Клоун с лицензией на убийство

Font size: - +

Глава 8. Новый статус.

Судья сел, все присутствующие, кроме Лёхи и Жаба зааплодировали и тоже сели, а комедианты остались стоять не в силах пошевелиться.

Лёха попытался осознать свой новый статус раба, но это было настолько дико для него, что у него ничего не получилось. Он попытался подбодрить сам себя какой-нибудь шуткой, но шуток не было. Тогда он просто захотел хоть что-то сказать своему товарищу, но тоже не нашёл слов. Он медленно опустился на лавку не в состоянии принять своего нового социального положения и уставился пустым взглядом в ближайший прут клетки. Волны опустошения и безнадёги накрыли его с головой.

Более приземлённый Жаб, смог на некоторое время отогнать от себя неведанное ранее чувство осознания себя чьей-то собственностью и, с опаской поглядывая на кнопку на столе судьи, помахал адвокату, призывая его подойти.

Адвокат приблизился к клетке, правда, сохранив между ней и собой расстояние достаточное, чтобы Жаб не мог преодолеть его вытянутой рукой.

– Поверьте, это лучший вариант, – сказал кальмар амфибосу. – Ты и твой друг это скоро осознаете. Но мы видим, ты что-то хотел спросить или сказать?

– Я когда-нибудь обязательно тебя убью, – спокойно, стараясь не привлекать ненужного внимания, сказал Жаб адвокату. – Обязательно!

После суда новоиспечённых рабов проводили в специальную комнату, наподобие той, в которой они сидели с адвокатом перед заседанием. Там они дождались омбудсмена по правам рабов, который разъяснил им их права и обязанности согласно их нового социального статуса. Прав собственно было не много: ежегодный независимый медосмотр, проводимый специальной службой, чтобы убедиться, что хозяин не истязает своих рабов и достаточно их кормит, бесплатное медицинское обслуживание по страховке, которую хозяин обязан им купить, один выходной в десять дней, семь часов в день на сон, да пять на отдых и трёхразовое питание. Вот собственно и всё. 

Впрочем, обязанностей тоже было не много, а точнее всего три: усердно работать, во всём повиноваться своему хозяину и при обращении называть его господин.

Таким образом, выходило, что прав у них было даже больше, чем обязанностей.

Такие вещи, как: не причинять вреда хозяину и его имуществу, не сбегать, не утаивать от хозяина информацию, подразумевались сами собой и на них омбудсмен особо внимания не заострял.

Затем он рассказал Лёхе и Жабу об основных правах и обязанностях их хозяина.

Хозяин имел право заставить выполнять своих рабов любую работу, при условии, что это не вредило их здоровью, и выполнялись условия продолжительности рабочего дня и недели. Хозяин имел право единолично принимать решения о некоторых наказаниях рабов. Объём наказаний ничем не регулировался и определялся исключительно волей хозяина. Впрочем, с оговоркой, не более ста плетей в неделю и не более десяти суток карцера в месяц. Хозяин имел право в любой момент продать, подарить, сдать в аренду или любым другим способом передать своих рабов другому хозяину. Для этого требовалось лишь заверить сделку у нотариуса.

Хозяин был обязан обеспечить своих рабов трёхразовым питанием, суточной калорийностью не ниже минимальной утверждённой нормы, местом для отдыха и сна, с работающим освещением и температурой воздуха в помещении не ниже шестнадцати и не выше тридцати шести градусов по Цельсию. И доступ при необходимости к медицинскому обслуживанию по страховке.

Омбудсмен сказал, что это основные положения, а со всеми подробностями новоиспечённые рабы познакомятся в процессе, после чего вручил каждому брошюру с оптимистическим названием «Быть собственностью своего господина – не проклятие, а всего лишь особый социальный статус» и покинул помещение. Вслед за ним в помещение ввалился один из тех двух кальмаров, что нанимали комедиантов на Олосе, а именно адвокат Клэхээ Шылоо. Он просто сиял от восторга.

– Ну что, любезные, как самочувствие? – радостно начал он. – Как интересно сложилась жизнь, не так ли?

Лёха с Жабом на него мрачно посмотрели, но ничего не ответили.

– Вам уже рассказали о ваших правах и обязанностях? – продолжил адвокат. – Видим, что рассказали. Но вам явно забыли сказать одну вещь: рабы, которые поступили к хозяину не в результате коммерческой сделки, и не за финансовые долги, а по решению суда в качестве пожизненной отработки за совершённое убийство, в случае побега приговариваются к исключительной мере наказания. Это вам на всякий случай информация, чтобы вы о глупостях не думали. Вопросы есть?

– Есть, – мрачно сказал Лёха. – Что это вообще за фигня? Я понимаю, всё наше имущество забрали, но мы-то ему зачем? Он что думает, что мы будем называть его господином и работать на него?

– Вообще-то, господин Чэроо в этом уверены. Хотя мы им советуем вас продать, от проблем подальше.

– Совет дельный, но лучше не продать, а отпустить. Учитывая, что мы ни в чём не виноваты.

– Какие вы люди смешные. И вправду, клоуны. Надеюсь, ты, амфибос, понимаешь ситуацию более правильно?

Жаб не ответил, тогда адвокат хозяина потёр щупальца и сказал:

– Так или иначе, мы всё-таки рекомендуем не делать глупостей. А сейчас поехали, ваш хозяин ждёт вас. И, кстати, сейчас уровень толерантности хозяина к вам соответствует цифре со знаком плюс, поэтому вы можете ходить без электронных ошейников. Не рекомендуем разочаровывать хозяина. 

Молодой кхэлийский землевладелец господин Чэшээ Чэроо, сидел на террасе своей роскошной виллы, перешедшей ему совсем недавно по наследству от погибшего отца, ел из хрустальной розетки маленькой золотой ложечкой что-то не очень приятно пахнущее и ожидал, когда его взору представят его новых рабов. Разумеется, сам кхэлиец был уверен, что поедаемое им лакомство обладает нежнейшим вкусом и приятнейшим запахом. Однако, подошедшему к столу Лёхе сразу показалось, что содержимое розетки давно и безнадёжно протухло. Комедиантов поставили напротив стола примерно в трёх метрах от их хозяина.



Alexis Opsokopolos

Edited: 28.04.2018

Add to Library


Complain