Капкан для простушки

Размер шрифта: - +

Глава IV

   Не скажу, что этот звонок стал для меня полной неожиданностью, ещё там, на квартире Галки мне сказали, что мне придётся являться к следователю для уточнения моих показаний, если понадобится, и быть свидетелем в суде, но то, что я услышала в кабинете следователя, разозлило и окончательно вывело меня из себя. Поначалу назойливые вопросы относительно наших с Галкой отношений меня просто раздражали, но когда полунамёки перешли в почти неприкрытые обвинения в убийстве, моё терпение лопнуло.
-    Послушайте, – сказала я, глядя в лицо допрашивающего, – если Вам нужен козёл отпущения, то не на ту напали. Я сумею себя защитить, можете в этом не сомневаться, Вы бы лучше настоящего убийцу искали, а то, что именно мною был обнаружен труп, ещё ничего не доказывает, моя подруга позвонила мне и попросила прийти, или Вы об этом забыли? 
-    Помню, конечно, – усмехнулся следователь, – но вот о чём был ваш разговор и просила ли она Вас прийти, это всего лишь Ваши ничем не доказанные слова. Да и алиби как такового нет, ведь никто не видел, когда Вы приехали в квартиру убитой, можно было приехать часа на два раньше, убить подругу, подчистить всё за собой и спокойно вызвать полицию. И ещё, – острый взгляд в мою сторону, – гражданка Семёнова, объясните следствию, почему некоторое время назад Вы интересовались в фотосалонах флешкой от фотоаппарата, которую там якобы оставляла потерпевшая? 
Это был удар, как говорится, под дых. Действительно, а как я смогу это объяснить? Не говорить же ему об этих чёртовых фотографиях, которые получил мой муж, тогда уж точно попаду из разряда подозреваемых прямиком в убийцы. И самое интересное, как они об этом узнали? Хотя я не особо шифровалась – видеть меня мог кто угодно.
-   Так что Вы скажете? – следователь по-прежнему в упор смотрел на меня. – Зачем Вам понадобилась флешка? 
-    Да всё очень просто, – стараясь говорить как можно спокойнее, ответила я. – Во время нашей последней встречи мы сделали несколько снимков, вот я решила выяснить в фотосалонах, не приходила ли к ним Галина, ведь в её квартире фотографий не нашли, значит, она их или не напечатала, или не успела забрать, а мне очень хотелось их получить на память о подруге. 
Уф, похоже, получилось правдиво! Только бы они не вздумали изъять фотоаппарат из Галкиной квартиры, пока я его туда не верну, иначе мне действительно придётся туго, ведь ключ от квартиры только у меня. 
-    Ну что ж, может, и так, – мой собеседник кивнул головой, – однако я убедительно прошу Вас, Татьяна Викторовна, не покидать город до выяснения всех обстоятельств этого дела. Давайте я попишу Ваш пропуск.
   Не покидать города! Мог бы об этом и не говорить, куда это, интересно, я поеду? Не на Бали же успокаивать расшатанные нервы, моих доходов не хватит и на полдороги туда, так что будьте спокойны, «гражданин следователь», ловить меня с Интерполом по всему миру Вам не придётся. Шутки шутками, а положение у меня действительно не ахти, кажется, что вокруг меня опять собираются неприятности, и моя жизнь, начинающая налаживаться, опять пойдет кувырком. И хоть человек я не суеверный, может, мне всё-таки сходить к одной из тех многочисленных гадалок, чьи объявления печатаются в газетах каждую неделю. А вдруг меня действительно сглазили?!
******************************
    Открыв глаза, он не сразу понял, где находится. Открывшаяся взгляду картина белых стен и потолка никак не вязалась с привычным интерьером спальни, и только несколько мгновений спустя до него дошло, что это больница. Вспомнилось сразу всё – конверт, его содержимое, и сердце снова пронзила сильная боль. Неужели он опоздал?! Неужели судьба отказала ему в этом последнем утешении?! Господи, в чём же я провинился перед тобой, что ты не позволил исполнить моё последнее желание, и мне придётся умереть с этим тяжким грузом вины?! Боль в сердце усилилась, перед глазами всё поплыло, и словно сквозь туман он смотрел на то, как суетились возле его кровати прибежавшие врачи, боль же всё сжимала и сжимала сердце, ей, казалось, не будет конца и края, а потом наступила темнота. 
   В себя он пришёл только на следующее утро, сердце болело гораздо меньше и дышалось свободнее, но ему казалось, что жизнь медленно покидает его тело. Безразлично было всё, даже мысли о собственной смерти уже не пугали, для него всё в прошлом, и цепляться за своё существование в этом мире больше нет никакого интереса. Перед глазами вновь встал листок, вынутый из конверта. Стоп! Память заработала как проектор, отматывающий киноленту назад. Неужели это правда?! Ошибка! Надежда шевельнулась в многострадальной груди тёплым комком. Немедленно проверить, задействовать все свои связи, влияние, всё что можно, но только добраться до истины, он не имеет права умирать, не выяснив, как обстоят дела на самом деле. Голос его обрёл прежнюю силу и решительность, когда от прибежавшей на его звонок медсестры он потребовал немедленно пригласить сюда его поверенного в делах и адвоката.
******************************
   Не скажу, что до этого дня моя жизнь была мёдом, в последнее время произошло столько всего пугающего и неожиданного, все как-то шло вкривь и вкось и дома и на работе, со стороны могло показаться, что меня уже ничем не проймёшь и не удивишь, но после этого звонка я впала в самый настоящий ступор. И было от чего, представьте себе картину – вам звонят и спрашивают, Вы ли это, а потом просят подтвердить Вашу личность. Сначала мне вся эта галиматья показалась если не смешной, то, по крайней мере, не заслуживающей никакого внимания, но когда уже в знакомом мне отделении полиции вежливый мужчина попросил меня показать документы, удостоверяющие личность, а так же поинтересовался, кто бы мог подтвердить, что я это я на самом деле, мне стало не до шуток. Этот зануда так долго рассматривал и чуть ли не пробовал на зуб мои документы, словно это были не обыкновенные паспорт и свидетельство о рождении, а акции какой-нибудь золотодобывающей компании. Да они сговорились, что ли, портить мне жизнь? Мало им обвинений в убийстве подруги, так теперь собственную личность надо подтверждать, можно подумать – у меня дома спрятан станок по изготовлению фальшивых документов, а я меняю свою личность раз в полгода, как агент израильского Моссада или английской Ми-6.
   - Значит так, – прошипела я, когда мой визави в очередной раз стал листать мой паспорт, разглядывая каждую страничку, – можете не сомневаться, документы подлинные, и я не Джеймс Бонд на пенсии, а если это ваши новые методы по раскрытию убийства, на меня они не подействуют, будьте уверены, поэтому ищите убийцу в другом месте.
   - Ценю Ваш юмор, Татьяна Викторовна, – мужчина пристально меня разглядывал, – но видите ли, наш с Вами разговор никак не связан с убийством. Просто нам стало известно о факте документального свидетельства смерти гражданки Семёновой Татьяны Викторовны, то есть Вас.
   - Как это смерти? – поперхнувшись, спросила я. 
   - А вот так. Существует официально выписанное свидетельство о Вашей смерти, а Вы очень даже живы, если сидите передо мной. Вот мы и собираемся разобраться в том, что произошло. Бывают, конечно, совпадения, однако данные, указанные в свидетельстве, полностью совпадают с Вашими документами, поэтому потрудитесь назвать имена и адреса людей, которые могут подтвердить Вашу личность.
    Когда всё было оформлено и записано, а меня наконец-то отпустили, я сама себе казалась каким-то зомби: мозг, будто зависший компьютер, ни на что не реагировал, мыслей не было, накатывался панический страх, и всё окружающее казалось одним злобным пауком, оплетающим меня смертельной паутиной, вырваться из которой было невозможно.
   К вечеру стало немного лучше, но здраво рассуждать ещё не получалось, поэтому я решила съездить на квартиру Галки, развеяться дорогой, цветочки полить и… О, чёрт, как же можно быть такой дурой, фотоаппарат всё ещё у меня! Вернуть, вернуть его на место немедленно, пока бдительные стражи закона ничего не обнаружили. 
   Когда я выходила на улицу, уже темнело, но это было даже к лучшему, меньше народу будет видеть мой визит на квартиру подруги. Мне повезло, такси остановилось практически сразу, движение в городе в пятничный вечер гораздо меньше, не то, что в будние дни, поэтому я уже через десять минут стояла возле знакомого подъезда. Поднявшись по лестнице и отрыв дверь, я вошла в квартиру с непонятным чувством тревоги и страха. Казалось, в ней по-прежнему лежит мёртвой моя несчастная Галка, а царящая здесь тишина была сродни кладбищенскому скорбному покою. Включив свет и осмотревшись кругом, я нашла на кухне лейку, наполнила её водой и отправилась поливать цветы в гостиной, но вернулась с полдороги, вспомнив про злосчастный фотик, ради которого я сюда приехала. Пришлось вернуться в коридор, вытащить фотоаппарат из сумки и, протерев его своим платком, как в детективах, даже смешно, положить эту технику туда, где она лежала – на журнальный столик возле дивана.
   Не знаю, что на меня повлияло, пережитый стресс или нахлынувшие воспоминания, но мелькнувшая в голове мысль была ясной и отчётливой. Почему это фотоаппарат лежал на столике, когда его место где-нибудь в ящике или на полке?! Выходит, Галка держала его в руках незадолго до смерти, а зачем держала? Скорее всего, чтобы взять флешку, но куда она могла её подевать? Конечно, могла сломать, выбросить в окно, спустить в унитаз, сделать всё, что угодно. Однако в мусорном ведре оперативники ничего не нашли, в унитазе искать теперь поздно. А если предположить, что подруга её спрятала? Куда спрятала и зачем!? Если исходить из местоположения фотоаппарата на момент убийства, то похоже, флешка где-то в гостиной. Но вот где?! Про тайники в своей квартире подруга мне ничего не рассказывала, и у меня даже предположения нет на тот счёт, где может находиться пропажа.



Нонна Звездич

Отредактировано: 13.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться