Каледония

Глава 17.

КРИС.

Мир словно перевернулся с ног на голову с того самого момента, как в школе показалась эта девушка. Я сразу же мог заявить, что она не человек. Но то, что она окажется моей сестрой все еще не укладывалось в голове. И если быть до конца откровенным я её боюсь. Меня пробирает дрожь от одного взгляда на её лицо. Оно бесспорно прекрасно, но мертвые глаза, хмурые брови и губы, которые изгибаются лишь в ироничную ухмылку лишают его этой красоты. Нельзя понять , какие мысли посещают её голову в данный момент, поэтому ты не можешь предугадать, что она выкинет через секунду. Лишь , когда Лекса была при смерти я смог увидеть её настоящее лицо, без надменного или сурового выражения. В тот момент она была действительно красива и невинна как дитя. А потом вновь появились те бездушные глаза цвета лазури и губы, сжатые в тонкую полоску. А вчера случилось что-то ужасное. Джейс , Кейдж и Марк были бледнее мела и ни с кем не разговаривали, перешептываясь лишь между собой. Их лица омрачал печальный и встревоженный взгляд, когда они покинули комнату после разговора с сестрой. Они не отвечали на наши вопросы, даже после того как Лекса открыла дверь и практически на ватных ногах молча двинулась по коридору. Я успел взглянуть на её лицо и тут же отвел глаза, так как мне сделалось дурно. Я ни у кого никогда еще не видел столько боли во взгляде, и даже устыдился того, что на неё посмотрел. Я подумал, что это слишком личное, не предназначенное для чужих глаз. Вопросов к Джейсу прибавилось еще больше, но спрашивать не хватало духу, так как я понимал, случилось нечто ужасное. Только вот что? Ни вчера ни сегодня нам не пытались ничего объяснить или рассказать. Мысли смешались одна с другой. Демоны, нападение, Лекса и её братья, ссора с половиной знати, плюсом сейчас предстоит разговор с отцом, который явно закончится очередными криками и непониманием. Он наверняка опять потребует отдать ему мою демоническую сестру, а я скажу, что она спасла нас, и каждый останется при своем мнении. Личные апартаменты вожака Вульф находились в правой части замка, где потолок и стены давно заросли диким плющом, но это похоже никого не волновало. Вообще это была самая необустроенная и скудно обставленная часть замка. Здесь не было ни картин, ни росписей на стенах. Всё было вытесано из черного камня и освещалось сотнями факелов, которые меняли каждые четыре часа, но именно в этом месте отец чувствовал себя наиболее комфортно и его редко кто беспокоил просто так. Потому что мрачность и безлюдность «отцовского логова» внушала некий страх перед его обитателями. Но мне отчасти тоже нравилось бывать здесь, лазить по пустым темным коридорам и исследовать старые заброшенные комнаты, в которых можно было найти древние карты или какие-то необычные вещички, чаще всего магические. Но чем старше я становился , тем меньше времени уделял этим вылазкам , а сейчас и вовсе считаю всё это детской забавой. С того самого дня как мне исполнилось 10 жизнь полностью переменилась. Увеличились часы обучения грамоте и истории, нагрузка на тренировках неимоверно возросла и я не знал отдыху, а потом отец велел изучать политику , военную тактику и характеристику каждого демона преисподни. Тогда и закончилось мое детство, я знал, что меня готовят как преемника, будущего правителя Вульф. Всю свою жизнь наши с отцом решения были обоюдными – он одобрял мои действия , а я его. И Лекса сумела нарушить эту незримую гармонию. Первый раз в своей жизни мы с отцом не можем прийти к согласию. И сейчас я постоянно задаюсь вопросом, кто же из нас первым уступит? Кто примет правильное решение? Ведь я до сих пор не уверен, что поступаю верно, защищая Лексу и братьев. Может это самая большая ошибка в моей жизни как говорит отец. Селена настаивает на том, что я поступаю справедливо, Эрик кричит, что это полный идиотизм. Дак кто же прав?

Отец как всегда находился у себя , расположившись за письменным столом. Его руки ловко перебирали разбросанные бумаги, но он сам мыслями находился где-то очень далеко и что-то его явно тревожило. Только сейчас, присмотревшись, я заметил синие круги под его глазами и сгорбленные плечи. Он даже не сразу обратил на меня внимание, и мне пришлось около минуты топтаться рядом с порогом, прежде чем отец поднял уставший взгляд и жестом пригласил войти , а за тем и присесть. Решив не оттягивать предстоящий разговор я заговорил первым:

- Отец, если ты вызвал меня, чтобы снова угрожать или пытаться уговорить отдать тебе Лексу с братьями, то …..

- Я позвал тебя не за этим, сын, - прервал меня повелитель Вульф и тяжко вздохнул, поднимаясь из-за стола.

- Тогда для чего? – спросил я, а мысленно уже пытался предугадать исход этого разговора. И почему-то уже сейчас с каждой минутой молчания отца на душе становилось всё неспокойнее.

Передо мной легли какие-то бумаги, свитки и карты, сплошь усеянные красным пунктиром.

- Демоны стали слишком агрессивны . Их активность повысилась почти в 20 раз, и наши отряды не могут справиться с таким количеством тварей, которые несут разрушения. Погибают невинные люди и нелюди. Вчера было совершено нападение на столицу Тёмных. Завтра решено собрать совет , на который прибудут адмиралы и военачальники со всех пяти параллелей. Сейчас мне очень нужна твоя поддержка сын. И не только мне…. – отец серьезно посмотрел мне в глаза. Я знал , что он сейчас потребует, поэтому прервал его на полуслове.

- Нет! Нет, отец, прости, но я не позволю причинить вред Лексе. Она спасла нас, помогла, не понимаю почему ты до сих пор хочешь её убить. Да, доверия к этой девчонке испытывать не стоит, но и убийство тут не поможет.

- С её появлением демоны стали нападать на наши города, они даже рискнули напасть на Кассиопею! Моя сестра поддалась чарам демона , пошла против своих, погубила отца, а это её отродье! Её и того демона Дэймона! Лекса убийца.