Кион-Тократ

Часть первая: Испытание духа. Глава 1. Бои на арене

Кион-Тократ

«Сказание о Губителе: книга вторая»

В год Красного Дива[1],
Когда небеса зальются жестоким огнём,
И хляби небесные, страхом томимы, 
Извергнутся чёрным дождём,
Родится Сын Хаоса – Тьмы Порожденье,
Древний Хранитель Теней,
Несущий со смертью Миру спасенье,
Презрев боль и страхи людей. 
Из логова Тьмы он воспрянет душою, 
В которой одна Пустота, 
И пеплом покроется мир под луною,
И смерти не будет конца…
Пророчество Тёмного Менестреля

Часть первая: Испытание духа

Как долго ждал я момента, когда смогу получить зелёный пояс Шандикора[2]! Какими сладостными мыслями тешил я разум, представляя себя в облачении взрослого воина Токра, гордо смотрящего в лицо смерти. И вот этот миг наступил. Я сдал экзамены, получил статус студента, и, казалось бы, что жизнь улыбается мне. Тем более, что все учителя Дома единогласно поставили мне наивысшие оценки. Однако странная стычка с наставником, а затем его непонятное исчезновение, не давали мне покоя. Мой мозг трещал от обилия гнетущих мыслей. Неизвестность заставляла метаться по комнате, словно во мне засел дикий зверь. Мог ли я догадываться, что самые сложные испытания ещё впереди. Испытания не для тела, но для духа.

Потом, спустя несколько лет, я понял значение слов наставника Агно. Остаться невинным в той среде, где прошло моё детство, было невозможно. По крайней мере, для человека, не знающего другой жизни. Но я её знал! Ни кто иной, как Агно Свирепый показал мне эту жизнь, когда увидел во мне не тёмного убийцу, а маленького мальчика, жаждущего любви…

Но вот наставник покинул Орден, оставив меня один на один с жестокими нравами Покинутых. Мне пришлось самостоятельно узнавать ответ на вопрос, который я задал ему много лет назад: «что означает быть Токра». Лучше бы мне этого не знать. Полученный ответ потряс меня до глубины души, отбросив сознание в озлобленную пустоту. Я стал ненавидеть всех и вся. Но больше, чем кого-либо, наставника Агно, того, кто стал для меня много большим, нежели просто учитель.

Какая ирония судьбы! Мои гнев, злоба и ненависть — именно эти чувства дали мне силы противостоять жестокой морали Ордена. Я не смог полностью очиститься от тех пороков, что присущи каждому Покинутому, но, по крайней мере, я боролся с ними до конца. Моему «альтер эго» никогда не удавалось завладеть телом без долгого сопротивления с моей стороны. Честно говоря, слабое утешение для всех тех, кто познал поцелуй Охотника.

Артур Смилодон

Глава 1

Бои на арене

«Ученик, получивший пояс студента, обязан осознать истинную ценность Крови, и место, которое он занимает под солнцем, как воин Кион-Тократ. Во имя этой цели он должен научиться убивать быстро, хладнокровно и неотвратимо. Сие финальная стадия обучения Покинутого, которая призвана укрепить волю нерешительного и дух сомневающегося»

Устав Токра, 81-ое положение

— Смилодон, поторапливайся, — грубый окрик настиг Артура в тот момент, когда он выходил из спальни, на ходу поправляя Шершень и тяжёлый паладор, полученный им после экзаменов.

— Уже иду, учитель, — вяло отмахнулся юноша, озабоченный другими мыслями. С тех пор, как наставник Агно внезапно исчез, он не находил себе места. Юноша мучительно пытался понять, есть ли в том его вина, но не мог найти объяснений. Проклятый Тарчет, как и остальные учителя, не спешили просвещать его, будто сговорились все.

— Главный учитель Малициус! — внезапно рявкнул Тарчет. — Обращайся ко мне, как положено, и не наглей.

Артур промолчал. Лишь в пронзительно синих глазах отразилась насмешка.

Тарчет раздраженно прикусил губу. Что о себе возомнил этот юнец? Небось, с мастером Осирисом разговаривал бы по-другому. Хотя, нет! Малициус припомнил случай, которому он стал свидетелем месяц назад. Тогда Смилодон подстерег Осириса в коридоре с целью выяснить, куда пропал Агно. Результатом короткого разговора стала вспышка гнева, после чего великан схватил Смилодона за одежду и оторвал от пола. На что юный Токра, словно издеваясь, сказал: «Если вам не сложно, трясите меня не так активно. Иначе я не могу гарантировать, что ваша куртка останется чистой».

Тарчет мысленно усмехнулся, вспомнив, какое выражение лица стало у мастера, и сразу же повеселел. Да уж, не он один страдает от нахальства парнишки, и то хлеб, не так обидно. Пробубнив под нос пару проклятий, учитель вернул себе душевное равновесие, и продолжил путь.

— Учитель Малициус, можно вас кое о чём спросить?

Тарчет обернулся и недовольно поджал губы:

— Хочется поболтать, Смилодон? Ну что же, валяй. Только не начинай всё ту же песню. Тебе пора понять, что ты больше не ученик. Студентам не нужны наставники. Считается, что они достаточно самостоятельные. Хотя, глядя на тебя, никогда не скажешь. Ты ведь понимаешь, что уже всех достал своими вопросами.

— Тогда просто ответьте. Если не хотите, чтобы я вас доставал.

Тарчет ядовито осклабился.

— Это похоже на шантаж. Я смотрю ты не гнушаешься самых низких приёмов.

— С волками жить, по волчьи…

— Хватит, — Тарчет разозлился по-настоящему. — Это уже не смешно!

— А вы видите, что здесь кто-то смеётся? — голос Артура был более чем прохладным.



Александр Воронич

Отредактировано: 19.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться