Когда расцветает жемчуг

Размер шрифта: - +

Глава 3. Урок химии

Во дворец они прибыли в полдень.

По приказу старшего садовника, которого каорри освободили из денника в Архаре, Глебова досаживала каллы вдоль главной аллеи. Голова слегка кружилась, но дерья не стала просить об отдыхе. Наоборот, мысленно готовилась к очередному допросу. Ждала, когда Его величество вызовет в приёмную, и настраивалась на Прочтение. Сиятельный Стасгард не обойдётся докладом брата, сам захочет узнать о нападении в саду стихий. Как? Проникнув в память невезучей свидетельницы.

Саша расправила листья помятого цветка. Вдруг всё будет лучше, чем она думала? В беседке Стеллан мягко проверил воспоминания: не вторгся в глубины разума подобно смертоносной лавине, в клочья разорвавшей сознание, а мягко погрузил в волшебную иллюзию. Пытка или сон – выбирает каорри.

И, было что-то странное в слиянии сознаний. На мгновение садовница ощутила интерес и… понимание, точно младшему брату короля были знакомы её проблемы. Но чтобы его так же Прочитали? Измучили и опозорили подобно слабой полукровке? Нет, глупость. Осторожный ворон не подпустит врага. Клюнет в темя и, взмахнув атласными крыльями, улетит в чащу. Куда там невезучей помощнице бухгалтера!

Бордюр накрыла тень.

– Добрый день.

– Здравствуйте, дерья Айлин.

Глебова встала и поклонилась цетре Его величества. Скрученные в ракушку волосы кофейного оттенка поддерживал аметистовый венец; платье из шёлка цвета сирени подчёркивало глаза, и, казалось, по аллее гуляла королева Карвахена. Яркая, словно райская птица, притягательная, представшая героиней восточных сказок. Невольно садовница захотела коснуться красавицы и проверить: это живая каорри или мираж.

– К чему такие манеры? Алессе? – она оправила накинутый на плечи кружевной платок, – тебя ведь так зовут?

– Да.

Саша стёрла с лица эмоции. Просто так господа до слуг не снисходят.

– Уделишь несколько минут?

– Как пожелаете.

– Прошу, прибереги манеры для Его величества. Он ценит поклоны и обращение на «вы», а мне всё равно, – Айлин улыбнулась, словно встретилась с близкой подругой, – давай прогуляемся к пилонам и обратно.

Дерья шагнула на «ступеньку», дождалась, когда Глебова займёт вторую, и приказала: «Парадные врата»! Механизм зафиксировал туфельки и покатил по аллее.

По небу стелился тончайший тюль облаков, и свет золотой монеты солнца не обжигал глаза. На ветвях глициний чирикали попугаи; ветер теребил кисти, с которых цветочной изморосью осыпались увядшие бутоны. В кольце мраморных глыб гордо возвышались белоснежные лилии, медовым благоуханием приманивая пчёл.

Аромат вскружил голову садовнице, и та покачнулась.

– Ты здорова?

– Да.

Саша глубоко вдохнула. С детства не любила приторные запахи. Вместо духов она покупала в аптеке цветочные масла, разбавляла и втирала капельки за мочками ушей и на запястьях. Помнится, в вечер похищения дерья предпочла дамасскую розу… будто почувствовала резкие перемены в жизни.

– Твоё появление наделало шуму в Афелете.

– Что такое Афелет?

Айлин округлила глаза:

– Не знаешь столицу Карвахена? Серьёзное упущение короля.

– Признаться, я мало что ведаю, – осторожно сказала Глебова. Похоже, цетра была готова рассказать много интересного, осталось лишь подтолкнуть, – не понимаю, почему именно я должна вырастить жемчужное древо, и что в нём особенного. В книгах по ботанике описаны обычные цветы. В парке работают опытные садовники, и какой прок от самоучки? Испорчу семена и что дальше?

– Нет, я точно попрошу Растана нанять тебе учителя! Не рассказать о стихиях! – она теребила бахрому на платке, – как он смеет что-то требовать от тебя?

Саша приподняла бровь.

– Жалко тебя… ну, хорошо. Каждый каорри – носитель одной из семи стихий. Жизни, смерти, огня, воды, воздуха, земли и молнии. Из поколения в поколение семьи оберегают древо своего элемента и собирают цветы. Слияние с бутоном – праздник, полное покорение природной силы. Надеюсь, когда-нибудь будущий супруг подарит аметистовый цветок, – цетра мечтательно улыбнулась солнцу, – мне благоволит энергия небесных вихрей, и в непогоду чувствую себя особенно хорошо. А ты отмечена жизнью.

– Как вы узнали?

– Глаза. Моя стихия проявляется в цвете грозового неба, – Айлин коснулась венца, – у тебя глаза цвета тумана. Твой отец не каорри, ведь так?

– Он человек.

– Поэтому радужка не сияет, из-за примеси чужой крови, – прищурилась фаворитка, – удивительно, как тебя отыскали в зазеркалье. Внешне ты мало похожа на кого-либо из нас, да и магического потенциала нет.

Для последней Васперити откровение прозвучало сродни комплименту. Как и мама, она не обладала пышными формами, на фоне королевских цетр казалась бледной и костлявой. Зато природа наградила ростом: сними собеседница туфли на высоком каблуке, оказалась бы на полголовы ниже.



Вероника

Отредактировано: 18.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться