Кион-Тократ

Размер шрифта: - +

Глава 28. Эндшпиль

Глава 28

Эндшпиль

«О тёмных метаньях,
О силе и крови,
О смерти, отчаяньи
И вечной боли
Сей сказ говорит…»

Олаф с Перьями, «Поющие во Тьме»

Вернувшись в Магикор, Смилодон почувствовал тяжелую, гнетущую дух, атмосферу. Казалось бы, совсем недавно он провёл здесь почти полгода, и должен был привыкнуть. Однако на деле вышло иначе. Тело и сознание противились каждой секунде, проведенной в тенетах Айбэш-Зу. За десять часов, в течение которых магистры мучили юношу бесконечными каверзными вопросами, он готов был не раз завыть от тоски. Несмотря на внешнюю доброжелательность магистра Садомиуса, Артур чувствовал враждебную ауру, исходящую от Ворина и Франклина, а также не мог найти себе место под въедливым и внимательным взглядом Кицума Ванакиса. Однако, несмотря на все уловки магов Ложи, студент продолжал упорно стоять на своём, не поддаваясь на провокации. В конце концов, магистр Садомиус пожалел его и предложил коллегам признать, что юные чародеи сами нарушили Устав, не дав Смилодону иного выбора. Ванакис, хмуро покачивая головой, был вынужден сдаться. Артура отпустили.

Вернувшись в Айбэш-Хаурум, он сразу же отправился в покои наставника. Юноша чувствовал внутри лёгкую дрожь. Ему сложно было поверить, что ещё чуть-чуть, и они вдвоём навсегда оставят Кион-Тократ. Для Смилодона это звучало немного неправдоподобно. За многие годы Орден стал ему домом, пусть мрачным, порой даже враждебным, но всё-таки это был дом, в котором он находил друзей, но чаще врагов, изучал науки, в основном связанные со смертоубийством, а также любил и ненавидел наставника, заменившего мальчику отца. Это место незаметно обрело некий сакральный смысл, вот почему так волнительно было осознавать, что уже скоро, через пару-тройку часов, они оставят его, чтобы больше никогда не возвращаться.

Войдя в прихожую, Смилодон громко позвал наставника, но ответа не получил. Предположив, что тот вышел по делам, Артур решил дождаться его в оружейной. В этой комнате когда-то он провёл многие часы, разучивая и тренируя под бдительным оком Агно сокрушительные комбинации из арсенала Токра. Это были лучшие мгновения. Мгновения, которые, Смилодон знал, навсегда останутся в его памяти.

Попав в оружейную, Артур внимательно осмотрел деревянные стойки с разнообразным оружием. Здесь можно было увидеть мечи, топоры, копья, кинжалы и даже совсем экзотические образцы, вроде металлических когтей, надеваемых на руку. Впрочем, внимание студента тут же переключилось на пару клинков, которые висели на стене. Те самые мечи, которыми сражался Агно, и которые не любил давать кому-либо в руки. Артур подошёл ближе и удивлённо распахнул глаза. Так и есть, драгонитовые клинки, еще более опасные для вампиров, чем серебро.

Некоторое время Артур стоял, любуясь мечами Агно, и только через минуту в голове у него прозвенел первый тревожный звоночек.

«Здесь что-то не так, — подумал он, оглядывая помещение, — почему наставник повесил мечи на стену? Обычно он хранит их на специальном стеллаже».

Пробежавшись по комнатам, Артур вернулся в оружейную из спальни мастера, держа в руках лист бумаги, сложенный вчетверо. Сердце в груди тревожно билось, но он почему-то медлил. Поборов свой страх, Артур развернул письмо и начал читать. По мере этого пальцы студента холодели всё больше, а сердце стучало всё глуше и глуше.

«Артур, мой добрый и светлый мальчик, надеюсь, у меня всё получится, и это письмо никогда не попадёт к тебе. Однако я знаю, что судьба частенько ставит нам подножки, вот почему я не должен пренебрегать любым вариантом развития событий. Именно поэтому я пишу эти строки, с болью в душе и сердце.

Я многое должен рассказать тебе, многое должен объяснить, но боюсь, что уже не успею. Писать об этом в письме — всё равно, что пытаться объять сознанием целый океан. Это невозможно, а в моём случае, ещё и крайне тяжело. Поэтому заранее прошу у тебя прощения за то, что не был честен с тобой до конца.

Итак, времени у меня, как и бумаги, совсем немного, поэтому начну с главного. Всю свою жизнь ты корил себя за то, что родился одним из нас, пасынков Безликой Матушки. Но это, к сожалению, далеко не вся правда. В твоём случае Токра — всего лишь маска, под которой скрывается нечто более древнее и опасное. На тебя — нет, на эту сущность — архиепископ Лариони объявил охоту, магистры Кион-Тократ заочно приговорили её к смерти. Ведь ты… Губитель. Я знаю, сейчас ты вздрогнул от ужаса и возмущения, но оставь эти эмоции на другой день. Запомни, сейчас каждая упущенная минута может оказаться фатальной. Знай же, что не я один посвящён в твою тайну. Есть лица, которые положили глаз на Губителя задолго до твоего (и моего) рождения. Я говорю о лорде Зерате и мастере Осирисе. Моими руками они сделали тебя сыном Дома Шандикор, чтобы в финальный миг воспользоваться твоей силой. Вот почему ты должен бежать из Ордена, не важно, смогу ли я выжить, или тебе придётся сделать это в одиночестве. Запомни также, лорд Зерат имеет в своем распоряжении один крайне важный артефакт, при помощи которого он может обнаружить Губителя в любой момент. Вот почему, прежде, чем ты покинешь долину Солнечного Дня, тебе необходимо похитить этот предмет из покоев Безликого. От успеха этого мероприятия будет зависеть твоя дальнейшая судьба. Предмет, о котором я говорю, напоминает танагру, полупрозрачную статуэтка из неизвестного минерала. Ты узнаешь её с первого взгляда. Запомни, пока она находится у Безликого, он будет иметь над тобой великую власть. Исправь это любой ценой.



Александр Воронич

Отредактировано: 19.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться