Книга Яда

Ирина Кочеткова, "Неправильный оборотень"

Пролог мне не понравился. Во-первых, люто раздражает инверсия, при помощи которой автор пытается погрузить читателя в атмосферу сказки. Но вместо сказки получаются какие-то байки пьяного магистра Йоды. «Из всех кандидатов его наиболее сильным посчитали», «потихоньку волнение стало копиться»… бррр. Потом – пролог вращается вокруг пророчества. Я, грешным делом, думал, что мода начинать фэнтези-роман с пророчества благополучно канула в Лету еще в девяностых. Но нет! Находятся еще любители впиндюрить в текст какую-то туманную байду, чтобы читатель, не дай бог, не усомнился в том, что его ждет история об Очень Значимых Событиях, прямо-таки судьбоносных для описанного мира – вон, высшие силы даже посчитали нужным всех предупредить заранее. Какой баян.

Первая глава. Четырнадцатилетний мальчик-оборотень думает про себя – «фигура? Ммм… тоже есть. Глаза вот подкачали – какие-то непонятные, коричневого цвета и вытянуты к вискам. Ресницы, что у девки, почти до бровей загибаются. Бабка говорит, оленьи глаза – тьфу, срамота!». Автор из кожи вон лезет, чтобы сделать вид, что это «настоящие пацанские мысли» - вот, и ресницы длинные ему не нравятся, и слова про оленьи глаза его раздражают. Но получается все равно калька популярной сцены с героиней, рассматривающей в зеркале свои глаза, волосы, грудь и жопу. Потому что, какими бы там словами, типа «срамота», вы не пытались скрасить отношение героя к своей внешности, факт остается фактом – про свои оленьи глаза и загнутые ресницы ваш герой заговорил в первую очередь. Он еще не успел представиться, ничего не сказал о своих интересах и характере, самое первое, о чем он думает, когда необходимо рассказать кому-то о себе – это его ресницы и глаза. Минус сто пятьдесят к правдоподобию.  

Имена у остальных героев односложные – Ррык, Крык, Таруся - а у главного героя – «Ар-Лагор». Все знают – он особенный. Тот самый, из пророчества, семьдесят пятый потомок Руса Трехпалого. Создается впечатление, что автор решил вообще не напрягаться, маскируя мэрисьюшность главного героя с помощью обычных в таких случаях приемов. Правильно, зачем возиться, постепенно раскрывая избранность героя? Давайте прямо на второй странице скажем, что ГГ – особенный, и именно ему посвящено Великое пророчество. И никаких проблем. А дальше можно выливать на читателя потоки самолюбования ГГ – «в мальчишеской ватаге против меня за лидерство с самого детства никто не выступает», «девки пялятся и шушукаются, а которые со смешками да намеками подкатывают… Христя, кузнецова дочка, совсем прохода не дает…» И даже совсем маленькие девочки с него, героя, глаз не сводят – «мелюзга десятилетняя, а туда же – пока не ушла, так глаз с меня и не сводила». Короче, жизнь у парня удалась. Вот только читателя-то что должно заинтересовать в этой дурацкой подростковой похвальбе?

Реально интересна только бабка главного героя – вот она, пожалуй, получилась очень колоритной. Герой там что-то говорит насчет того, что Ррык, его отец, вожак их клана, но принимать эти слова всерьез не получается – вожак там бабка, это однозначно. Всеми командует, любому объяснит, как мир устроен и что должны делать правильные волки. Вот про бабку я бы почитал. А ГГ воспринимается, как раздражающее дополнение, от которого никуда не денешься, поскольку повествование ведется от его лица.     

Впрочем, ко второй главе уже и бабкины рассказы начали меня изрядно утомлять. В книге должны происходить какие-то события! И, по идее, происходить они должны с вашим ГГ – иначе для чего он вообще там нужен? Я не знаю, может быть, есть категория читателей, которым нравится, когда мысли ГГ перемежаются с длинными, по странице или даже больше, байками другого персонажа, из которых читатель должен получить необходимую информацию о мире. Но я предпочитаю узнавать о мире параллельно с развитием сюжета. И мне неохота продираться через очень долгую прелюдию, чтобы дождаться хоть каких-то значимых событий, особенно если учесть, что впечатление о ГГ сложилось неблагоприятное.