Каменное зеркало. Книга 1. Воронов мост

Размер шрифта: - +

3.7

Мюнхен

апрель 1944

 

Отчитываясь перед Гиммлером об успехах курсантов, Штернберг не выделял русскую девушку Дану, да и вообще старался нигде не называть её имени. Его маленькая дикарка, милостиво прощённая – и теперь наконец-то прирученная, притихшая, необыкновенно покладистая – должна была существовать только для него одного. Он не хотел, чтобы на его питомицу обратила внимание какая-нибудь акула Чёрного ордена.

По мере приближения даты первого выпуска (курс обучения длился семь месяцев) Мёльдерс всё чаще напоминал о своём требовании. Штернберг опасался, что начальник оккультного отдела может вновь неожиданно приехать в школу с какой-нибудь «проверкой», и уже безо всяких церемоний объявить о своих правах на выпускников. Мёльдерсову заявку он сжёг. Ему внушала отвращение одна лишь мысль о том, что кого-то из этих людей – людей, выкупленных ценой еженощных кошмаров, людей, чьи имена он знал наперечёт – Мёльдерс приберёт для своих мерзостных дел – и как он с ними, с бывшими заключёнными, ещё будет обходиться?.. Бывшие узники по-прежнему держались по отношению к Штернбергу холодно и настороженно, но однажды к нему в кабинет пришла фрау Керн – пришла как просительница, но просить ни о чём не стала, только сообщила, что недавно получила письмо от освобождённого из Бухенвальда мужа и собственными силами исцелила от туберкулёза дочь по методике, изложенной Штернбергом на одном из занятий. Штернберг чувствовал, что она изо всех сил старается не замечать его чёрной формы. Вдруг женщина взяла его за руку и дотронулась до его пальцев сухими губами. Штернберг сердито отдёрнул руку. Фрау Керн тихо поднялась и вышла. Больше ничего подобного не случалось – но Штернберг твёрдо решил, что этих людей не отдаст никакой сволочи.

– Зачем падальщику столько сенситивов? – спросил как-то Штернберг у Валленштайна. – Вообще, что такое этот его «Чёрный вихрь»?

Они шли по слякотной аллее, ведущей к институту на Леопольдштрассе. Дома по правую сторону стояли разбитые, с провалившимися кровлями, в грудах битого кирпича и поломанных балок – ночью был воздушный налёт (накатывающую на живую плоть города смерть Штернберг чувствовал так же, как иные люди чувствуют перепады атмосферного давления). Подростки из Гитлерюгенда разбирали завалы. Дико смотрелись оконные проёмы, обрамлявшие куски неба. Вдали над развалинами поднимались плотные клубы дыма.

– Документы на эту штуку я ещё не видел. А так всё больше слухи. Вроде на этот «Вихрь» работает целая электростанция. Испытывают под землёй, наверху слишком опасно, первый раз они целую деревню угробили. После каждого испытания лабораторию отдраивают кацетники. Своих же товарищей с пола тряпками собирают – ну, то, что от тех осталось. Вот последнее, думаю, правда: наш новый приятель клянётся, мол, видел собственными глазами и потом всё там заблевал. Сенситивы нужны, чтобы какие-то поля нейтрализовывать, или управлять ими, а ещё эту хреновину настраивать... Слушай, да ты не поверишь, до чего этот мёльдерсов могильный червь продажный, за лишний кусок золота готов всё вывалить, как шлюха, я даже не ожидал...

Сбор информации для чёрного досье на начальника оккультного отдела «Аненэрбе» принимал всё больший размах. Теперь, когда Валленштайну удалось перевербовать одного из ближайших помощников Мёльдерса, Штернберг получал любопытные сведения о довольно неординарных высказываниях «заслуженного наци» (как величал себя сам Мёльдерс) в узком кругу. Чем более очевидным становилось поражение Германии в войне, тем чаще Мёльдерс цитировал высказывания Гитлера о том, что народ, не способный выжить в извечной борьбе за существование, не достоин жалости, – и от себя добавлял, что теперь-то «любимый вождь» со злорадством пустит «недостойному» народу последнюю жертвенную кровь. Такие слова запросто можно было трактовать как намеренное оскорбление «отца нации», «всю свою жизнь посвятившего служению Германии». Лучшему из астральных разведчиков своего подотдела, оберастральфлигеру Ройтеру, Штернберг поручил секретное задание проследить за альпийскими путешествиями преданных людей Мёльдерса, и вскоре узнал, что те имеют встречи с неким швейцарским гражданином, которому передают контейнеры с органическим содержимым. Вероятно, чернокнижник в погоне за наживой или ради обустройства себе тёплого места на Западе предоставлял врагам образцы своих разработок. Всё это было только на руку Штернбергу. Он понял: если ему удастся сбросить Мёльдерса, Гиммлер будет только рад.



Оксана Ветловская

Отредактировано: 19.09.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться