Кардиограмма любви

Размер шрифта: - +

Глава 27

   В больнице всегда пахнет смертью и страданьем. Вы не замечали? Люди заходят сюда, чтобы обрести временное избавление от боли, приносят свои муки, и иногда не выходят обратно. Вы можете возразить, что в роддоме пахнет жизнью, пахнет рождением. В ответ на это я не буду рассказывать о мертворожденных младенцах и матерях, которые не перенесли родов. И так слишком много печали в жизни, чтобы читать о ней ещё и в книгах.

   Легкий запах аммиака перебивается ароматами хлорки и медикаментов. Ни с чем несравнимый запах надежды и он же запах горя. Сергей не замечал его раньше, зато сейчас специфичный дух больницы бьет с силой Майкла Тайсона, старается уложить с первого удара.

   Сергей проходит мимо охранника. Мимо того самого, с кем сцепился в день появления первой записи? Возможно. Охранник никак не реагирует. Точно также он не реагировал, когда в палату к Татьяне отправился человек, который не должен был туда заходить. Этот охранник всего лишь выполняет свои обязанности. Но как же тяжело осознавать, что он мог и задержать того человека.

   Курихин поднимается по лестнице. Через две ступеньки – так быстрее. Сердце колотится не от нагрузки, не от подъема. Оно бабахает в грудную клетку от волнения. Лишь бы с Татьяной всё было хорошо.

   Папка с документами на «Северсталь» греется в руке. Что же такого в этом предприятии?

   – Сергей Павлович, ваш друг уже в палате. Он сказал, что вы подъедете, и просил никого больше не пускать, – встречающий врач Владимир Валентинович тоже всего лишь выполняет свои обязанности. И рад, что может выполнить их достаточно хорошо.

   – Да, не нужно никого больше пускать. Мы поговорим и уйдем. Как Таня?

   – С Татьяной Алексеевной всё в полном порядке. Она так и не пришла в себя, но положение стабильное и мы надеемся, что вскоре она выйдет из комы. Всё будет хорошо, – улыбается сухонький врач.

   Всё будет хорошо…

    Именно эти три слова постоянно повторял себе Сергей, начиная с момента аварии и заканчивая настоящим кивком врачу. Он кивает и говорит себе ещё раз: «Всё будет хорошо!» Получается как-то неуверенно.

   – Хорошо, Владимир Валентинович. Ещё раз прошу вас сказать своим коллегам и медсестрам, чтобы они не заходили в палату около получаса.

   – Да-да, Сергей Павлович, всё так и сделаю.

   Снова коридор, который напоминает стадии медицинского халата. Уже близко дверь, за которой лежит Татьяна и находится…

   – Сергей Павлович, я с вами! – доносится крик с коридора.

   Сергей оборачивается. Вот же непоседливая девчонка! Говорили же ей, чтобы ехала домой! Светлана вырывается из рук Владимира Валентиновича. Увы, у врача не хватает сил справиться с молодой девушкой и та подбегает к Сергею. Запыхавшийся врач идет следом.

   – Что вы здесь делаете? Где Максим? Почему он вас не отвез?

   – Это не так важно. Я хочу сейчас быть с вами. Прошу, не прогоняйте меня.

   – Зачем? Мы всего лишь поговорим и разойдемся. Вам не нужно там быть.

   – Сергей, я всё равно войду туда. Да пустите же, Владимир Валентинович, – девушка вырывает руку из цепких пальцев врача.

   – Светлана, вам не нужно идти со мной. На этом разговор окончен, – Сергей отворачивается от девушки.

   Как часто мы надеемся сделать одно, а получается совсем другое. Сергей думает, что оставив девушку за порогом палаты, он обезопасит её. Но у судьбы на этот счет совсем другие планы.

   Открывается дверь и очень знакомый голос произносит:

   – Сергей, Татьяна, заходите!

   Спор тут же прекращается. Сергей ошарашено смотрит, как Светлана (Светлана?) заходит в палату. Ноги сами несут его следом. Он уже не видит, как пожилой врач утирает пот со лба и присаживается на скамеечку неподалеку.

   В палате находится тот, на которого при любом раскладе дел Сергей не мог подумать. Леонид Михайлович сидит у кровати, на которой лежит тело Татьяны. В его руке тускло поблескивает пистолет, черное дуло глушителя направлено в забинтованный висок жены Сергея. Михалыч смотрит усталым взглядом на то, как заходят два человека. Кончики губ скорбно опущены, словно он сожалеет о происходящем.

   – Почему? – Леонид Михайлович склоняет голову на плечо. – Именно такой вопрос хочет задать каждый из вас?

   – Сейчас долго и с упоением будешь рассказывать, какой ты злой гений и как ты всё шикарно обстряпал? Или обойдешься без киношных шаблонов? – угрюмо спрашивает Сергей и не дает ответить Леониду Михайловичу. – Нет, Михалыч, меня больше беспокоит другой вопрос – почему ты Светлану назвал Татьяной? Оговорился?

   – А я не могу отказать себе в удовольствии и не побеседовать. Ты должен меня понять – я же четверть века хранил тайну и не доверял её даже собственному коту. Она прет из меня, так что потерпи, Сережка, – улыбается Леонид Михайлович. – Присаживайтесь, поболтаем. Потом я заберу папочку и мы расстанемся хорошими знакомыми. Сказал бы друзьями, но на дружбу рассчитывать не приходится.

   – Он так и не ответил на вопрос. Скажите… вы Светлана? – Сергей берет за руку Татьяну в теле Светланы и… И ничего не происходит. Никакой вспышки, никакого удара, ни-че-го…

   – А ты так и не догадался? Получается, что я всегда думал о тебе слишком хорошо. Хм, Татьяна, может, сейчас откроешься супругу? – хмыкает Леонид Михайлович.



Алексей Калинин

Отредактировано: 19.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: