Когда сознание - поток частиц

Размер шрифта: - +

Глава 6 Волна инфочастиц

1

"Комната должна дарить уединение", – думал Эд, разглядывая экран фемтографа. Он делал вид, что не смотрит на потолок. Парень хотел отвлечься от взора камер, но неумышленно краем глаза ловил отражение себя в стеклянной линзе. Раньше, когда статьи в сети разгоняли интерес, фантазии дарили мечты и умиротворяли, а в виртуальном шлеме забывались проблемы, комната не казалась храмом.

Кто-то назовет его параноиком, другие скажут, что он асоциален. Все разом подтвердят, что нужно меняться и вылезать из скорлупы. Но Эд ничего не может поделать. Его внутренний мир жаждет уединения. Эду нравится чувство легкости, непринуждённости, где нет зависимости от чужих желаний и правил, а ощущения, в котором маска соскальзывает с лица, дарили наслаждение. Разум ностальгировал по ним. Скулы ныли от тесных границ роли, правила оставляли прыщи и жирный блеск от волнений, а губы лопались от недостатка сил. Чтобы удержать волю, Эд старается ни о чём не думать. Ведь мысли стали равносильны беспокойству и паники.

Юльем заходит в комнату и топает ногой. Из-под пола выходят стол и стулья. С недовольством Эд уселся и положил руки на столешницу, а точнее чуть не улегся на неё. 

– Мы должны провести ещё пару обследований, – бестактно начал доктор.

– Да сколько можно! Вы уже неделю назад меня изучили по атомам. Дайте мне таблетки и направьте на психотерапию в медцентр. Они меня взбодрят и вернут к реальности.

– Ваша ситуация не так проста, как кажется. Поэтому вы должны находиться под постоянным присмотром.

– Объясните!

Доктор на миг призадумался, но позже продолжил:

– У вас необычная форма когнитивного диссонанса. Диаграмма движения инфочастиц в мозгу через чур агрессивна, а инфоцепи нестабильны. Словно после пробуждения из комы ваши частицы разбрелись по периферической нервной системе и пытаются найти исходную позицию среди инфоцепей.

Эд дивится на доктора с приподнятой бровью. Казалось, что врач обливает его тазом спирта, который одурманивает терминами до полудурости. Прошло несколько секунд, пока затишье не прервал стук двери. Тогда Эд ненадолго ополоумел.

В комнату вошел высочайший доктор. Глаза Эда потянулись по его телу, поднимаясь всё выше. Образ мощной брони сменился длинным халатом до колен. На коже выглядывали родимые пятна. Взгляд уловил самые тёмные на лбу и сбоку на шеи. Глаза пришлого подражали скоплению серых звезд. Открытый глициновый лоб накрыли тонкие морщины, а огромный мощный рог торчал из-под рыжеватых локонов и пробуждал юношеское восхищение. "Дарссеанин", – поражался Эд. Он впервые его видит вживую. Но это блекло, когда разум твердил: "Рарказ, Рарказ, Рарказ".

– Можешь идти Юльем, – сказал дарссеанин. Коллега послушался.

Теперь стул напротив Эда занял его кумир. Раньше парень мог задать ему сотню вопросов, но сейчас забыл их всех.

– Здравствуй, Эд. Меня зовут Рарказ. Не знаю, рассказывала ли Охара обо мне. Мы раньше работали с ней вместе. Такая талантливая брасианка была, ох, прости, не лучшая тема для знакомства. Кстати, я здесь ради тебя.

– А?

– Юльем уже рассказал твой официальный диагноз? Ну же, поговори со мной, я отвечу, что знаю, и попроще. Тебе явно слабо ясна вся сухая терминология.

Эд немножко взбодрился и спросил:

– Почему мои инфочастицы устраивают скачки по мозгу?

– Я могу рассказать, но есть шанс, что ошибусь, так как данных мало. Поэтому мы должны немного продвинуться в исследовании. Я уверен, что Юльем уже предложил тебе новые обследования.

Эд цокнул по неволе, прижался к спинке стула и размышляющее покачал головой.

– Что нужно от меня? – спросил он после недолгих размышлений.

– Во-первых, подписать согласие на вживление спино-нейроного медицинского интерфейса к позвоночнику.

– Что? – сразу же удивился Эд.

– В простонародии его называют ограничитель.

– Не-ет, – смолотил протяжно парень. – Его устанавливают психам или преступникам, или подопытным.

– О чём только не заблуждается народ, – вздохнул ученый. – Его устанавливают для того, чтобы следить за движением инфочастиц, предотвращать опасные резонансы и, в крайнем случае, ограничивать передвижение носителя. Но ограничивать только, если тот будет опасен для окружающих, – уверял он, причем легко и ненавязчиво

Теперь Эд серьезно задумался. Зачем понадобилось устройство: чтобы следить за ним или чтобы обезопасить окружающих? Его тут держат взаперти, в изоляции. И ведь не просто так? Неужто его сознание настолько опасно? А может подсознание? Столько вопросов сводило с ума. Но потом возник главный – я псих? Парень подумал об Ауре, о брате и друге. Если он опасен, то ограничитель не такая большая жертва. Хотя даже лучше, бесплатный помощник в жестокой борьбе за себя, за неизменный мозг и индивидуальность.

– Что будет, если я соглашусь, если я подпишу документ?

– Сделаешь разумный выбор. Но ещё мы должны сообщить опекунше, чтобы она тоже подписала согласие.

– А без неё не как? Она же расстроится, будет волноваться.

– К сожалению. Ты ещё не вошел в стадию полной зрелости, и поэтому имеешь ограниченные права. Таков закон дарссеан и с ним не поспоришь.

После слов Рарказа Эд окончательно приуныл и поник.

– Не расстраивайся. Когда установят ограничитель, ты сможешь свободно ходить за пределами комнаты, встречаться с близкими, гулять. В общем, станет намного легче.

Мысли Эда согласились с кумиром. Он сразу расслабился, но воздержался пока сообщать о выборе.

– Забавно. Я всегда думал, что вы скорее ученый-просветитель, чем врач. Ведь я столько слышал выступлений.



Татьяна Юрэй

Отредактировано: 20.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться