Капкан для крысы

Глава 7  

Этим утром дверь гордеевского номера оказалась заперта. Видимо, Яр даже со всей своей легкомысленностью принял во внимание угрозы Крысы. Но как только на мой стук открылась дверь, я понял, что ошибся. Мимо меня проскользнула сероглазая дива с ресепшена. Там самая, которой достался неожиданный букет роз. Я вошел в комнату и укоризненно посмотрел на Яра, который еще лежал в постели.

– Что? – он был сама невинность. – Мне лучше думается, когда не отвлекают насущные потребности.

– Ты неисправим, – его несколько потребительское отношение к женщинам меня коробило. Но не уверен, что женщины разделяли мое возмущение. Гордеев резво вскочил и направился в ванную, ничуть не смущаясь своей наготы.

– Прикрылся бы, бесстыдник, – я швырнул в него ближайшую подушку. Он увернулся и нырнул за дверь. Надо отдать ему должное, к выходу он был готов ровно через пять минут. Я и заскучать не успел.

Мы решили навестить центральный офис, к ведению которого относилась наша выставка царского наследия. Яр предположил, что нечто полезное мы можем выудить из личных дел наших фигурантов, которые обычно формируют кадровики.

У нас оставался всего один день. Завтра выставка откроется. Сигнализация будет полностью активирована. Крыса исчезнет. Нужно было действовать быстро. Сегодня или никогда.

Однако наши планы были неожиданно нарушены. Точнее скорректированы. Уже в дороге позвонил гордеевский знакомый Валерий Иванович. Ему удалось разузнать в какой клинике лежала после избиения наша Крыса. Гордеев включил громкую связь.

– Только ее фамилии никто вспомнить не смог, – проскрежетал старик. – Да и имя тоже не точно. Кристина или Вероника. Так что не знаю, помог ли я вам чем-то.

Яр поблагодарил, заверив, что информация очень ценная.

Нужное место было не слишком далеко. Гордеев дал водителю новые координаты. Тот что-то пробурчал насчет бестолковых пассажиров, но послушно развернулся.

Клиника оказалась платной и весьма приличной на вид. Светлые коридоры, кожаная мебель, фикусы в углах. Неизменным оставался лишь неприятный запах лекарств, который проникал в нос и даже глотку, стоило лишь открыть тяжелую дверь из стекла и металла. 

Едкий паренек в регистратуре напыщенно сообщил, что вся информация о пациентах, даже давних – врачебная тайна. Гордеев посверлил его взглядом, обдумывая варианты действий. Я заранее насторожился. Народу вокруг было много и физическое воздействие было невозможным. Ждать оформления официального запроса из прокуратуры – немыслимо. Яр решил пойти по проторенной в Китае дорожке. Он достал свой фальшивый паспорт, вложил в него 100 долларов и подал парню.

– Подумайте еще раз. Ведь это было так давно и ни для кого не играет особой роли, – тихо, но жестко посоветовал Яр. В его глазах плескалась опасная решимость. Не знаю, чтобы он сделал, если бы взятка не сработала. Но паренек был не против добавки к зарплате. Воровато оглядываясь по сторонам, он спешно сунул банкноту в карман брюк.

– Имя, фамилия пациента, – быстро спросил он.

Яр пожевал губами.

– Собственно мы не знаем под какой фамилией она у вас лежала. Но имя Вероника или Кристина. Она поступила летом 13 лет назад с тяжелыми ушибами, вероятно, разрывами мягких тканей. Ей было от 17 до 19 лет.

Парень тупо смотрел на Гордеева:

– Вы издеваетесь? Как я по-вашему могу найти человека по таким данным? К тому, же информация 13-летней давности не оцифрована. Она хранятся в бумажном архиве. Даже если бы я мог туда проникнуть и начать копаться, это заняло бы невероятное количество времени, – возмущенный молодой человек слишком повысил голос, и нас стали оборачиваться. Заметив излишнее внимание, он смущенно склонил голову к столу и прошипел.

– Я не могу вам помочь.

Яр помолчал несколько секунд, жестоко вгрызаясь в нижнюю губу крепкими белыми зубами. 

– А у вас работает кто-то из прежнего состава врачей, который были здесь 13 лет назад?

Паренек почесал голову:

– Несколько человек работает. Дайте подумать. Если у девушки были разрывы мягких тканей, то, очевидно, она должна была пройти через руки хирурга. И 13 лет назад здесь был единственный хирург, который все еще с нами. Федорова Мария Александровна.

Наш визави сверился с компьютером.

– Она сегодня здесь. Но расписание довольное плотное. Сейчас начало десятого, у нее пациент. Следующий будет в 9.30. Можете попробовать проникнуть к ней между пациентами, но не уверен, что у вас получится.

Я посоветовал не волноваться о наших талантах проникать куда бы то ни было, и уточнив номер кабинеты мы поспешили по изгибам неожиданно ярко-оранжевой лестницы на третий этаж. Нам повезло. Когда пациент из кабинета 307 вышел, следующий еще не пришел. Хотя сомневаюсь, что даже его приход смог бы нам помешать.

За столом у большого окна сидела седая женщина в очках и что-то писала. Поставив точку, он сняла очки и взглянула на нас. Она походила на добрую бабушку из сказки, которая может испечь колобка или вязать носки, в ожидании Красной Шапочки.

– Почему вас двое? – с легким недоумением спросила она и сверилась с медицинской картой, которая лежала рядом. – Кто из вас Пантелеев? 

Гордеев несколько секунд изучал женщину, кивнул сам себе и решительно приземлился на стул.

– Мария Александровна, – серьезно начал он. – Меня зовут Ярополк Гордеев, а это мой друг Андрей Степнов. Предупреждая ваши возражения, должен сказать, что мы пришли к вам за помощью, хоть и не медицинского характера.

В выцветших, но проницательных глазах женщины мелькнуло любопытство:

– А я ведь читала о вас в газете, – неожиданно заметила она. – В жизни вы гораздо симпатичнее, чем на фото.