Кикимора

Размер шрифта: - +

Кикимора. Продолжение 11

Филипп опять нервно помялся. Никита покачал головой:

- Ты будешь в полной безопасности, я обещаю. Три кикиморы в доме трижды безопаснее, чем одна, потому что они все присматривают друг за другом. Поверь мне, я знаю, что говорю.

- Хорошо, Ник. Ты действительно лучше меня знаешь, как надо сделать… - кивнул Филипп, потоптался немного по террасе в размышлениях и всё-таки решился уточнить. – Ты уверен, что всё это правильно? Ты не считаешь, что надо поступить так, как полагается по закону?

- Именно так и будет. По закону. Но тогда, когда её опекун сможет принять участие в процедуре, - процедил Никита, уже начавший терять терпение.

- Хорошо, видимо, ты прав. Когда приедут твои приятели?

- Уже едут. Сейчас будут здесь. Ты встреть их, - Никита вернулся к нам с Вероникой, сел рядом в деревянное кресло.

Филипп постоял ещё немного на пороге террасы, спустился вниз по ступеням и ушёл в дом.

Этот дом в богатом коттеджном посёлке рядом с выборгской трассой был не самый крутой, но и не хуже прочих. Небольшая кирпичная вилла, окружённая низким кованым забором и запущенным, но милым садом. Как объяснил Корышев, пока вёз нас сюда, это была родительская дача, одна из самых первых и самых скромных. Его мать давно отдала её младшему сыну, во-первых, за хорошее поведение, во-вторых, потому что на участке имелась просторная терраса, а на ней, кроме открытой беседки, было довольно светлое помещение с пирамидальной стеклянной крышей. Оно как нельзя лучше подходило скульптору для мастерской.

Судя по всему, Никита брату доверял, даже несмотря на то, что упорно сторонился родственного общения. Мне же не очень понравилось, как Филипп нас принял. Да, конечно, всё было объяснимо: он обычный обыватель, не знает он всех тонкостей, слышит вокруг себя, кроме дельных и правдоподобных советов, уйму предубеждений и мифов. Но можем ли мы довериться человеку, который вынужден подавлять свой страх только из желания угодить старшему брату? Я бы не стала. Вот только выбора у меня пока не было. Оставлять Веронику с теми, кого я знала и кому доверяла, было нельзя: так Веронику очень легко отыскали бы.

- Ты не думаешь, что твой брат нас заложит? – уточнила я на всякий случай, когда Филипп скрылся в доме.

- Никогда не замечал за ним подлостей и склонности к предательству. Будет страдать, но терпеть, - уверенно заявил Никита.

- Это не очень-то гуманно, устраивать человеку такое испытание, заранее зная, что он будет страдать.

- А я и не утверждал, что я гуманист, - отрезал Корышев.

Вероника, наконец, разогнулась в своём кресле, отбросила с лица перепутанные кудрявые пряди и взглянула на нас, чуть не плача.

- Зачем всё это? Если так, то зачем? Столько проблем всем вам, а ради чего? Я же не дура, понимаю, что бесполезно всё, бессмысленно. Да и не смогу я. Не смогу держаться дальше…

Корышев отвернулся, но я успела заметить, как он раздражённо скривился и одними губами произнёс какое-то короткое и резкое слово. Потом он встал, подошёл к креслу Вероники, склонился, а затем и вовсе присел перед ней на корточки.

- В этой жизни и для здоровых-то смысла немного, если разобраться, - сказал он совершенно спокойно. – Одинаково смысла, что для них, что для нас. Нужен ты или не нужен – вот и весь смысл. Если тебя вытащили из клетки и сюда привезли, и будут за тобой приглядывать и беречь тебя, значит, так нужно. Значит, ты нужна…

- Я нужна только Карпенко, чтобы меня убить. Ради этого не стоит так мучиться никому, - шмыгнув носом, возразила Вероника. – Больше я никому не нужна. Даже себе.

- А как же Айболит? – спросил Корышев.

- После того, что я с ним сделала?! Да я ему в глаза посмотреть не осмелюсь больше! Ни ему, ни кому другому!

- Слушая, рыжая, - задумчиво сказал Никита, покусывая губы. – Я не мозгоправ. Я не мать Тереза. Я вообще анти-образец того, как нужно с людьми обращаться, родителей почти двадцать лет знать не желаю и о брате вспоминаю только, когда мне от него что-то нужно… И я не буду тебя уговаривать возлюбить эту жизнь, солнышко и травку. Потому что сам им не особо рад по ряду причин. Но и извести себя я тебе не дам. Поэтому ты здесь. И будет так, как мы с Ладой решили: ты будешь жить здесь, в доме моего брата, и у тебя будут очень хорошие компаньоны, я за это ручаюсь. А позже, когда Айболит поправится, мы тебя ему отдадим, потому что только он, похоже, знает, зачем всё это и почему. Просто дождись его, поняла? Я не знаю, что будет потом, может быть, он тебя своей рукой пристрелит, чтобы ты больше на этом свете не мучилась. Но до тех пор ты будешь сидеть смирно, беречь свою жизнь и ждать, пока Эрик Малер за тобой придёт.

Вероника торопливо кивнула.

Из дома вышел Филипп, а с ним парень и девушка, оба здоровые, плечистые, как пловцы, крепкие. От них прямо веяло энергичной силой.

- Вот и компаньоны твои приехали, - сказал Никита и выпрямился. – Привет, ребята! Спасибо, что отозвались, я у вас в долгу.

- Кто у кого в долгу, это мы после разберёмся, - усмехнулся парень, здороваясь с Никитой за руку.

Никита повернулся к нам с Вероникой:

- Знакомьтесь: это мои друзья, Павел и Женя. У Пашки третья группа, у Женьки вторая. Оба очень опытные и ответственные кикиморы, и просто хорошие ребята… Я, кстати, попросил их подвезти кое-какую женскую одежонку для Вероники, так что, Лада, можешь вернуть себе свои штаны. Если хочешь, конечно.

Через полчаса, покончив с переодеваниями и формальностями, мы с Никитой уже выехали в обратный путь.

- … Комнату им Фил хорошую дал, безопасную. А на случай кокона есть надёжный подвал… - неторопливо рассказывал мне Корышев, пока мы выезжали с просёлочной дороги на трассу.

- А если они втроём одновременно в кокон лягут?

- Маловероятно. Ребята отлично управляют своими биоритмами, и если на их пути не попадётся Баринов с ментолином, то всё будет в порядке.



Наталия Шитова

Отредактировано: 18.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться