Книга в синей обложке

Размер шрифта: - +

Глава 30

Ни на какую презентацию Майкл, естественно, не поехал, зато его здоровье медленно, но верно поправляется. После того, что доктор Аллан назвал «кризисом», миновало три дня. Майкла уже не шатает от слабости, когда он встает с постели, и вид не такой измученный, как раньше. Не отказывается от еды, которую специально для него готовят и приносят в номер, правда, ест крошечными порциями. Подолгу сидит у окна, будто пытается расшифровать сложный узор, составляющий каменное сердце. Словно получает некую поддержку от этого создания безымянного мастера... По-прежнему  много спит, однако начал проявлять интерес к разнообразными городским новостями, которые приносят друзья, и ждет их прихода. Впрочем, ждать долго не приходится, бывшие  одноклассники то и дело наведываются.

 

С утра приходят Фред с Итоном, чтобы забрать Майкла на прогулку.

— Думаете, уже можно? — с сомнением спрашивает Диана.

— Конечно, это ему только на пользу пойдет, — заявляет Фред. — И Аллан тоже так думает,  я посоветовался. Сколько можно киснуть в четырех стенах? Чего ты боишься, мы ненадолго. Пройдемся по улице, а потом в сквере возле Ратуши посидим. Погода  шикарная. Не переживай,  если вдруг что, я его обратно на руках принесу. Да только это не понадобится, все будет в порядке. А ты пока тоже отдохнешь и расслабишься.

Итон молча помогает Майклу одеться.

 

 

******

Диана смотрит  из окна, как Майкл переходит через площадь, слева от него Итон, справа — Фред. Будто охрана. Охраняют своего не слишком удачливого в последнее время друга, сами не подозревая от кого. Что ж, видно так карты легли, хотя у Дианы с Фейт и  остаются кое-какие козыри… Диана садится в любимое кресло Майкла. Собственно говоря, Фред абсолютно  прав, ей тоже не помешает  отдохнуть и расслабиться. Она бы сейчас перечитала историю Фейт, жаль от  книги остались лишь воспоминания, даже скромная горка пепла исчезла из камина после очередной уборки в номере. Непонятно, как придется объяснять исчезновение почти что библиографической редкости милейшей миссис Броуди. Зато лондонский экземпляр сохранился…

На глаза попадается та самая брошюра с готической обложкой, лежит в углу поверх всей этой стопки разнокалиберных журналов, которые Линда вчера аккуратно сложила. Диана берет брошюру и с ногами устраивается в кресле…

 

*****

 

Много-много лет назад жила в Эдервиле молодая кружевница. С утра до вечера она плела из тонких льняных нитей чудесные воротнички, манжеты и шали для городских модниц. Работа у нее спорилась, кружевница не только повторяла известные узоры, но и придумывала новые, такие роскошные, что ничего подобного нельзя было найти у других мастериц. Тех денег, что платили за работу, им вместе с давно овдовевшей матерью  вполне хватало. Нужда не стучалась в чистенький домик с ажурными занавесками и кустами остролиста возле крыльца. Кружевница была не только  прилежна, но и хороша собой, многие заглядывались на нее, поэтому не было сомнений, что в старых девах она не останется. Жизнь текла без забот и тревог, пока не попалась кружевница на глаза сыну мэра. Мать молодого человека часто покупала кружева у мастерицы, поэтому той был открыт доступ в богатый  особняк на главной улице города. Она приносила   свой товар, а хозяйка особняка долго перебирала изысканное рукоделие, обязательно покупала что-нибудь да еще и заказывала отделку для новых нарядов. Как-то раз в комнату матери заглянул сын и обратил внимание на миловидную девушку в скромном платье.

Когда кружевница возвращалась домой, он подстерег ее на безлюдной улице и заговорил. Дальше началась самая обычная история. Могла ли простодушная кружевница долго сопротивляться ухаживаниям красивого молодого дворянина, который  казался принцем из волшебной сказки? Не прошло и недели, как девушка поддалась на его уговоры. Встречались они в охотничьем домике  неподалеку от города, так что никто не догадывался об этой тайной связи. Девушка довольно быстро наскучила любовнику, а когда призналась, что беременна, тот и вовсе сказал:

— Может, этот ребенок не от меня. Ты просто рассчитываешь выжать побольше денег. Думаешь, я буду содержать тебя и твоего ублюдка?

Кружевница зарыдала и выбежала вон. Она поклялась больше никогда не возвращаться туда, где совсем недолго была счастлива. Никогда не встречаться с тем, кто произнес такие жестокие и несправедливые слова. Вот только гордой можно оставаться, пока ты ни от кого не зависишь, и тебе есть на что существовать. Брошенная кружевница целыми днями лила слезы, работать по-прежнему не могла, все валилось из рук. Вскоре и мать, и соседи заметили, что она ждет ребенка. Косые взгляды, перешептывания, попреки матери, которая  мечтала, что дочь выйдет за  какого-нибудь зажиточного лавочника. Но  теперь мечты пошли прахом. Однажды кружевница не выдержала материнских попреков и отправилась в дом мэра, чтобы попытаться разжалобить если не  любовника, то хотя бы его мать, которая раньше была так добра к ней. Еще не очень  давно кружевницу охотно пропускали к самой хозяйке дома, но сейчас привратник захлопнул тяжелую дверь.

— Не велено тебя больше пускать.

Вот и весь разговор.

Ничего не оставалось несчастной, как вернуться  домой. Протянулся еще месяц, а потом как-то вечером мать, разозлившись, выставила дочь на улицу:

— Отправляйся туда, где гуляла, распутница!

Зима в тот год выдалась ранняя и  холодная, с темного неба сыпал колючий снег. Кружевница снова отправилась к особняку мэра. Она теперь не надеялась, что прежний любовник примет ее. Просто хотела попросить немного денег, чтобы устроиться на первое время и продержаться до родов. Может, увидев ее, такую замерзшую и жалкую, он все-таки опомнится? Конечно, он никогда не женится на простой девушке, да еще и опозоренной. Но ведь ребенок ни в чем не виноват. Только бы дождаться его появления на свет, а там вдруг отцовское сердце дрогнет? Ведь когда-то сын мэра клялся, что любит ее, что она самая лучшая из всех девушек, кого ему доводилось видеть в своей жизни… Кружевница проскользнула в незапертую садовую калитку, дошла до особняка. Сбоку был отдельный вход, который, как ей было известно, вел в комнаты бывшего возлюбленного. Слуга не решился сразу прогнать дрожащую, всю облепленную снегом женщину, согласился передать ее просьбу хозяину. Вскоре дверь снова отворилась, наружу выскочили два крепких лакея и поволокли кружевницу прочь. Рот ей заткнули ее же платком, чтобы не подняла шум. Сын мэра наблюдал за происходящим из окна. Кружевницу швырнули на мостовую, калитка закрылась, в этот раз накрепко.



Лара Вагнер

Отредактировано: 17.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться