Кирпичи 2.0. Авторская редакция

Глава 18. Любовь и железо

В город нечищеных дорог и парка коммунальной техники имени Шрёдингера пришли зима и снегопад. Коллеги, подъезжая к офису, расчищали себе место на парковке и сразу бежали согреваться горячим кофе.

Наступил декабрь. Все бегали, суетились, как будто включились внутренние резервы: работа кипела, отношения стали доброжелательными. Все хотели решить накопившиеся задачи, раздать долги, успешно закрыть проекты, сделать все, на что не хватало времени весь год.

Отношение ко мне неуловимо изменилось в лучшую сторону: Миха с Левоном снова стали здороваться, пригласили в бар, но я отказался — не было времени. В редкие моменты общения с Лидой я чувствовал, что излечился от долгой затяжной болезни. Я понимал, что она привлекательна, но это никак меня больше не трогало. Думаю, это слегка ее задевало. Их отношения с Костей стали прохладнее, и иногда я замечал на себе ее пристальный взгляд, когда она думала, что я не вижу.

С Ксенией удалось повидаться еще пару раз. Признаться, когда я впервые ей позвонил после нашей случайной встречи, очень боялся отказа, особенно в непрямой форме. «Не сегодня» и «В другой раз» обычно подвешивали меня. С одной стороны, радовало, что не отшили. С другой — только совсем уж влюбленный болван будет так глуп и настойчив, чтобы продолжать осаду девушки после нескольких подобных ответов.

Ксения не отказала. Мы сходили в кино, а потом в кафе.

Уже на этом свидании мне показалось, что Ксюша обидчива и очень близко к сердцу все принимает. Мы хорошо пообщались, но когда нам принесли счет, я неудачно пошутил, что она не предложила его разделить, а значит, считается моей девушкой. Ксюша, ни слова не сказав, выложила деньги на стол и вышла из кафе.

Я вытащил ее купюры, вложил в счет свои и побежал за ней. Догнав, я извинялся, пытался всучить ее деньги, но она так и не сказала ни слова до самого дома.

К моему облегчению, Захара мы не встретили.

Она не отвечала на мои сообщения и звонки до конца недели. В воскресенье, когда я, пересиливая себя и собственную апатию, поехал на футбол, она сама позвонила и предложила встретиться.

На футболе я был неудержим — забил несколько голов, раздавал голевые пасы, успешно защищал ворота, бесстрашно бросаясь в ноги противнику, за что удостоился Лехиной похвалы.

После футбола Леха подкинул меня до дома Ксюши. Ожидая ее, мы перекинулись парой слов, после чего он критически оглядел меня с головы до ног, пожелал ни пуха, ни пера и уехал. Вышла Ксения.

Мы гуляли в парке поблизости от ее дома. Недолго, чуть больше часа. Потом Ксении понадобилось домой. Но гуляли мы держась за руки, а на прощание она чмокнула меня в щеку.

На следующий день я проснулся в хорошем настроении. Настолько хорошем, что губы сами растягивались в улыбке, когда я смотрел в зеркало. Я сходил в душ, почистил зубы, надел чистое белье, натянул пахнущие морозной свежестью джинсы и выглаженную рубашку.

Напевая, сделал себе яичницу на завтрак, соорудил бутерброды из черного хлеба и сыра, сварил кофе.

От Ксении пришло сообщение с пожеланием доброго утра. Ощущая, как растут за спиной крылья, ответил ей тем же и, позавтракав, собрался на работу.

Спускаясь по лестнице, встретил соседа Васю. Поинтересовался, как у него с обещанием завязать. Он ответил, что пока держится и его, слава Богу, не тянет. Мы перекинулись парой шуток, дружно посмеялись, пожали руки. В эту минуту он был мне симпатичен.

Во дворе поздоровался с курящим у машины Артуром. Спросил, как его дела. Он пожаловался на свой бизнес, я посочувствовал и, сославшись спешку, закончил разговор.

— Хорошего дня, потребитель, — услышал вслед.

Работа спорилась, вопросы решались без усилий, а к окончанию дня я окончательно понял, что влюбился.

Ложась спать, я был счастлив, в душе царила гармония. Я больше не трачу время впустую, а развиваюсь во всех направлениях — физически, интеллектуально, духовно.

Ксения… Ксюша… Ксюшенька моя…

***

Домашние упражнения, ежедневный бег, зарядка и отказ от курения дали первые результаты.

На последней домашней тренировке удалось отжаться почти десять раз. Почти, потому что последние подходы давались мне с большим трудом и, честно говоря, не обошлось без жульничества.

Правда, подтянуться на турнике больше четырех раз я пока не мог — руки были все такими же слабыми.

Поэтому в тренажерный зал я пошел с легким волнением, что меня засмеют бодибилдеры со стажем. Леха порекомендовал пройти обследование до начала тренировок, чтобы определить противопоказания. Их не обнаружилось, заниматься я мог в полную силу.

Тренер, невысокий коренастый мужичок в спортивке, показал, где переодеваться. Леха, который порекомендовал мне этот зал, сообщил, что тренера зовут дядя Миша. «Серега, ты не смотри, что зал в подвале или что тренажеры там не новые. Дядя Миша свое дело знает, а железо везде одинаковое», — сказал он.

Дядя Миша так дядя Миша, решил я. Мне был важен результат.

В раздевалке стоял густой мужской дух. Каждый ботаник всеми фибрами души ненавидит этот запах физической силы, потных мужиков, запах драк и адреналина, унижений на уроках физкультуры и презрения сильных сверстников. Пока я переодевался, мне вспомнились забытые истории школьных и вузовских времен, которые гордый разум загнал на самое дно.

Мне повезло, что в раздевалке никого не было: только чьи-то спортивные сумки небрежно раскиданы по лавкам. Подозреваю, я позорно бежал бы с этой первой тренировки, даже не переодеваясь, постеснявшись своей худобы, слабых рук и не до конца сошедшего пуза. Я надел специально купленные шорты и футболку с повышенной влагопроницаемостью, посмотрел в зеркало и долго боролся с желанием никуда не идти.



Данияр Сугралинов

Отредактировано: 14.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться