Кочегары Из Дома Колхозника, Ревизорские сказки

Размер шрифта: - +

Кочегары Из Дома Колхозника, Ревизорские сказки

1.
– У нас что главное?
– спросил назидательно у Вольдемара Николай Ефимович Кузик. Из-под роговой оправы посмотрели на подчиненного умные глаза шефа – голубые, в белёсых разводах с карими прожилками старого сорвиголовы…

– Не знаю… – заплетающимся языком попытался поддержать руководителя подчиненный.

– То-то и оно… Сколько с тобой работаю, а как дело доходит до принятия ревизорского допинга, только и слышь твоё тупое: «нэ-зна-ю»… А водка-то «Сибирская»… Её с умом пить надо, Володька…

– Пью… – согласился с Кузиком Вольдемар.

– Николай Ефимович, – вмешался в беседу вертлявый старикашка с покоцанной плешкой во всю голову Рюрик. Обычно он просто присутствовал в их ревизорском учреждения еще со времени прикрытия нэпа и знал, как говорили, немало. Но в кабинете производственного отдела он всего более чувствовал себя в своей собственной тарелке, потому что в производственный отдел, при хорошо отлаженном процессе труда обычно везли…

 Но прошлый отдел в составе прошлого союзного министерства однажды сел всем списочным составом и тогда именно Рюрик порекомендовал нынешнему замминистра республиканско-союзного подчинения уже хорошо отсидевшего Николая Ефимовича – производственника со стажем, который и на зоне сумел создать артель цеховиков по пошиву строительных рукавиц в двойных брезентовых прокладках которых передавались по установленной таксе и малявы на волю и деньги с воровских общаков.

Одним словом, ко дню выпуска с чистой совестью на свободу, артель Кузика выпускала и деревянные сувениры и полиэтиленововые и страшно дефицитные во всем союзе кульки и даже презики, на пачках которых победоносно было написано «Проверено на электронике». Насоветовал ему выпуск этой модной херни местечковый король пидоров Васька, который всех более побоялся прихворнуть на сверхмодный во времена совка СПИД.

Он же отыскал на тюремных складах страны специальное оборудование, коим некогда кто-то пожелал снабдить специализированную лабораторию охранных войск МВД. Но то ли тема не прошла, то ли отпущенный латекс разворовали, понаделав из него резиновых пробок под самогон, либо просто вулканизатор для прорывавшихся на щиколотках солдатских сапог, но вскоре оборудование переслали под поручительство Кузика, и артель НА ХАЛЯВУ погнала стране «проверенное на электронике» изделие, чей номер обычно определялся по номеру противогаза. Мордатиком подходило изделие №3, тогда просим – изделие №2. Изделия были модными, ими приторговывали и прапора, и на зоне Кузику жилось неплохо…

Четыре года он провел едва ли не как в сказке, но без женской ласки, поскольку ждала его на воле его подельщица и любимица Лариса Абрамовна – существо преданное, приязное и называемое Кузиком Лаурой или же просто – Лялькой. Сам же Кузик откликался у неё только на Зюзик, и сейчас терпеливо слушал Лауру на предмет осознания своего нового положения.

– Зюзик, Вовика надо посылать в Крым…. А хочешь, и я с ним поеду… В качестве консультантши…

У Николая Ефимовича забегали по лицу желчные старческие желками…

– Я тебе, Лялька, поеду! Я т-тя поеду! Что вы мне подскажете, Руим Юрьевич?

– Твоя Лялька, Ефимыч, права… Ехать ей с ним не надо, а вот Вовику и впрямь ехать пора… Пусть ознакомиться с колоритом. Присмотреться, как режут песчаник, как высаживают мицелий, как делают совхозные вина…

– Из овощей, – пырснула вслух Лялька-Лаура, но её прервала грудастая Таха строгим и зычным:

– Заткнись… Пусть говорит Рюрик…

И Рюрик сказал… Весной, в конце марте, узбеки с туркменами гонят в Крым свои вагоны с бахчевыми, в которые вместо бахчевых вкладывают молодые огурцы, укроп и петрушки… А дальше дело несложное. По подложным ведомостям надо перегнать вагоны на Киев-товарный и растаможить по упрощенной схеме… Товар сдан – товар принят…

– А сколько я получу? – внезапно прохрипел Вольдемар.

– Если вякнешь кому-то обо всём здесь услышанном хоть в Киеве, хоть в Крыму – десятку – от корки до попки…

– А если не вякну…

– Будем считать… Шесть вагонов по тридцать штук – пятьдесят штук поставщикам, десять железке, десять, Зюзик, твоим, да три по десять рыночным директорам… Одним словом, штук семь, если считать, что нас здесь шестеро и ты поедешь по первачку…

– А почему я?

– А кто же ещё? Поедешь с Тахой, так тебя из-за её пышностей – пасти начнут, поедет Таха – примут за путану-сезонщицу, поедет, м-м… Николай Ефимович, так он же ещё не имеет права отъезжать более чем на сто км по железке… А Лялька и я маловыразительные типы в области официальных сношений с развитым социалистическим государством…

– Дело говоришь, Рюрик, – хлопнув полбокала «сибирки» согласилась Натаха.

– Помолчи, курочка…

– А как же быть с накладными, Рувим Юрьевич?

– Как быть, как быть… – заворчал почти не пивший старик. Он полез вглубь своей суфийской шубейки и извлек из ее недр несколько квитанций… На них было черным по белому отпечатано «Товарно-транспортная накладная». На каждой был проставлен номер и соответствующая квадратулька печати склада приемки овощной продукции №…



Веле Штылвелд

Отредактировано: 08.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться