Клуб любителей прозы в жанре "нон-фикшен"

Лето приключений

Немытых увезли, приехали сапёры, миноискателем обшарили всё побережье. А штатские на пляже ржали и шутками служивых доставали.

С той поры могильный холм на южном побережье стал появляться часто - понравилась затея: народу только дай. Хотели, видимо, солдат от мостиков отвадить, но те приняли меры. Перед купанием пляж тщательно осматривался – всё подозрительное проверялось, убиралось. А штатских гнали прочь.

 

16

 

- Им надо пляж совсем испортить, - Гошка предложил.

Его затея была проста, хотя трудновыполнима. Он хотел общественное стадо перегнать с северного побережья на южное.

- Они там пору часиков потопчутся, и всё – кранты песку: загадят так, что мало не покажется.

Ему возразили:

- Но ведь и нам тогда там не купаться.

Гошка мрачно:

- Мне надо Паше отомстить.

Пашей звали общественного пастуха. И это та ещё была история. Он как-то Гошку пригласил подпаском – мальчишка за неделю так ухромался, что слёг. Когда поправился, притопал к пастуху:

- Пасти больше не буду. Дай мне расчёт за ту неделю.

Паша:

- Расчёт по осени.

- Ну, дай свои – мои потом себе возьмёшь.

- А если брошу я пасти, думаешь, мне что-нибудь дадут? Догонят да поддадут – по шее. Иди, паси или прощай – дезертирам заработная плата не положена.

Гошка затаил обиду.

Была и у меня причина не любить пастуха. У него была шотландская овчарка по кличке Белый. Она разумно пасла коров, набегавшись за день, без привязи лежала во дворе иль у ворот и никого не трогала. Зимой сидела на цепи и, видимо, поэтому зверела.

Толкались как-то с горки снеговой, и Моряк меж нас крутился – лаял, за полу хватал и стаскивал вниз ребят, вместе со мной защищая вершину. Не та собачка, что в лесу была, другая, старше – много лет у нас жила. Вдруг подлетает Белый и на Моряка. Они сцепились, но силы явно не равны. Мальчишки побежали за Пашей-пастухом, я кинулся на помощь – схватил за хвост овчарку, потащил, чтобы мой пёсик убежал. Белый на меня – порвал шубейку, прокусил через варежку ладонь, и всё пытался в лицо вцепиться. И вцепился, если бы не Моряк – он не убежал, а бросился меня спасать.

Когда я принёс его на руках, он был ещё живой. Отец перевязал ему разорванное горло, оставил в доме. К утру песик околел.

- Дай мне ружьё, - сказал отцу.

- Собака не причём.

Отец взял мою порванную шубку, к Паше домой пошёл.

- Что будем делать, сосед?

- А я причём? Собака, сука, сорвалась с цепи - с неё весь спрос.

- Значит, платить, иль зашивать не собираешься? А ну-ка подойди – скажу на ухо кое-что.

Отец шептаться с ним не собирался, а двинул в скулу. Паша вперёд спиною двор пересёк, упал у будки – Белый ему рыло облизал. С тех пор соседи не здороваются.

Зиму всю Паша грозил:

– В милицию пойду, собакой затравлю….

Весной приплёлся:

- Егор Кузьмич, что в стадо будешь отправлять? Мне надо записать.

А я за Моряка не прочь с ним поквитаться – ведь Белый околел.



santehlit

Отредактировано: 20.10.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться