Когда следы ведут в зазеркалье….

Глава 3

Первый этап отбора Клэр прошла - магистр Остершарф её не выгнал – экзамен она сдаст, самым главным оставалось не провалить практику. С такими мыслями она стояла в главном холле учебного корпуса и ждала рыжего напарника. Время уже близилось к восьми, то есть, прошли полчаса с назначенного ею времени встречи. Мимо проходили, непременно оглядываясь на неё, студенты младших курсов и даже несколько сокурсников, встав поодаль, перешёптывались, время от времени поглядывая на девушку, но рыжей макушки среди них не было. Она хотела бы сама пойти и выдернуть его из постели, но опасалась, что тот может уже идти на встречу по другому коридору, а разминувшись и потратив время на поиски друг друга, они обязательно опоздают. Через ещё пятнадцать минут девушка не выдержала и направилась наперерез потоку выходящих из общежития студентов.

- Ты всё-таки передумала, Торн? – насмешливый голос нагнал её посередине перехода.

- Ты опоздал! – возмущению девушки не было предела. – Я уже собиралась за шкирку тебя вытаскивать из постели!

- Вот я осёл! – рыжий вдруг огорчённо стукнул себя по лбу. – В следующий раз я тебя обязательно дождусь! В постели.

- То, что осёл, это точно, - согласилась Клэр, разворачиваясь к выходу из Университета. Показав стражнику на выходе своё студенческое удостоверение, она по привычке накинула на голову платок, прикрыв им вдобавок нижнюю половину лица. В таком виде она была похожа на идущую по своим делам обычную горожанку и не привлекала внимания прохожих. К тому же такая минимальная маскировка помогала остаться неузнанной другими студентами Университета, которые могли затеять стычку и на городских  улицах. Подобная потасовка действительно с ней случилась в позапрошлом году, но напавших было всего двое и она тогда очень эффективно применила пару приёмов, которым её обучил мастер Лиен. С тех пор она избегала идущих по улицам компаний, переходя на другую сторону или сворачивая на другую улицу, и ещё усерднее занималась у мастера.

- Ты чего это? – удивлённо спросил напарник, косясь на её головной убор.

- Холодно, - не раздумывая, ответила девушка, шагая быстрее. Где расположено здание будущего места работы, и все подходы к нему она давно уже выучила наизусть, так что могла бы дойти и вслепую.

- Ясно, - ответил тот, бросая взгляд на палящее утреннее солнце. Сентябрь в этом году мало отличался от августа. Чтобы дойти до БоРЗ им потребовалось почти сорок минут. Рыжий предлагал нанять извозчика, то Клэр наотрез отказалась – лишних денег у неё не было, а кататься за счёт напарника не позволяла гордость. К тому же улицы были с утра так запружены, что и в экипаже они не добрались бы быстрее. Служащий БоРЗ, встретивший их на входе, сначала долго изучал предъявленные ими студенческие удостоверения, едва ли не пробуя на зуб, потом неспешно сверялся со списком.

- А что так поздно-то? – поинтересовался он, доставая что-то вроде амбарной книги и неторопливо листая ту в поисках последней заполненной страницы. – Последние вы… - наконец, найдя нужный лист, он начал медленно, постоянно сверяясь со списком, записывать их имена в две узенькие строчки внизу страницы. Клэр, раздражённо стянула с себя платок и гневно посмотрела на напарника, но тот с интересом изучал замызганный письменный прибор на столе у конторщика, который, в свою очередь, подняв глаза на девушку, выдал: – А, понятно тогда….

Что ему было понятно, та спрашивать не стала. Сидевший на стоящей вдоль стены лавки то ли пострадавший, то ли проситель, крякнул, а его соседка осуждающе покачала головой. Кончиками пальцев подцепив своё удостоверение, Клэр, гордо подняв голову, прошла внутрь здания, краем глаза всё-таки заметив, как напарник показал конторщику кулак.

Временное разрешение на посещение Бюро они получили у секретаря, где их также ждала сиротливо лежащая на коробке для документов тоненькая папка. Дела из БоРЗ, конечно же, выносить было нельзя, а для их изучения студентам выделили специальный кабинет, обычно используемый для совещаний. Войдя туда, они обнаружили всех остальных своих согруппников, сидящих попарно за длинным овальным столом и изучающих кипы документов. С видом глубокого превосходства те посмотрели на опоздавших,  а Клэр, стараясь не слишком откровенно выказывать своё недовольство  напарником, прошла к свободному угловому столику у окна и придвинула к нему единственный оставшийся незанятым стул.

- Что там? – рыжий, облокотившись об спинку стула, пытался рассмотреть содержимое папки, заглядывая ей через плечо.  

- Наше дело, - едко ответила девушка, жалея, что не осталась стоять. В папке было всего три листочка. Первым оказалось заявление от некого П. Жавиля о том, что из своего зеркала он время от времени чувствует нечеловеческий взгляд, из-за чего у него появилась бессонница и странные видения. Ниже была проставлена печать, датируемая тремя днями позже самого заявления, с припиской о том, что зеркало заявителя прошло проверку и полностью соответствует выпускаемому стандарту. На втором листе было заявление от мистрис Жавиль о пропаже мужа и кота. Судя по дате, те пропали почти месяц спустя. Мистрис Жавиль на полстраницы расписывала достоинства и привычки породистого животного. О муже же было сказано, что тот, вместе с котом исчез внезапно, когда мистрис Жавиль отлучилась к подруге, и никакие вещи из дома не пропали. На третьем листе были суммированы факты, собранные следователем, высланным на дело, а также его выводы. Оказалось, П. Жавиль имел привычку злоупотреблять алкоголем, а также был на десять лет младше жены. Далее, из свидетельств друзей пропавшего выходило, что женился тот в надежде прибрать к рукам состояние владеющей прибыльной модной лавкой старой девы, но в итоге это она прижала мужа к ногтю и затолкала под каблук. П. Жавиль, согласно этим показаниям, был вынужден постоянно ублажать охочую до мужских ласк супругу, а денег та ему давала мало, о чём тот постоянно жаловался друзьям. По мнению следователя, было две равновероятных версии случившегося: либо муж сбежал, прихватив зачем-то кота (допуская при этом, что те могли сбежать вместе), или он, напившись, пошёл домой через расположенный рядом канал (дело было в марте) и провалился в полынью или прорубь. В общем, выходило, что это был обычный бытовой эпизод из жизни города, но из-за наличия первого заявления, поступившего от самого пропавшего до его пропажи, было отказано в его переводе в жандармерию. По городу были расклеены объявления с описанием пропавшего П. Жавиля, но тот так и не нашёлся. Ни на одного из выловленных из канала утопленников тот тоже не походил. К этому отчёту была сделана другим почерком приписка, что кот, в отличие от мужа, всё-таки отыскался. Два месяца спустя тот явился домой, худой и облезлый, что косвенно подтверждало первую версию следователя.