Книга Яда

Анастасия Пенкина, "Куда тянутся души"

Начну с «предупреждений», вывешенных автором в начале текста. Они вызывают умиление. «Это не типичный любовный роман в фэнтезийном антураже», пишет автор. Для начала, я пока что ничего, хоть сколько-нибудь нетипичного, не вижу. Тут и жанр «попаданцы», и тэг «властные герои», и до безобразия гламурная обложка. Поскольку автор не потрудился объяснить, что же такого «нетипичного» в его работе, предлагаю считать это заявление голословной и неубедительной саморекламой. Далее. «Повествование от третьего лица чередуется с повествованием от первого». Вот это, честно говоря, способно сразу отвратить от чтения. Есть люди, которые не выносят книг, написанных от первого лица. Есть и такие, кому повествование от третьего лица кажется слишком пресным и безличным. Но я не встречал еще ни одного читателя, который бы обрадовался тому, что повествование скачет туда-сюда, от первого лица к безличному повествованию и обратно.

Третий пункт – мое любимое. «Начало может показаться скучным, но дальше динамика совсем иная». Каждый раз офигеваю с авторов, которые говорят – прошу не обращать внимание на то, что начало книги скучное (или невнятное. Или нелепое). Вы потерпите, дальше будет очень увлекательно (как вариант – «дальше все объясняется»). Когда я открываю книгу, мне плевать, насколько динамичной будет вторая или третья часть. Если мне будет скучно, то я просто плюну и пойду искать другую книгу, и любой нормальный человек поступит точно так же. И своими уговорами автор меня уж точно не удержит от того, чтобы забросить его гениальную нетленку, зато сразу же вызовет чувство раздражения. Потому что, если автор полагает, что первые главы в самом деле получились скучными, то он обязан что-то с этим сделать: поработать над началом, сделать его динамичнее, иначе расставить акценты и т.д. А если автор доволен тем, что получилось, и не хочет ничего менять, то его не должно заботить, что кому-то из читателей не хватит экшна. Хороший автор уважает не только свое право писать так, как ему нравится, но и естественное побуждение другого человека бросить книгу, которая кажется неинтересной. Он не станет хватать разбегающихся от него читателей за пуговицу и упрашивать немного задержаться.

Наличие последнего предупреждения – о том, что в книге «имеются эротические сцены 16+», в принципе, выглядит резонно, но я плохо разбираюсь в рейтингах. Может, мне кто-то объяснит, чем именно ограничение 16+ отличается от 18+, и как автор решает, к какой категории относится его произведение?

Перейдем к тексту. Я не знаю, почему многие авторы уверены, что писать художественно - значит, уснащать произведение описаниями закатов, рассветов, солнечных лучей и прочей дребедени, а тем более – начинать с этой дребедени свою книгу. Например: «Солнце почти ушло за горизонт и его последние лучи озаряли золотым сиянием зал из белого камня» (цитирую с оригинальной пунктуацией). Большинство авторов, которых тянет на «красивости» такого рода, бесконечно далеки от того, чтобы доставить эстетическое наслаждение даже неискушенному читателю. Отчетливо школярский уровень подобных описаний выглядит еще нелепее из-за проблем с грамматикой и орфографией. Как здесь – «…столпились люди, в светлых одеяниях, что делало эту массу немного безликой. Кто-то, очень тихо, еле заметно перешептывался между собой, кто-то стоял с бокалом в руке, рассматривая золотистый напиток, и не понимая, что тут делает». Сказать по правде, это я не понимаю, что тут делаю. Русский язык у автора не то, что хромает на обе ноги – он ползет по кочкам с простреленными коленными чашечками.

Стиль полностью соответствует калеченной грамматике. Ну, например, выходит на помост «седовласый старик с белесой бородой» и «суковатой палкой» и обращается к собранию с такой вот речью (каюсь, я не вынес переписывать авторский текст без изменений и расставил запятые): «Прошло много столетий с тех пор, как люди и светлые маги во главе с орденом Света победили последнего великого жреца Тьмы, принесшего хаос в наш мир, заразив его Тьмой…». Ну что ж, признаем, что произведение и в самом деле получилось нетипичным: такой смехотворный пафос и хрустящий на зубах картон – это, скорее, бич эпического, а не романтического фэнтези. Кстати, касательно идеи, что «начало может показаться скучным». Самое смешное, что по смыслу сцена из пролога выглядит удачной в смысле построения сюжета. В ней содержится зерно конфликта – двое молодых людей выбраны древним магом, чтобы служить делу Света, но один из них попал в такое положение случайно – его брат, который должен был принести клятву ордену, именно в этот день праздновал свою свадьбу и, логично, под раздачу не попал. Герой, понятно, не в восторге от такого положения вещей, но отвертеться от присяги у бедняги не выходит. Во всем прологе этот персонаж – единственный, кто выглядит живым и вызывает некоторый интерес. И автор, вероятно, смог бы удержать внимание читателя, если бы начал углублять и развивать конфликт – но вместо этого он начинает нудно объяснять, из кого состоит магический Совет, сколько сохранилось порталов между двумя мирами, что из себя представляет местный Апокалипсис, предотвратить который должен орден Света… После бессмысленного пафоса, подобная подача информации – самое худшее, что только может сделать автор фэнтези. Попробуйте представить, что Джордж Мартин начал бы «Песнь Льда и пламени» с дурацких рассуждений о строительстве Стены. Или же что Анджей Сапковский с первых же абзацев начал бы занудно объяснять, как именно устроен Капитул волшебников.

Хорошие писатели так никогда не делают.   

Итог: я бы сказал, что слово «скучный» применительно к началу этой книги – это незаслуженная похвала. Здесь требуется что-то посочнее – «нечитаемо», «беспомощно», «безграмотно» et cetera.