Карточный домик для Евы. Часть 1

Глава 1

Говорят, люди с идеальной осанкой были сломлены в детстве.

В моем случае, собственное детство я сломала сама, когда в двенадцать лет сбежала из дома.

Это не было истерическим поступком расстроенного смертью матери подростка. Это был тщательный план, моей же матерью и продуманный.

Как сейчас в ушах звучали ее последние слова, а руки сжимали конверт с инструкциями и пачкой ассигнаций.

– Ты найдешь нужных людей, а дальше тебе помогут. Главное, не возвращайся.

И вот, спустя десять лет, я нарушила обещание.

Кардиф – столица империи, встречал меня суетой: мельтешащими повозками, снующими людьми, ныне модными безлошадными мобилями, дымом сигарет и бесконечной пылью.

Я со своим минимальным багажом, состоящим из крошечного саквояжа и небольшой сумки, едва ли вписывалась в эту обстановку.

Разве так выглядят приезжие? Отнюдь. Но я не собиралась оставаться в столице надолго. Получу от отца положенное по праву, и назад.

Мимо меня, едва не сбив, пронеслись челоночные торговцы с огромными баулами, отскочив от них, я едва не попала под колеса повозки:

– Глаза открой, пигалица! – крикнул на меня возница… и я рассеянно посмотрела ему вслед.

Втянула ноздрями вокзальный воздух, прикрыла глаза…

Нет, уж. Возвращаться в городскую жизнь, пусть и на короткое время, нужно не так спешно, а как-то более вдумчиво.

Сжала пальцы на ручке саквояжа и легкой походкой двинулась в сторону центра Кардифа.

В детстве там была любимая кофейня матери. Вот туда и отправлюсь…

***

Заказанный кофе остывал, пирожное к нему было раскрошено чайной ложечкой и съедено лишь наполовину.

Аппетита не было.

Я смотрела за окно, где все так же суетились и куда-то бежали люди.

Зачем я приехала? Спустя годы уговоров, поверила отцу, что тот все же поступит по совести, и отдаст мне принадлежащее по праву…

– Ева Новицки? – прервал сиплый голос мысли.

Я вскинула голову.

Ничто так не напрягает, как знающий тебя мужчина, которого ты видишь впервые в жизни.

Чопорный, в возрасте лет шестидесяти, не в меру полный, с моноклем, который ему наверняка не нужен, и толстой золотой цепочкой часов, якобы невзначай выдающей богатство.

Я едва сдержалась, чтобы не поморщиться.

Обман.

Поистине богатые люди не будут так вымученно выпячивать свои деньги, а значит: монокль лишь дань моде, а цепь – в лучшем случае позолоченная.

– Мирель Ева Новицки? – с нажимом повторил он.

– Нет, – соврала я, надеясь побыстрее отделаться от незнакомца, который с первого взгляда показался типом, после знакомства с которым, ждут только неприятности.

А интуиция меня редко подводит, все же наследственность по линии матери давала о себе знать.

– Ева, – утвердительно кивнул он, и сел напротив за мой же столик.

– Я вас не приглашала, – настойчиво произнесла я. – Будьте добры уйти.

– Ваш отец был прав, – все так же невозмутимо продолжал тип. – Вы та еще особа. Вся в мать. Впрочем, мы не с того начали. Герольд Мишель Горски – душеприказчик вашего отца.

У меня невольно дернулось веко. Ага, сейчас. Как же. Душеприказчик.

Мой отец — та еще скотина, а такие люди, как правило, живут долго, сыто и счастливо.

– Это что, шутка такая? Встаньте немедленно из-за стола, или я буду вынуждена позвать на помощь, — холодно произнесла я.

Горски изобразил скорбный вид, и полез во внутренний карман жакета, откуда достал газету.

– В таких вещах как смерть, шутки неуместны, – ответил он. – Сегодняшний выпуск. Вся столица скорбит о смерти вашего отца.

Все еще не веря в происходящее, я протянула руку. Бумага скользнула в мои пальцы, а Горски победоносно улыбнулся:

– А говорите, не Ева. Будь он не вашим отцом, вы бы не взяли…

Продолжать он не стал, а я уже скользила глазами по строкам: “Великий нейтрализатор мертв. Кто же примет бесценный дар?”

– Нет… – выдохнула я полушепотом. – Нет…

– Да, милая, – вторил Горски. – Мне тоже жаль, но жизнь сурова. А наследство не будет ждать.

– Нет! – я отбросила газету прочь, будто та превратилась в змею.

Вскочила со стула, схватила саквояж, бросила монеты за заказ на стол, и кинулась наутек.

Нужно убираться из города.

Вот же дуреха, поверила в письмо отца о раскаянии за содеянное. Думала, он решил все исправить… Отдать мне дар матери. А он… заманил в ловушку! И умер!

– Постойте, куда же вы?! – вскочил за мной душеприказчик. – Вы не можете так просто сбежать!

– Могу! – крикнула я. – Разбирайтесь с его даром сами.

Нейтрализаторство – проклятье, а не дар. Моя мать умерла, чтобы спасти меня от этого.

Я мчалась по улице в сторону вокзала. Мысленно уже выстраивала план действий: запрыгну в первый же дилижанс, дальше несколько раз сменю транспорт, лишь бы меня не нашли. Залягу на дно на пару недель… может месяцев.

– Куда же вы, мирель Ева? – поспевать за мной грузному душеприказчику было сложно, но даже одышка не мешала ему, пытаться догнать меня. – Вы станете богаты!

Окружающие люди странно косились на нас с Горски после таких громких заявлений, но плевать мне было на богатство, славу и великий дар.

Первое — наживное, второе – сомнительная гордость. А третье… Я приехала не за тем, чтобы стать нейтрализатором.

Отец обещал вернуть мне дар матери, который украл и спрятал после ее смерти. Дар, который по всем правилам должен стать моим!

Но эта скотина тянул время годами, приберегая мое тело на случай если помрет сам, не обзаведясь другими наследниками.

– Да постойте же вы! – уже совершенно отчаянно донеслось с конца улицы. – Камень с даром вашей матери! Вам же интересно!

Я притормозила.

Может, зря.

Зачем? Если два дара не живут в одном теле.

И все же я остановилась.

– Мирель Ева, – наконец догнал меня запыхавшийся Горски. Он согнулся, чтобы хоть немного отдышаться, но все же продолжал: – Вы же хотите получить дар матери?



Отредактировано: 13.02.2023