Код Гериона: Осиротевшая Земля

Размер шрифта: - +

Чаячий мор

Сентябрь 2192 года

Одноухий кот Рыжик грузно запрыгнул на печь, где рядом со сводным братом Арсением спал Рэнди де ла Серна. Пушистый проныра обладал как минимум шестью чувствами и всегда точно знал, чья была очередь готовить завтрак. Рэнди спал на груди, обратившись в сторону маленького окошка, куда еще даже не начал сочиться утренний свет. Мягко ступая по постели, Рыжик подобрался к нему поближе и пощекотал длинными усами лицо. Не просыпаясь, Рэнди пробормотал что-то несвязное и сгреб животное в охапку, как мягкую игрушку. 

Когда тебя что есть дури обнимает кузнец, пусть даже совсем молоденький, — это не всегда приятно; стремясь вернуть свободу, кот от души цапнул Рэнди за руку. Громко шикнув, юноша стряхнул кота с печи и вскочил, как отпущенная пружина, каким-то чудом умудрившись не разбудить Арсения. Машинально убрав с лица каштановые волосы, он добрел до таза с водой, разбил на ней тонкую корочку льда и, морщась от холода, умыл лицо. Затем, смочив засушенную морскую губку, он прошелся по верхней части тела - худощавого, небольшого, но уже закаленного работой в кузнице. Сон покинул его окончательно. 

В остывшей за ночь комнате растереться на ощупь полотенцем и натянуть на себя колючий свитер казалось неземным удовольствием. Другое дело — попытка расчесать перепутанные за ночь волосы: костяной гребешок потерял в них два зубца. Бросив безнадежное занятие, Рэнди растопил печь и стал обшаривать кухонные  ящики в поисках подходящего завтрака.  

Был у доктора Осокина и холодильник - металлический сундук, который больше полувека назад сохранял продукты свежими, преобразуя электричество в холод. Но стоял он не в кухне, а в сарае, набитый наколотым льдом, в котором держали свежих моллюсков, рыбу и реже — мясо. 

Топать за свежей рыбой в сарай после того, как только-только удалось согреться, юноше не хотелось, от сушеной и копченой уже тошнило, ячьего cыра хватало лишь на четверых, и Рэнди уже подумал, что придется отправиться в кузницу голодным и получить выговор от Масако. Если ученик забывал позавтракать, это никогда не оставалось незамеченным. Но вот в корзине обнаружились целых восемь куриных яиц, принесенных Осокину-старшему кем-то из пациентов, и вскоре юноша приступил к приготовлению омлета, к которому добавились и сыр, и замоченные на ночь сушеные овощи. Когда еда была готова, он не стал дожидаться остальных, стремясь уйти в кузницу пораньше, и тому была причина. Но не успел он положить омлет на тарелку, как причина спустилась со второго этажа. 

—Рэндольф? — окликнул юношу отец. — Что ты мне теперь скажешь? 

—С добрым утром, — пробормотал застигнутый врасплох Рэнди и постарался улыбнуться. 

—Та корзина с чучелом, которую ты вчера над городом летать пустил… 

—Я выпустил ее над морем, отец. Над морем! - сказал юноша как можно более низким голосом, словно это придавало его словам больше веса. 

—Может, ты и направление ветра проверил? 

—Был штиль, и сначала корзина пошла вертикально вверх… 

—А о том, что выше может дуть, ты, конечно же, не подумал! —рявкнул Осокин. — И этому олуху без пяти минут восемнадцать… 

«Лишь в январе. А сейчас только-только сентябрь наступил», — мысленно возразил юноша. 

—Согласен с тобой, —коротко вымолвил он. 

Осокин, ожидавший, что Рэнди будет спорить, и готовый уже разразиться громами и молниями, на пару секунд растерялся. 

—У тебя словно отец не врач! — поднажал доктор. Он, по-видимому, решил, что Арсению пора просыпаться, и не сильно сдерживался. —Надо ж соображать, что эта дура, сверзившись даже с десятка метров, зашибет человека насмерть! Ты для этого камни в чучело положил?

—Да не зашиб же никого! — выкрикнул, в свою очередь, Рэнди, начиная заводиться.

—Не повезло! — саркастически бросил Осокин. —Или старался недостаточно!

—Камней внутри чучела было всего два - для достижения нужной массы. А в корзину я его посадил,  чтоб не мучить кошек и кур, а то для плаванья холодновато. —И вообще, надо было взглянуть, как эта штука при отрицательной температуре летает, потому как сегодня скорее всего уже будет плюс…

—Может, тебе еще и нарваться на чаек захотелось?.. 

Здесь Рэнди поспорить с отцом не мог. В последние дни в городе стали часто находить дохлых птиц: чаек, поморников, альбатросов, прилетавших подкормиться рыбными отбросами да поиздеваться над домашними животными. Хуже того, рыбак Свэн, два дня тому назад добывший на побережье буревестника - «супчик сварить» — теперь валялся у доктора Осокина в клинике вместе со всей семьей — в жару и в беспамятстве. И если раньше морские птицы избегали прямого столкновения с горожанами, опасаясь стать добычей, то сейчас они нередко пытались наброситься на людей, из-за чего маленьких детей в школу сопровождали родители. За чертой города, особенно на побережье, риск быть атакованным и подцепить заразу был еще выше. 

—…В последний раз тебе говорю — не смей соваться за ворота. Иначе… — он задумался, изобретая кару пострашней. — Иначе будешь ночевать в сарае!  

Рэнди воздел брови и глотнул из стакана воды, делая вид, что угроза порядком его напугала. На самом деле в сарае для него была своя прелесть: можно хоть всю ночь что-нибудь собирать, пилить да сколачивать — и никто не будет жаловаться на шум. 

—Хотя почему «иначе»?.. Cегодня же отправишься спать туда! Может быть, это пробудит твою сознательность!..

Рэнди с трудом сдерживал улыбку. Неужто доктор до сих пор держит его за ребенка, которого можно наказывать?



Людмила Брус

Отредактировано: 25.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: