Когда плачут драконы

Размер шрифта: - +

Глава тридцать шестая: Хрустальный дракон

     Чем ближе они с Орой подлетали к Драконьей долине, тем сильнее нервничала Беата. Нет, она не боялась ни встречи с Создателями, ни их вероятного наказания за дерзость. Но ее до смерти пугало все усиливающееся ощущение, что она не успеет. Что слишком много времени ей понадобилось, чтобы понять Одже и броситься ему на помощь. Что каждая секунда промедления причиняет ему жестокую боль и что он не дождется – не сможет дождаться! – Беатиной поддержки. И тогда все будет напрасно. И ее осознание, и Орино великодушие, и слезы, и мольбы…

     И замерзающее сердце…

     Да почему же?!..

     Что могли боги придумать для Одже? Уж они-то лучше всех знали, какой он на самом деле! И о его отце-изверге знали! И о том, что Одже все-таки не сломался и не стал его подобием! И о том, как тяжело жилось ему с самого детства! Неужели им хватит жестокости добавить ему еще страданий?

     Ох, тогда Беата устроит Божественной Триаде такое, что весь мир закачается! Она-то никого не стеснялась и никаких средств не чуралась, когда было нужно.

     А сейчас было просто необходимо!..

     Золотой дракон почти неслышно скользил по темному ночному небу: то ныряя в облака, то легко взмывая к какой-то яркой звезде. Беата не сразу поняла, что по ней Ора и ориентируется. А Беата невольно смотрела вниз, в черноту, представляя, как совсем недавно здесь шел Одже. Глупо уверенный в том, что Беата от него отказалась, он упорно двигался к Драконьей долине, преодолевая встречающиеся на дороге препятствия и упорно держась за свою идею совершить настоящее дело.

     Думал ли он тогда о Беате? Конечно думал. Он дня без нее прожить не мог. Иначе разве написал бы такое письмо?

     Едва прочитав, Беата не дала себе возможности прочувствовать его содержание, первым делом бросившись на подмогу. Но сейчас, сидя на широкой драконьей спине, она наконец отдалась ощущениям, вызываемым глубокими восхитительными словами.

     Только Одже мог так написать! Но не потому что любил читать и знал немало красивых фраз. А потому что у него была открытая и необыкновенно чистая душа. И вовсе не ему везло, если кто-то проявлял к нему интерес, а тому человеку, что обретал в лице Одже самого верного и самого чуткого друга.

     «Мое яркое жгучее солнце!»

     Эти слова прочно поселились в сердце Беаты, согревая его, даже когда становилось по-настоящему страшно. Что бы она только ни отдала, лишь бы Одже произнес их вслух! А он вместо того, чтобы признаться в своей любви и предъявить на Беату права, оставил ее совсем одну. Ничего он не понимал в женской душе. И Беата не помогла разобраться. Вот и пожинала теперь…

     Ора резко пошла на снижение, и Беата покрепче схватилась за костяной гребень. Неожиданно в голову закралась мысль, что она доверилась незнакомой девчонке, которая несколько месяцев промучилась в человеческом плену и теперь могла попытаться отомстить за свои страдания, отыгравшись на одном из своих врагов. Однако исчезло это подозрение так же скоро, как и появилось.

     Где-то внизу послышался тихий плеск воды, однако Ора скользнула над озером и приземлилась на широком горном уступе. Перекинулась в человеческое обличие.

     – Вход в Заповедную пещеру там, – махнула она рукой вниз. – Только как там до покоев Божественной Триады добраться, я не знаю. Пробовала пару раз в детстве, но побоялась, что не смогу выбраться.

     – Значит, так тому и быть, – упрямо нахмурилась Беата, вглядываясь в предрассветную тьму. Солнце в мае вставало рано, но, чтобы попасть в Долину, его лучам надо было преодолеть горные вершины, а это требовало времени. У Беаты же его совсем не было. Она почему-то не задумывалась о том, что может ошибаться и что Одже на самом деле отправился вовсе не к Создателям. Она ведь точно так же постоянно не понимала его и делала неверные выводы. Но наконец-то решилась довериться собственному сердцу, а не вечно все портившему разуму. – Без Одже все равно не вернусь. Я его сюда загнала, мне и вытаскивать!

     Ора непонимающе покачала головой, а Беата посмотрела на небо, призывая хоть самый маленький лучик, который позволил бы ей добраться до пещеры и не сломать себе шею раньше времени.

     – Но, если ты заблудишься, то не сможешь выручить любимого, – заметила Ора. Беата скрипнула зубами, признавая ее правоту. Это оставалось самым слабым звеном в ее задумке, но никаких других идей у Беаты не было. Опустись Ора на землю, она бросилась бы в пещеру напролом, лишь бы только не испытывать терпение на прочность. Потому что прочности там не было вовсе. Однако в голосе Оры слышался малопонятный намек, и Беата не могла за него не зацепиться.

     – Карты же все равно нет, – затаив дыхание спросила она. Или есть? И надежда есть? И Беата сможет?..

     – Карты нет, – согласилась Ора, и Беата не сдержала разочарованный вздох. – Но есть дракон, который знает все на свете.



Вера Эн

Отредактировано: 07.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться