Каникулы у бабушки-колдуньи

Глава 3. Ворона

Следующий день в доме бабушки начался с вопля парочки петухов за окном и с приятного запаха блинчиков. В семь утра дети уже проснулась – так рано они еще не покидали постелей в каникулы. Маня, Алик и Ромка спустилась вниз в столовую. Там никого не было, если, конечно, не считать четырех человечков, которые прятались под скатертью.

Знакомство со столярным чудом у троицы состоялось вчера. Наглядевшись на портреты в коридоре, Маня и Алик, вслед за младшим братом, отправились есть борщ — вошли в столовую и ахнули: еще никогда они не видели такого впечатляющего стола. Его смастерили из дерева. Умельцы украсили столешницу витиеватой резьбой, а роль ножек предоставили фигуркам человечков с большой головой и крылышками. Черный стол был покрыт лаком. И стоял он на красном ковре. От этого казалось, что черные тельца были покрыты кровавыми пятнами. По задумке ли автора или вопреки ей, эти существа скорее походили на бесят, чем на ангелочков.

Сначала ребята оценили лишь общий вид стола и массивных стульев. А позже, уплетая аппетитную, пахнущую пряностями курицу, которая была на второе, рассмотрели детали — у человечков оказалась совсем не дружелюбная улыбка и злющие глаза.

• Я их боюсь, — сказал Ромка, подтягивая ноги поближе к стулу и тыча в фигурки вилкой.

• Кажется, так и схватят своими ручками, — согласился Алик.

• И вовсе они не страшные. Чего их пугаться? — на замечание Ромки бабуля собиралась расхохотаться, но заметила, что и остальные дети разделяют его мнение. — Ну, раз уж вы оказались такими трусишками, не буду вас мучить. Арина, поди-ка сюда.

На зов из кухни вышла высокая и сутулая, абсолютно серая женщина. Она передвигалась тихо, крадучись, и выглядела такой усохшей и блеклой, что ребята даже усомнились: человек это или его тень. Тихоня (так назовут ее все трое) встала в позу «сама услужливость».

— Арина помогает мне по хозяйству, — представила ее бабуля и обратилась к Тихоне. — Сюда нужно постелить скатерть. Думаю, это хорошая идея — и стол царапать меньше будем.

Повеления бабули выполнялись беспрекословно. Сейчас стол покрывала длинная, розовая в красную клетку скатерть.

Из кухни раздавались голоса. Туда-то ребята, оторвав взгляд от стола, и побрели в надежде на завтрак. Просунув за порог сначала свои носы, а уж потом все остальное свое тело, троица ввалилась в обитель вкусных запахов.

Тихоня возилась у раковины с посудой, а бабуля у плиты — со сковородкой. Рядом подрастала горка блинчиков.

Маня уселась на высокий стул, а братья — на пеньки, заменявшие табуретки.

Маргарита Игнатьевна что-то хотела сказать внукам, но вдруг грозно посмотрела на Арину. Маня и Алик одновременно вытянули шеи, пытаясь разглядеть, что же она натворила. Тихоня закрывала картину своей спиной, но все же можно было увидеть, как она отчаянно пытается поймать тарелку, которая изворачивается, выпрыгивает у нее из рук и сама лезет под струю воды. Дети глазам не могли поверить: она заколдовала тарелки, чтобы те сами себя помыли!? И… похоже, бабушка на это согласия не давала. Ох, что бы сейчас было! Но в дверь позвонили, и бабуля отвлеклась. Она кивнула Алику — посмотреть, кто пришел, и гневно топнула ногой. Маня и Алик не поняли, к кому относилось последнее, но кинулись открывать дверь вдвоем.

Не успели они добежать и дотянуться до ручки, как входная дверь сама распахнулась. Оба в ужасе шарахнулись к лестнице — на пороге с двумя потрепанными чемоданами стояла Ворона. Нет, не птица, конечно же, хотя сходство и очевидно. Это была та высокая, костлявая женщина с фотографии, висевшей на стене рядом с лестницей.

«Мадам» толкнула дверь ногой и вошла в прихожую, не дожидаясь приглашения. Подол ее черного, будто траурного платья, был обильно заляпан грязью, словно она добиралась сюда пешком, прорываясь вброд через лужи на размытых от ливня дорогах. Ее волосы цвета смолы торчали в разные стороны и напоминали паленую солому. Брови высокомерно изгибались над маленькими глазами-уголечками. Нос напоминал клюв вороны. А тонкие губы не выпускали мундштука. На руках гостья держала потрепанную черную кошку. Та сначала спала. Маня заметила ее только тогда, когда кошка лениво приоткрыла глаза — желтые со зрачками-полосочками.

• Здрасьте, — еле слышно пролепетала девочка.

• Что встали? — «каркнула» женщина. И Маня подумала, что гостья никто иная, как злая колдунья. — Я что ли буду вещи заносить?

Ворона сверкнула очами в сторону Алика, и тот, с трудом подавив страх, кинулся к чемоданам. Маня за ним — помогать.

• Милочка, приехала, наконец! — бабушка вышла из комнаты и с распростертыми объятиями принялась обнимать подругу.

• Здравствуй, Марго, — коротко поприветствовала хозяйку дома гостья.

• Цветочек, а ты похорошела! — обратилась Маргарита Игнатьевна и к кошке. Но та погладить себя не дала и вместо приветствия выпустила когти. Ворона вовремя схватила ее за лапы.

Подруги проплыли в столовую, обмениваясь комплиментами. В основном говорила бабушка.

Тем временем, Алик и Маня, пыхтя, втащили неподъемные чемоданы.

• Интересно, на чем это она приехала? Следов от колес не видно, — спросила Маня. — Да и шума машины я не слышала…

• На метле! Такие, как она, по другому не путешествуют, — буркнул в ответ брат.

• И платье все в грязи, а дождя нет, — все еще негодовала Маня.

Дети не знали, куда оттарабанить вещи гостьи, и поэтому решили оставить их у лестницы.

• Надеюсь, ее комната будет находиться подальше от нашей, — чуть ли ни в один голос сказали брат и сестра.