Книга Яда

Нон Конформист, "Неделя после запоя"

Первая ассоциация – Чернышевский, «Что делать?». Он тоже ведет диалог с читателем и подсовывает ему «приманку», сцену с липовым самоубийством, как автор этой книги – утверждение, что его история завертится вокруг бутылки водки. Следом за фальшивым предисловием-приманкой идет «Предисловие второе, настоящее». Подобная игра с читателем – штука на любителя, мне прием, когда автор усиленно подмигивает, корчит рожи и беседует с читателем, панибратски обращаясь к нему на «ты» и говоря - «не ври, повёлся», будто автор и читатель вместе выпивают на завалинке, кажется малопривлекательным. Правда, все тот же Чернышевский тоже своего читателя не уважал и с удовольствием выказывал ему свое пренебрежение, стараясь сделать это в максимально эпатажной форме, ну так у него на то были серьезные причины – маргинальные для той эпохи политические взгляды, желчь и длительное заключение в тюрьме.  

Когда герои – вышедший на пенсию алкоголик-Саныч и профессор Федя – ведут долгую дискуссию о коммунизме и свободе, это прежде всего очень скучно. Такие диалоги можно в изобилии найти в комментах на Фэйсбуке, так что совершенно не понятно, чего ради посвящать этому отдельное произведение. Ни глубины, ни страсти, ни неординарности в высказываниях героев нет. Нет, я не удивлен, что два безработных, бессемейных человека, встретившихся на скамейке возле бара, неспеша ведут дискуссию о том, возможна ли реальная свобода, если человек всегда зависим от своих материальных и физиологических потребностей – поскольку персонажи, как уже было сказано, и безработные, и бессемейные, им надо как-то убить время, а для этой цели мало что подходит лучше, чем такой словесный онанизм. Но вот зачем все это словоблудие читателю?.. Если бы я открыл подобное произведение не для того, чтобы по просьбе автора писать на него отзыв, я бы выдержал не больше двух страниц.

Когда профессор, который, по его собственным словам, преподавал философию и социологию, переключается с обсуждения коммунизма на биологию и начинает излагать, как он себе представляет эволюцию, то это выглядит совсем уже невыносимо, потому что его рассуждения об эволюции звучат весьма нелепо. «По-вашему, человек, который живет в лесу и ест одни грибы да ягоды, в итоге обезьяной должен стать?» - ни к селу, ни к городу осведомляется профессор. – «…Он все время нагибается за грибами, на четвереньках ему проще было бы». Без комментариев. Профессор перепутал (или же намеренно смешал) филогенез с онтогенезом, ну да бог с ним. Непонятно мне другое – я уже прочел половину произведения, а в нем пока что не произошло ни одного события, если, конечно, не считать событием закрытие любимого бара Саныча. Впрочем, к этому моменту я уже почти уверился, что и герои, и начальные намеки на сюжет понадобились автору только затем, чтобы на протяжении тринадцати страниц сношать читателям мозги своей унылой демагогией, слегка замаскированной под реплики героев.     

Решив проверить свое предположение, я, не читая, просмотрел по диагонали еще пару страниц – все то же самое. Первое предисловие (с бутылкой водки) заставляет думать, что автор считает себя очень ловким типом, который способен заманить читателей туманными намеками на интересную историю, а после этого скормить им свои «философские» идеи и в финале посмеяться – ха-ха-ха, как ловко я вас всех провел! Проблема в том, что для удачной реализации такой задумки нужно написать хороший, яркий диалог, способный захватить внимание читателя и удержать его до самого конца, а с этим автор не справляется.   

Итоги: автор далеко не Чернышевский, сказать современникам ему на самом деле почти нечего, а вот стремление делиться с миром собственными мыслями присутствует. Но лучше бы он излагал их на Фэйсбуке, не пытаясь облекать этот поток сознания в художественную форму.

Язык, в отличие от большинства произведений на Литере, очень неплохой, но при таком провальном содержании это не спасает.