Княжеская дочь

Размер шрифта: - +

3

3

На следующее утро Фьямма оказалась перед непростым выбором. Как поступить? Рассказать отцу о заговоре, читай признаться, что тайком сбежала из дома, разгуливала в полнолуние по территории ругару, а главное, опять использовала магию, или же благоразумно умолчать и самой попытаться решить проблему.

Страх перед князем победил. Девушка опасалась, что, узнав о ее сумасбродной выходке, Сезари передумает и разорвет брачный договор, посчитав дочь неготовой к взрослой жизни. Поэтому решила взять все в свои руки и самостоятельно расстроить планы врагов.

Она велела Азели не выпускать из виду покои князя. Благодаря своему миниатюрному телосложению эльфийка могла проникнуть в самую крохотную щель и сидеть там столько, сколько потребуется.

Фьямме же, находившейся под пристальным вниманием княжеской свиты, бдеть у комнат отца не представлялось возможным. Да и не до слежки ей сейчас было. Каждую свободную минуту, когда появлялась возможность остаться наедине с собой, девушка посвящала приготовлению зелья. Шла на чердак, в замаскированную заклятием отвода глаз комнату, и предавалась любимому занятию — волшебству. Никто, кроме Мавель и Азели, не догадывался о существовании маленькой лаборатории в закромах старого особняка.

Вечером, накануне отъезда, снадобье было готово. Оставалось дать ему настояться несколько дней, и заветная мечта — превратиться в прекрасного лебедя — могла наконец осуществиться.

Фьямма заканчивала уборку лаборатории, когда услышала на лестнице шаги, а через секунду перед ней предстала запыхавшаяся Азели. В руках эльфийка держала уже знакомый пузырек с бледно-голубой жидкостью.

— Князь будет очень расстроен, когда узнает, кто принес ему отраву, — взволнованно заговорила рабыня.

— Кто-то из альварров? — Фьямма могла и не спрашивать, ответ был написан на расстроенном личике Азели.

Забрав у эльфийки яд, девушка спрятала его в сундук, под гору холщовых мешочков с травами. Сначала собиралась вылить «подарок» Блеза, но потом передумала, решив, что пузырек еще может пригодиться. Например, как доказательство измены.

— Кто подложил яд?

— Сорэн Эмар, — тихо ответила эльфийка.

Почувствовав слабость в ногах, Фьямма упала в кресло. Она могла заподозрить в предательстве кого угодно, но только не Эмара Коррадо. Близкий друг семьи, главный советник, он был в курсе всех дел Сезари.

— Может, это какое-то недоразумение и Эмар не знал, что в пузырьке?

Азели развела руками, как бы говоря, что видела то, что видела.

— Он прокрался в покои его светлости, как вор. Был очень взволнован, все время оглядывался на дверь. Не похоже, что сорэн Коррадо не в курсе дела.

— Наверное, ты права. — Фьямма тяжело вздохнула. — Значит, Эмар решил попрать многолетнюю дружбу. Знать бы, есть ли у него сообщники среди альварров...

— Вы расскажете об этом сорэну Сезари?

— Пока нет. Иначе наши враги поймут, что план с ядом провалился, и придумают что-нибудь новое. Пусть лучше считают, что все идет, как задумано. Эмар тоже поедет в столицу, там мы с него глаз не спустим. Тебе придется некоторое время последить за ним, Азели.

Девушка присела в реверансе.

— За это не беспокойтесь, сорэна Коррадо я беру на себя. А вам пора переодеваться к ужину, пока вас не кинулись искать.

— Скоро спущусь. Отнеси это в комнату князя и положи вместо яда. — С этими словами Фьямма извлекла из резной шкатулки пузырек, на вид идентичный тому, что был у Блеза, и отдала его рабыне.

Когда эльфийка ушла, Фьямма закончила наводить порядок. Убрав со стола остатки использованных в зелье трав и крови ругару, побежала готовиться к ужину.

* * *

— Даже не проси, отец, я тебе в этом деле не помощник! — воскликнул Кассиан, услыхав о планах герцога. — Если дядя узнает, что ты хочешь расстроить помолвку, он тебе не простит!

— Он не узнает, — шикнул на сына Урье, заставляя того говорить на полтона тише. Оглянувшись на проходящего мимо слугу, схватил Кассиана за руку и потащил к лестнице, подальше от любопытствующей челяди и придворных. — А если и догадается, то в будущем скажет мне спасибо. Эдгард был явно не в себе, когда заключал договор с Сезари. Решил запятнать нашу семью связью с безродными альваррами!

— Ты говоришь совсем как Амельен, — хмыкнул юноша. — Но его я хотя бы могу понять — нашему принцу просто неохота жениться. А тебя-то какая муха укусила?



Кристина Граль

Отредактировано: 16.09.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться