Когда истина лжёт

Размер шрифта: - +

Глава 6

От автора.

Оставлю старое обращение к читателям, чтобы вы максимально точно уловили волну настроения, когда работа только писалась (март 2015). 

"Уважаемые мои читатели!

Для начала спасибо, что комментировали, выражали свои переживания в прошлой главе. Знали бы вы, как мне важны ваши эмоции – по ним я ориентируюсь в руслах, какие слова нужно подбирать, какие эмоции вас трогают, что вам интереснее всего. Поэтому не бросайте это – мне нужны ваши отзывы.

...Ещё хотелось бы сказать спасибо за то, что ждёте следующие главы постоянно, терпите кое-какие ошибки и опечатки, воспринимаете историю, как свою собственную, пропускаете её через себя. Это бесценно.

Пара слов об этой главе прежде, чем вы начнёте читать.
Она далась мне очень нелегко, и эмоционально это одна из самых сильных глав. Пожалуй, в ней раскрывается сильно аспект драматических переживаний, и я рекомендую читать главу под впечатлением от исполнителя Игоря Корнелюка и его тем:
Игорь Корнелюк – Тема любви из к/ф "Мастер и Маргарита"
Игорь Корнелюк – Город, которого нет.

На вопросы отвечу, если будет в них необходимость 
и если это не будет раскрывать какие-то детали сюжета.
В целом, желаю приятного прочтения. Надеюсь, не разочарую вас."

Я перечитывала главу и понимала, насколько не согласна с тем, что и как происходит. Мне, глядя изнутри персонажей, понятны их поступки, мысли Катерины и её реакции, но блин, это настолько сильно отличается от меня нынешней, что сейчас не смогла бы написать так. И эта глава как шлейф из прошлого - просто напоминание о юношестве и крышесносных эмоциях, когда ты не думаешь о поеследствиях, потому что ещё не вырос в своём сознании. Надеюсь, и вы поймёте это, оставляя комментарии о своих переживаниях и ощущениях послевкусия главы.

Приятного прочтения.

_______________________________


В этот злосчастный понедельник я в очередной раз вернулась к прошлой точке отчёта: мой мозг хочет думать о Егоре. Ему не указ ни логика, ни ясность ума, ни трезвость – ничего. Вот и как мне бороться с этим? Сердце не доставляет таких проблем, сколько доставляет мозг. Что делать, если твои мысли связаны с этим человеком? Он противный, мерзкий ублюдок и садист. Он моральный урод. Он смазливый модник и альфонс. Но ты хочешь думать о нём. И как такому желанию сопротивляться?

Поэтому я и не сопротивлялась. Я просто шла на поводу у своих ощущений, потому что сопротивляться с прежней прытью не могла. Было в этом практиканте что-то манящее, что-то, отчего здравый смысл засыпал дивным спокойным и крепким сном. Как? Как такое возможно? После стольких лет сознательной жизни, после стольких, самых разных, отношений с людьми я по-прежнему поддаюсь на чьё-то обаяние. Да ещё и так легко! Меня это бесит. Собственная податливость, с желанием, сознательная. Неужели я нуждаюсь в ком-то, паразитирующем на моей душе, настолько сильно?

Нет. Я по-прежнему Катерина Скавронская, очень любознательная девушка, отличница, немного непослушная и немного садист. Но при этом я хорошая подруга, товарищ и знакомая для многих людей. Помогу, если есть возможность, отвечу и выручу. Чем не прелесть? Так вот, я не позволю какому-то практиканту изменить себя: я семнадцать лет потратила на то, чтобы быть такой, и какой-то там Егор, без роду и племени, не сможет на меня пагубно влиять или загубить мою жизнь. Не позволю.

Для меня понедельник не заканчивался, потому что по утверждению самого практиканта, мне настоятельно следует явиться к нему домой к трём часам дня. Скажите «спасибо», что не позже. Сейчас темнеет раньше, т.к. близится зима. А встречаться в квартире взрослого парня (мужчиной я его называть боюсь) вечером – слишком подозрительно. Моим родителям не соврёшь особо: они знают домашние телефоны Ксени, Оли, Жени и Лары. Правда, они не знают номера Кости, но он ведь тоже парень, как ни прискорбно. 

Нужно ли говорить, что пока я кушала в столовой и ждала, когда закончится у него пара (мою третью – отменили), в голову приходили самые разные мысли: от исповеди до изнасилования. Нет, серьёзно. Давайте будем серьёзными. Мне семнадцать, а ему – двадцать пять. Что нам мешает переспать? Меньше года до моего совершеннолетия, когда все его действия касательно нижней части тела будут законны? Или моральные устои у человека, у которого нет морали? Ответ очевиден. Так что вариант с тем, что он собирается меня «сломать», не убираем в длинный ящик. К тому же, попытки уже были, несмотря на то, что я была Леной.

Лена. Вот, о ком я забыла. Интересно, в любой сцене со мной он видит её? С каких пор? Сколько ещё? До какого момента я буду другим человеком? Не то чтобы я хотела быть собой, но это его «беги» выглядело очень подозрительно и страшно. Внушало действительно брать ноги в руки и драпать. Ну, на это и было рассчитано, что подчинюсь. Я даже дверь не успела открыть, развернулась, а он уже обнял меня. Со спины. Чёрт, моя большая слабость – объятия со спины. Они мне кажутся такими нежными и искренними. Когда не видишь упрёка в глазах и самого взгляда человека, можешь быть максимально искренним, не смущаешься, даёшь волю своим чувствам, которые заглушаешь внутри себя тракторами и экскаваторами. У меня аж ноги подкосились, когда он обнял и поцеловал в шею. Или в спину. В хребет, в общем.  Чувствовать бы каждый день такие  поцелуи – никто из предыдущих парней не проявляли такой нежности. И дело не в том, что возраст не позволял…. Я из тех, кому нужны не материальные подарки больше, а вот такие. Доказать близость друг к другу можно только слабостями и нежностями, которые утоляешь и знаешь, где именно утолять. Может, это устарело, такое отношение, но все мои предыдущие парни такой же формации. Их было трое, и каждый являлся своеобразным лечением от предыдущего. 



1701

Отредактировано: 21.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться