Книга в синей обложке

Размер шрифта: - +

Глава 18

«Уже в который раз гостеприимно распахивает свои двери здание Пассажа на главной улице нашего любимого города. Обширное строение вновь наполнится бесчисленным множеством посетителей и оживленными голосами. Великолепные, бесподобные по качеству и дизайну фирменные эдервильские фарфоровые изделия будут представлены здесь во всем своем многообразии. Да, нам вновь предстоит окунуться в праздничную и одновременно деловую атмосферу Фестиваля Фарфора. Славная традиция дважды в год, в сентябре и марте, проводить это празднество хорошего вкуса и стиля уже давно известна в самых широких кругах коллекционеров, бизнесменов, ценителей шедевров декоративно-прикладного искусства, дизайнеров интерьера да и просто всех, кому не чуждо прекрасное. В течение трех дней талантливые мастера будут радовать и удивлять нас своими невероятными творческими находками, подтверждая проверенную временем истину о том, что совершенству нет предела…»

 

Судя по цветистому слогу и тому, что передовая статья вместе с фотографиями с предыдущего фестиваля и анонсом приветственной речи мэра переползла на следующий разворот, действо намечается поистине грандиозное. Во всяком случае, редакция «Эдервильского листка» в успехе предстоящего делового праздника не сомневается и активно заманивает на него посетителей.

 

*****

 

Стеклянная крыша Пассажа в рамке цветных витражей парит над огромным залом, поделенным рядами прилавков и стеллажей на симметричные секторы и широкие коридоры. Здание не очень старое, самый конец девятнадцатого века, как можно было прочесть на фронтоне. По сравнению со многими домами в Эдервиле практически новодел. Посетителей действительно хватает, можно предположить, что большинство из них приезжие, хотя местные жители тоже попадаются, в основном это семьи с детьми. В ускоренном темпе вышагивают вдоль рядов невероятно озабоченные джентльмены, у которых на уме наверняка одни контракты да оптовые скидки, фланируют никуда не спешащие праздные зрители, группа японцев с энтузиазмом щелкает камерами. Свою камеру Диана тоже не забыла прихватить, поэтому теперь то и дело останавливается и нацеливает объектив на приглянувшийся маленький шедевр из фарфора. Большинство участников выставки не только не возражают против съемки, но и охотно позируют на фоне стендов, заставленных всяческими фарфоровыми изысками. Майкл, который сначала шел рядом молча, уже ближе к концу первого ряда не выдерживает:

— А можно не снимать все подряд? Мы так дальше середины до вечера не дойдем…

— Но это же  интересно! Отличные фотографии получатся.

— Тогда гуляй здесь в свое удовольствие, сколько хочешь. Я быстро пройдусь по рядам и буду ждать тебя в кафе. Там зеленая вывеска возле главного входа. Если вдруг заблудишься, звони. И если купишь что-то неподъемное — тоже звони. Только не забывай, что нам эти покупки потом еще в Лондон придется везти.

Не дожидаясь ответа, Майкл исчезает за спинами других посетителей, а Диана без помех снимает с разных ракурсов фарфоровые ракушки. Некоторые из них не отличить от настоящих творений  природы, они красивы, но вполне реалистичны, точно такие же, если повезет,  можно найти  на берегу. Даже фактура передана один в один, чуть шероховатая поверхность снаружи и безупречно гладкая, кораллово-розовая изнанка. Зато другие выделяются совершенно фантастическим  рисунком. Продавец уверяет, что если приложишь ракушку к уху, услышишь шум океана. Не обманывает, внутри ракушки на самом деле оживает глухой рокот волн…

В гостиничном номере уже нашли временный приют три фарфоровые миниатюры, купленные Дианой на обратном пути из библиотеки, где она тогда узнала кое-что о происшествии на Изумрудном холме. Однако просто невозможно удержаться и не купить хотя бы одну ракушку — бирюзовую, с причудливым молочно-коньячным орнаментом. Новое приобретение занимает совсем немного места в сумке.

Потом Диану заставляет остановиться новая приманка — выставка экстравагантных творений эдервильского мастера. Трудно поверить, что это твердый материал, а не собранная в несколько слоев невесомая паутина. Призрачные замки, ветряные мельницы, тонкие фигуры ангелов с расправленными крыльями — все эти чудеса словно окружены туманом. Абсолютно непостижимо, каким образом удалось сотворить подобное волшебство из фарфора.

Есть здесь, разумеется, и вполне традиционные изделия — помпезные или повседневные сервизы, милые статуэтки, белые или покрытые растительными орнаментами чайники и так далее, и так далее… Что-то из этого собрания поедет в рестораны и гостиницы, пополнит ассортимент магазинов по всей стране или за рубежом. Диане пришлась по душе сахарница, на крышке которой едва удерживаются ягоды — ежевика, брусника и вишня, их не отличить от настоящих, вот-вот скатятся и упадут на прилавок. На крышке другой сахарницы — истекающий соком, надкусанный с одного бока персик, а еще рядом выставлен целый сервиз, весь запорошенный крупными снежинками.

Диана надолго зависает над огромным прилавком, где представлен целый город в миниатюре. Да, это точная копия центра Эдервиля, со всеми его особняками. Вот замок с остроконечными башенками, на который она обратила внимание в первый день приезда. Теперь он, правда, игрушечный. Вот и гостиница среди других зданий, окружающих площадь. На месте некоторых знакомых домов остались только просветы, фарфоровые поделки уже нашли своих хозяев. Впрочем, они все изготовлены не в одном экземпляре, и кто-то из персонала суетливо заполняет свободное пространство новыми домиками. Сначала Диана собирается купить «Каменное сердце», но потом выбирает лимонно-желтый особняк, тот самый, где трудится мисс Гейз и где в подвале когда-то обитала черная змейка, ставшая орудием возмездия для обманутого влюбленного. Как его звали?.. Вроде бы, Эдвин…



Лара Вагнер

Отредактировано: 17.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться