Каникулы у бабушки-колдуньи

Глава 13. Театр

Немного побродив по центру деревеньки, дети наткнулись на довольно большое, по здешним меркам, желтое здание с колоннами, из-под треугольной крыши которого выглядывали гипсовые ангелочки. Да, несомненно, это был театр. С обеих сторон больших двустворчатых дверей в рамах со стеклами висели уже почти выцветшие афиши спектаклей – всего двух. Роза была права: репертуар театра Пепецино давно нуждался в обновлении. С одной стороны на плакате под заголовком «Зажигательная комедия «Шабаш» водили хоровод 13 развеселых ведьм. С другой – под надписью «Трагедия Бови и ее сестер» — в огне и дыму мучились три фигуры.

• Думаю, комедия – это не для нас… — сказал Алик, внимательно разглядывая уже знакомую картину. – Да уж, Ворона этот спектакль точно знает…

Уговорить бабушку сходить в театр оказалось совсем не сложно. Только вот сопровождающей она быть отказалась. Опять сослалась на важные дела. Ворона в этих важных делах, похоже, тоже принимала непосредственное участие. Поэтому троице предстояло отправиться на спектакль под присмотром Тихони. Когда Маргарита Игнатьевна сообщила ей об этом, Арина недовольно поджала губы, но, как всегда, не вымолвила ни слова против.

В шесть часов вечера Алик, Маня, Ромка и Тихоня уже заняли свои места в первом ряду ложи второго яруса, которая нависала почти над самой сценой. О, кто бы мог подумать, что в этом неказистом здании скрыта такая красота! Изнутри театр оказался втрое больше, чем снаружи. Партер, два яруса зрительских мест и отдельные ложи, скрываемые красными занавесками из бархата с золотистой бахромой. А за стенами зала – лабиринты коридоров, лестниц и арок. Наверное, чтобы зритель, спеша занять свое место или покинуть его, мог избежать нежелательной встречи и при необходимости выскользнуть из театра незамеченным. Огромные мерцающие люстры свисали с полукруглого расписанного потолка. Его своды украшала картина идиллии: на облаках отдыхали и играли ангелы; войны, облаченные в золотые доспехи, вкушали фрукты и наслаждались напитками, а возле них кружили прекрасные богини. Над головами всей этой релаксирующей компании порхали амуры, выбирая себе жертву для своих любовных шалостей…

• Я в таком восторге от этого зала, что даже прощу актерам, если они будут бездарно играть! – воскликнула Маня, рассматривая парочку волшебников в партере, которые только что заняли места на первом ряду, всего лишь в метре от сцены.

Еще одна неожиданность: вместо нескольких случайных посетителей, забредших в театр погреться, и парочки заядлых театралов, которых ожидали встретить здесь дети, в зале оказалось довольно многолюдно. Две трети мест уже были заняты гостями в выходных костюмах и платьях, с биноклями, веерами, программками… Они раскланивались со знакомыми и оживленно обсуждали предстоящее представление, как будто пришли на премьеру…

• Согласен! Я вообще думал, что мы попадем в заведение а-ля сельский клуб самодеятельности! А тут ничего себе! – Алик также, как и сестра, не переставая, вертел головой. И точеные стульчики с резными ножками, и мягкие подушечки для сиденья с вышитым гербом, и канделябры на стенах, и драконообразные колонны, поддерживающие балкон, и тяжелая бардовая занавесь, скрывающая сцену…

• Как здолово! – не переставая, твердил Ромка.

Тихоню же ничего не впечатляло. Она, что было просто оскорблением этого удивительного места, достала из своей собственноручно состряпанной авоськи спицы и клубки ниток и спокойно уткнулась в свое вязание.

Дали третий звонок. Две половинки занавеса медленно поползли в разные стороны. Первое из двух действий спектакля началось.

На сцене стоял небольшой каменный домик с черепичной крышей. Он повернулся, словно избушка на курьих ножках, и остановился. Теперь перед зрителями предстала маленькая, чисто убранная комнатушка с большой печью-камином. Всю ее обстановку составляли длинный сбитый из досок стол, две лавки и большая деревянная кровать, на которой обычно бок о бок спали все члены семейства, укрываясь огромным лоскутным одеялом.

А вот и обитательницы этого скромного жилища: четыре сестры. Самая старшая из них, девушка, лет 25-ти, которую остальные звали Бови, играла роль хозяйки дома и заменяла младшим мать. Сейчас она возилась у очага, помешивая кушанье на ужин. Анжелина, которая казалась чуть моложе, причесывала длинные белокурые волосы, с тревогой поглядывая в небольшое окошко. Гретта – так звали третью по старшинству, протирала стол, ежеминутно кидая вопросительный взгляд на Анжелину, которая при этом отрицательно покачивала головой. Их самая младшая сестренка – нескладненькая девчушка, лет семи, с черными густыми волосами, заплетенными в длинную косу, сидела на полу и играла с самодельной тряпичной куклой, заставляя ее, крутя в воздухе пальчиком, передвигать ножками и вразвалочку идти по земляному полу.

• Гани, кончай бездельничать! Помогай накрывать на стол, — нервно буркнула старшая сестра.

Девочка послушно отложила куклу и принялась расставлять тарелки.

• Анжелина, ты тоже перестань торчать у окна. Отец сегодня не приедет, — продолжала Бови.

• Что ты на всех кричишь?! — откликнулась та. – Война длится уже несколько месяцев. Должна же она когда-нибудь закончиться, так почему же не сегодня?! Всего неделю назад папа был здесь, и ты сама слышала – он говорил, что вот-вот будет финальная битва. Армия Амбологеры сдает позиции, ее монстры разбегаются.

• Амбологера — слишком могущественная колдунья. Мы можем и проиграть эту битву. Конечно, волшебники встали на защиту бубсов, но не уверена, что мы сможем их отстоять. Впрочем, может свобода бубсов и не стоит того, чтобы маги гибли и оставляли своих детей сиротами, — резко возразила ей Бови.