Клятва Арвиинца

Глава 2. Гвоздезуб.

 

 

«После кровавой трагедии, разыгравшейся за крепостью Расимус, королевства Саантары наконец пришли к соглашению об окончательном закрытии этой древней цитадели». 

Из архива газеты «Арвиинские вести».

 

 

Несколько дней назад. 

Позднее летнее утро не было жарким – спасительную тень давали кучерявые облака, которые витиеватыми завитушками украсили бесконечное голубое небо. 

Большой город широкими предместьями раскинулся вдоль извилистой речушки, густо поросшей зелеными садами. Солен, столица королевства Тарун, самого маленького государства в Саантаре. 

Знаменитая ярмарка с самого раннего утра пестрела разноцветьем палаток. Заплескались на ветру полотнища продавцов тканей, торговцы обуви поднимали деревянные шесты, увешанные сандалиями и туфлями, засияли яркими огнями лавки с магическими фонарями. Над многоголосым шумом иногда взлетали гортанные крики грузчиков, катящих свои тележки. Тысячи горожан сновали по бесконечным рядам огромной торговой площади, местами едва протискиваясь по узким переходам. Окрест разливалась густая смесь запахов – свежевыделанной кожи, горячей выпечки, пряностей и переспелых фруктов. 

 Из маленькой узкой улочки на торговую площадь вышли два паренька лет шестнадцати. 

Высокого и жилистого звали Тим. Он смотрел вокруг с нескрываемым интересом, а в его зеленых глазах временами вспыхивали упрямые искры. В непослушной копне каштановых волос кое-где полыхало несколько ярких, огненно-оранжевых прядей – из-за них Тима иногда величали огневиком. Одет он был довольно просто – в обычные холщовые штаны и светлую рубаху.

 Второй – полноватый, темнокожий паренек, которого звали Ла́нуш, – в отличие от своего друга одевался очень вызывающе: его расшитая золотом рубашка ослепительно сверкала на солнце, а черные брюки были безукоризненно отутюжены.

– Вон она, – Тим вскинул руку.

  Там, далеко впереди, едва различимо белела арка.

 – Ема-а-а, – с тоской протянул Лануш, морща лоб, – сколько еще топать. Слушай, мы в такой толпе полдня пробираться будем! Может, в обход?

  Тим пожал плечами. Он с удовольствием прошелся бы и по ярмарке, но все же зыркнул по сторонам, ища путь попроще – и по его спине от радости пробежали мурашки: аттракцион зверей!

Высокий шатер в крупную красно-белую полоску раскинулся так вольготно, что легко бы укрыл пару домиков. Его купол чуть подрагивал на ветру, нарисованные контуры диковинных животных колыхались, играя на солнце разноцветными красками и оттого делаясь еще более удивительными, загадочными и притягательными. 

  – Старина! – Тим кивнул на аттракцион.

  Лануш, проследив за взглядом Тима, поморщился:

  – Фу! Опять это вонючее зверье.

  – Старина! – тон Тима стал просительным.

Он, в отличие от своего друга, обожал пялиться на животных из Диких Земель, а под этим куполом их собрали не один десяток.

– Да ну… надоело, – скривился Лануш, – гвоздезуб все время спит, а трукан, кажется, вообще сдох. Знаешь, нас просто надувают, говоря, что он живой.

  Тим поморщился:

  – Да, трукан, конечно, не очень. Но вот гвоздезуб, – он ухмыльнулся. – Поверь мне, сегодня он точно проснется. Я тебе гарантирую! Идем.

Тим решительно шагнул вперед. Лануш поплелся следом:

  – Проснется, ага, разбежался, – проворчал он. – Ема-а-а! А в мясную лавку-то нам зачем?

 Через несколько минут ребята подошли к красно-белому шатру.

Тим уже взялся за плотную занавеску, что прикрывала вход, как вдруг заметил маленькую серую птичку. Она сидела на темной крыше соседней палатки, совсем не шевелилась и была почти невидима. Но Тим всегда примечал мелких птах. Вот и теперь – он даже на мгновение замер, рассматривая ее, и только потом шагнул внутрь.

– Дружище, я тебя здесь подожду, – Лануш остановился у входа.

Тим обернулся:

– Что? Нет! Идем.

– Скучно там.

– Да ладно! Денег, что ли, жалко? – Тим приподнял бровь, но уже через мгновение многозначительно закивал. – А… я понял тебя, старина.

Лануш нахмурился:

– Ничего ты не понял!

Тим хмыкнул. Лануш вздохнул, покачал головой, тоскливо обернулся и нехотя перешагнул через порог.

Они заплатили по медной монетке и потянули на себя тяжелую деревянную дверцу.

Сначала ребят оглушила какофония звуков – резкие крики, писк, хлюпанье, чавканье, рычание, клекот. Потом в нос ударила волна густой вони.

Лануш, конечно, прав, запашище еще тот!

Дверь за парнями захлопнулась, и они оказались в темноте. Первое мгновение ничего было не разглядеть, но потом глаза попривыкли, и ребята смогли увидеть знакомую обстановку.

Над ними нависал высоченный красно-белый купол, поддерживаемый четырьмя гладко обтесанными столбами. Плотная ткань почти не пропускала свет, прорезей тоже не озаботились сделать, только на самом верху сияло крошечное зарешеченное отверстие, откуда пробивался тонкий солнечный луч. Здесь царил мягкий, бархатный полумрак. 



Рамель Алямшин

Отредактировано: 23.10.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться