Когда мертвые говорят

Размер шрифта: - +

Глава 3

ГЛАВА 3. Об особенностях рождественского декора…

                {Равнина бескрайняя. Равнина серая. Бесконечная и безжалостная.

Низкое небо. Протяни руку, рыцарь Эван Дональд МакГрегор, и дотронешься до него. Оно такое же бесцветное, как погребальный саван.

Ты думал, что оторвался от преследователей, храбрый рыцарь, рискнувший пуститься в путь по бездорожью, не испугавшийся безлюдных земель и страшных легенд. Но это лишь иллюзия, обман. Как и призрачная надежда на жизнь.

Путевой огонек погас. Резерв на нуле. Руки примерзли к поводьям. Конь, верный товарищ и друг, едва переставляет ноги. Под копытами ещё не болотная топь, чуть прихваченная морозом, но как скоро конь собьется с шага и провалится в черную жижу, то там, то сям блестевшую темными зеркальными окнами. Выжидая. Ей некуда торопиться.

Ты подымаешь голову, разлепливаешь седые от инея ресницы, вглядываешься тусклыми глазами вдаль. Трое суток без сна. Без отдыха. С единой мыслью.

Успеть. Добраться. Привезти.

В дорожной сумке под защитой десятка мощных заклинаний трёх стихий спрятана надежда Шотландии. Надежда королевы.

Золото. Ещё рубины, нитки жемчуга, горсти сапфиров и изумрудов, какие-то цветные камни, которые тоже превратятся в деньги для солдат. Для наёмников, защищающих границы страны.

Ты верил своей госпоже, благородный рыцарь. Но погоня словно знает каждый твой шаг. И с каждым биением сердца все ближе.

На горизонте мигает слабый огонек. Дом болотной ведьмы? Хижина охотника? Одинокая часовня нового бога?

Пришпорь коня, рыцарь, вдруг там ждёт тебя… что-то лучшее, чем смерть в трясине.}

 

Милли моргнула несколько раз, протянула озябшие кисти рук к огню камина. Интересный сон. О прошлом. Редкий случай. Что бы значило? Наверное, если бы этот рыцарь с эмблемой чертополоха на плаще все-таки выжил и довез свой груз до неведомой королевы, то история была бы другой?

Жаль, что по условиям контракта она не может обсуждать свои видения с Киану. Хотя… за многие годы она уже привыкла.

 

В кабинете пахло можжевельником, мускатным орехом и сандаловым деревом. А еще деньгами. Большими деньгами: качественная, дорогая мебель благородных темных цветов, книги в кожаных переплетах, строгий декор. Хозяин стоял в центре комнаты, скрестив руки на могучей груди, и был очень недоволен.

Леди Маргарет вышла, громко хлопнув дверью и развеселив Элингтона своим кратким пожеланием провалиться к акуле в глотку.

Минуту Киану осознавал увиденное.

– Не молчите, молодой человек, – буркнул хозяин дома. – И не пытайтесь произвести хорошее впечатление. У вас все равно ничего не получится.

Искренний до кончиков ногтей или наглый нувориш? Самое неудачное – если он хам, считающий себя просто прямолинейным и честным парнем. Обычно такие люди так и не поняли, что этикет – это искусство говорить изысканные гадости с улыбкой на лице.

– Оцениваю ваше состояние, – маг без приглашения уселся в кресло и вытянул ноги. На стол бы забросить, но тогда эффект будет чрезмерным. Этого закрытого и застегнутого на все пуговички дельца нужно вывести из себя, чтобы он проговорился, обронил лишнее слово, намекнул, сам того не желая, на то, какие секреты спрятаны в стенах этого дома. Если Киану отсюда выпрут с яркими пожеланиями легкой дорожки, разведать тайну будет проблематично.  – И то, что от миллионов осталось.

– Немало осталось, – молодой мужчина с густой шевелюрой черных волос без единого седого волоска нервно дёрнул подбородком. – Если это то, что вас интересует!

Помнится, после десяти лет траура по мужу, Императрица решилась на серию заклинаний омоложения, так на них по официальной версии потребовался годовой доход двух графств и специальное пожертвования благодарности от населения. Естественно, сугубо добровольное.

Поговаривали, что именно оно пошатнуло доверие к Виктории, а не слухи о часто появляющемся с ней господине Б. Ненадолго, до следующего покушения. Как сказала ее величество: «Люблю, когда в меня стреляют. Сразу становится ясно, как народ меня ценит».

На всякий случай лорд премьер-министр обратился к сивилле: не решится ли императрица повторить процедуру, едва не приведшую страну к финансовому кризису. Но вредная провидица заявила, что это не касается судьбы государства и мира, а значит, она ничего увидеть не сможет. Ставьте свечки Единому и молитесь. Чем государственный муж и занялся. После отставки.  

– Маргарет сказала, что вы тут из-за записки, – не стал откровенничать Элингтон.

Болтливая леди по дороге сообщила множество интересных и полезных вещей: основные направления бизнеса, как идут дела, отношения с компаньоном, про господина Додсона посплетничать, а то, что ее зять скинул полсотни лет за пару миллионов, упомянуть забыла.

С другой стороны: омоложение не влияло на продолжительность жизни. Но маги-целители над этим работают. И пусть работают еще очень долгое время!

– А вы будете убеждать меня, что это детский розыгрыш, – Киану уже приготовился выслушать очередные доводы в пользу необходимости умеренных развлечений для молодежи.

– А если нет?

– Вы ведь самая завидная мишень.

Элингтон засмеялся, густым сочным басом.

– Я бы выставил тебя за дверь, – резко оборвав смех, начал он. – Да снежная буря, как всегда не вовремя! Быть виновным в твоей смерти мне совсем не хочется.

– А в чьей гибели вы еще виновны?

– Не люблю рыжих!

– Так все-таки?

– Въедливый ты. Оговорился. Большие деньги – большие жертвы. Без реформ в производстве миллиарды не наживешь. Заменил ткачей на машины, куча народа осталась без работы. Бунтовать еще пытались. Меня тогда только ленивый убить не грозился. Но, как видишь, живым остался я.



Анна Мария Роу

Отредактировано: 27.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться