Книга Холмов

Font size: - +

Скверна

Глава четвертая. Где ханта впервые столкнется с новейшими приемами диверсионной алхимии; Ганс Штайнер откроет Лисам, какую мерзкую скверну и страшную угрозу для всего мира несут их боги; и станет насиловать Алейну во имя чистоты.

 

– Тебя еще можно спасти, фройляйн.

Алейна дремала, растянувшись на походном плаще. Не то чтобы ее силы закончились, не так уж и много она лечила сегодня. Но все же контузия от взрыва даром не прошла, пусть исцеление и вернуло силы, прояснило голову – но иногда во всем теле возникал легчайший «светлый шум»… Лежать было как-то приятнее. Солнечные лучи соткали невесомое теплое покрывало, мягкая кровать расстилалась широко-широко, пахла цветами, травами и землей. Всего пара минут отдыха, а ей уже было радостно и тепло, хотелось обнять весь мир, и чтобы война исчезла, растворилась в этой теплоте.

Голос канзорца, негромкий и четкий, вернул холод в груди.

– Еще можно вернуть тебя из бездны мерзости в стан людей. Дать тебе второе дыхание, вторую жизнь. Ты знаешь, что такое десеквенция?

– Знаю, – ответила Алейна, глядя на легкие, безмятежные завитушки облаков. – В прошлом месяце такие же как вы, уничтожители, поймали Аррена из ханты «Грифон». Мало того, что убили Скрипуна, безвинную тварь, который не смог улететь и бросить хозяина… так еще и замучили Аррена своей операцией до смерти. Пытались лишить его магии, но он не выдержал. Я все думала, из-за чего люди способны на такое?..

Ганс Штайнер молчал, синие глаза смотрели ровно, без движения.

– Так это были вы, – Алейна выдохнула, привстала, ее чистый лоб сморщился, в гримасе девчонки не было ненависти или злости, было полное, абсолютное непонимание. Она как будто смотрела на говорящий обломок скалы, и пыталась понять его правду, его логику. Честно пыталась, но не могла.

Дмитриус лязгнул, подавшись вперед. Его металлические руки приподнялись, кулаки сжались.

– Это были мы, – коротко кивнул Ганс. – Грифон есть созданная магами химера, угроза чистоте и должен быть истреблен. А губители мира не подлежат обмену военнопленными, пока сохраняют канал скверны в своем сплетении. После того, как канал вычищен, подлежат. Получают право рассматриваться, как граждане чужих территорий – если их преступления против мира не были слишком тяжелыми.

– Вы разрезали ему солнечное сплетение и убили его.

– Я лично проводил операцию, в которой он не выжил. Знаешь, почему?

– Почему? – одними губами спросила Алейна.

– Не хотел стать чистым и исправить причиненное миру зло. Скверна стала так дорога ему, что он не мог отказаться от нее, и отравленный ею умер. Так и сказал мне: выбираю магию сверх жизни.

Девушка накрыла ладонью лоб, будто оттуда рвались запретные, опасные мысли, и ей нужно было удержать их.

– Ты очень везучий человек, – выдохнула она, не поднимая глаз.

– Почему?

– Потому что Анна сейчас без сознания.

– Я понимаю, – мягко сказал канзорец, – вы видите друг в друге людей. Отчасти вы и являетесь людьми. Заблудшие не понимают, какой вред несут, им требуется лишь объяснить. Другие сознают, что магия разрушает мир, но не хотят отказаться от ее легких богатств, ведь мир рухнет не завтра, а им хватит на безбедную, почетную жизнь. Они осознанно и подло разрушают все, что нам дорого.

– Доказательства, – прогудел стальной воин. – Где доказательства? За полгода мы не увидели ни одного.

– Полгода, – покачал головой Ганс. – Слепым не хватит и жизни, чтобы увидеть то, что им не по душе. А доказательствам шесть с половиной столетий. Фройляйн, ты читала «Безупречную Чистоту»?

– Нет! К чему мне читать книгу, которая поливает мерзостью то, что мне дорого?! Ты не ощущал рук Богини у себя на плечах. Ты не чувствовал щедрость ее любви к каждому живому существу, не отводил смерть ее рукой! Тебя не переполняла радость от возможности сделать мир лучше, которую дает Хальда!

– Если бы на лицах богов были ужасные и отталкивающие маски вместо вызывающих обожание, им бы служили единицы. Конечно, их лики будут прекрасны. А последствия их дел вы увидите лишь когда они снова обернутся катастрофой.

– Шесть столетий, – сказал Дмитриус. – Вы гоните магов, которые «разрушают мир». За шесть столетий он так не разрушился, и даже хуже не стал. Ведь правда?

– Только благодаря Чистоте. И потому что боги были мертвы. Но теперь они вернулись и снова порабощают людей. Угроза гибели страшнее, чем раньше. Под властью богов мир падет, снова случится Нисхождение, и на этот раз оно будет – последним. Боги уцелеют, и создадут себе мир заново, создадут себе новых рабов – а вот мы погибнем в муках и огне, как гибли семьсот тридцать два года назад… и три полных столетия после. Наша жизнь была спасена лишь Чистотой. Но вы не читали Книгу, вы отворачиваетесь от истины.

– Ты тоже не знаешь, о чем говоришь! Ты не видел, как Матерь оказывает милосердие даже себе во вред. Ты не знаешь ее.

– Но и ты не знаешь, девочка. Твоя богиня не говорит с тобой напрямую. И ни с кем из вас. Только туманные откровения. Почему?

– Я… – Алейна запнулась, трепещущий взгляд ее зеленых глаз метался, грудь распирала жажда объяснить. – Хальда и боги Союза… Ты читал «Открытый Союз»?

– Читал, – ответил канзорец. – Читал и «Апологию чудотворцев», и «Схизму Орнатуса». И «Восхождение и падение Мистиков». Я понимаю, что друг для друга вы люди. Но для нас, нультов, вы истоки миазмов, чаши скверны – поскольку мы видим, каждый день вне Канзората видим вашу грязь. Мы ее чувствуем, всем существом, всей кожей. Я чувствую ее постоянно, находясь рядом с каждым из вас. Иногда скверна так сильна, что хочется содрать с себя кожу, лишь бы не чувствовать ее. К счастью, в тебе не настолько.



Антон Карелин

#7953 at Fantasy

Edited: 01.07.2016

Add to Library


Complain




Books language: