда глаза все же подчинились и их залил дневной солнечный свет, что распространялся по помещению. Не пытаясь даже повернуть голову, заранее зная , что это обречено на провал, я пыталась привыкнуть к яркому свету, исходящему от настежь открытого окна. Боковым зрением я могла видеть маленький кусочек ярко-голубого неба ,  уловить запах свежего воздуха, который проникал в комнату сквозь это окно, а еще услышать гулкое щебетание птиц. Они перекрикивали и перебивали друг друга, но это не резало слух, а наоборот успокаивало. Так и не утолив жажду , под мерное чириканье лесных жителей и обдувание теплого ветерка,  я не заметила как заснула.

 Следующее пробуждение оказалось чуть менее болезненным, но шевелить отдельными частями тела, я все же была не в состоянии. Зато глаза открывались намного легче и рядом кто-то находился. Решив что-то невнятно простонать , я смогла привлечь внимание . Сейчас даже не волновало, где я и что будет дальше. Единственным желанием было выпить как можно больше воды, чтобы наконец  избавиться от сухости в горле. Послышались легкие шаги , и в следующую секунду надо мной склонились две лохматые головы с сонным выражением на лицах. Клянусь, если бы мое обоняние не было развито лучше , чем у любого из хищников, я никогда бы не смогла различить этих двух. Сначала братишки долго всматривались в мое лицо,  видимо пытаясь найти подтверждение,  что это я. А потом на их лицах начала разрастаться широкая улыбка, и они кинулись обнимать меня. Балбесы! Объятия разжались сразу же, когда по комнате разнесся мой болезненный крик.

- Ой, прости, прости, прости. Где больно? Мы больше не будем. Ты в порядке? – начали засыпать они вопросами. Я попыталась сказать, что хочу пить, но , к сожалению, вышло одно лишь мычание и шипение. Братья испуганно переглянулись.

- Ты зачем полез ее обнимать?! – злобно крикнул Кейдж Марку.

- Я? – изумился брат и уже в свою очередь не по-доброму взглянул на Кейджа, явно собираясь продолжить ссору, которую начал его близнец.  Мне лишь оставалось ждать, когда закончиться их перебранка. Они  медленно ходили вокруг друг друга, и бросали злые взгляды исподлобья. Это продолжалось уже не меньше минуты. И тут , наверное к счастью, послышался скрип открывающейся двери и топот нескольких пар ног. Кто вошел видеть я не могла, так как повороты головой приносили боль, но запах все же был уловим.

- Вы  что здесь устроили? Я же просил посидеть с ней тихо и спокойно. Эти два слова подразумевают под собой тишину и покой! Кто кричал? Нам сказали, что был слышен женский крик. – Джейс строго  отчитывал близнецов, но нервозность все же проскакивала в его голосе. Ну наконец-то он здесь , в порядке, но пить хотелось сильнее чем радоваться. Поэтому я попыталась еще  раз сказать о своем желании. На этот раз получилось лучше и из горла выдавилось еле слышное шипение вперемешку со словами. Джейс сразу же подскочил ко мне, забыв о близнецах и озабоченно начал осматривать каждую черточку  лица. Я попыталась подарить ему ласковую улыбку, но….

- Тебе больно? – воскликнул Джейс. Ясно, улыбаться пока не стоит. Собрав всю свою волю в горле я рискнула произнеси только одно слово:

 - ….В….Воо….воды, - это было больше похоже на угрожающее шипение, но меня слава всем богам поняли. Через пару секунд брат вернулся со стаканом жидкости жизни . Он приподнял мою голову и поднес его к губам. Я сначала медленными , а потом уже жадными большими глотками осушила его.

-  Еще? – заботливо переспросил он, мне лишь хватило сил на то, чтобы моргнуть. Такими темпами во мне оказалось шесть стаканов воды и жажда наконец-то ушла, также как и пустыня в горле.  Глаза закрылись сами собой.  Сон - пятиминутное бодрствование- вода и еда- опять сон, - эти действие продолжались на протяжении недели. Со временем боль в теле уходила, я могла шевелить ногой или рукой, поворачивать голову и более менее внятно говорить. В основном рядом всегда находились братья, пару раз я видела Джона,  и в один из солнечных дней вместе с Джейсом пришел Крис. Через боль в шее я резко отвернула голову в другую сторону от наследника Вульф.  Минуту спустя  были слышны его удаляющиеся шаги. Я знала, что он помог и его друзья тоже, но …..всегда было «Но». Ребята рассказали , что Крис пошел против отца и других правителей, а его поддержала большая часть знати, в особенности женщины, которые находились в большом зале тогда. Но я не могла смотреть  Крису в глаза, так хотелось верить, что он такой же как и его отец. Ведь эта вера укоренилась во мне с детства,  и менять ее сейчас было очень тяжело, даже нереально. Плюсом было лишь  то, что все, казалось, понимали мое нежелание  общаться с кем-то , кроме братишек, и никто не навязывал свое общество.   

В этот день я проснулась одна, в комнате никого не было. Тело больше не болело от каждого мимолетного движения,  и я решила попробовать подняться с постели. Очень медленно  подняла голову, подогнула сначала правый , а потом левый локти и оперлась на них, приподнимая корпус. Просидев в таком полулежачем положении пару минут,  я продолжила свой подъем. Придерживаясь правой рукой за край кровати,  я приняла сидячее положение  и резко начала клониться вправо, но удержалась. Голова немного кружилась и в глазах было мутно. Но со временем у меня получилось держать корпус прямо и не падать всякий раз, отпуская руки от края кровати. Теперь оставалось самое сложное - встать на ноги.  Это являлось очень затруднительным , так как я не использовала их около двух недель и мышцы ног отвыкли от любых нагрузок. Крепко схватившись за кровать и тумбочку , стоявшую рядом , я медленно опиралась на ноги, давая им время привыкнуть к постепенному увеличению тяжести своего тела.  Потихоньку, потихоньку и спустя несколько минут я выпрямилась во весь рост, ненароком отпуская руки. Секунда , две и ноги начинают подгибаться , а тело с громким бабах встречается с полом.