Когда у Золушки критические дни...

Глава 21

Две недели я ездила в мастерскую, как по расписанию. И с каждым днем мое платье приобретало ту форму и красоту, которую мы с Эллиорой планировали, а на примерке, пока портнихи колдовали над моим нарядом, глядя на себя в зеркало, я представляла себя на балу.

Наконец, оно было готово. И мои туфли, которые мы назвали «хрустальными» за их полупрозрачную шпильку. Когда платье и туфли доставили в замок, даже Иксер признал, что мучения были не зря, и ради такой красоты можно и не то вытерпеть.

За это время в Академии прошли выпускные экзамены. Мачеха с сестрами тоже бегали по торговым лавкам в поисках платьев. Пригласительные на бал Огневице и Ядвиге выдали в Академии. В замке творился бедлам. По нашему тихому коридору последние три дня то и дело кто-то проносился с топотом туда и обратно, как будто на пожар. Мачеха, переступив через гордость, пришла выпрашивать драгоценности герцога. Я дала. Мы хоть и не общались с сестрами, но особого вреда от них не было, они предпочитали просто не замечать меня. На всякий случай, позвала в свидетели Эллиору, потому что мачеха могла про долг забыть.

А я не находила себе места. Мне пригласительный не прислали, и где он и у кого, я понятия не имела. До бала оставалось меньше суток, и я решила попросить Эллиору съездить в Академию, разузнать кто их выписывает и поговорить с ректором Авелиусом. Я много что передумала, и одна из правдоподобных версий показалась мне та, что, может, ректор пригласительный утаил, чтобы мы не увиделись с принцем.

— Ужас! — расстроилась Эллиора, когда я рассказала ей про свои подозрения о нечистоплотности ректора. — Неужели он на такое способен? Это не справедливо, не ходить на бал, когда заслуживаешь больше других. Возможно, произошла какая-то ошибка, — нахмурилась она. — Почему же ты раньше не сообщила?

Я тяжело вздохнула.

— Возможно и такое, что исключение меня из списка студентов автоматически привело к исключению из списка приглашенных, — озвучила я еще одну версию. — Бал завтра, там всю ночь будут веселиться, — совсем сникла я.

— Я поеду прямо сейчас! — Эллиора начала быстро собираться. — Но вернусь только завтра, — предупредила она. — Мне поручено встретить принцессу Оливию, мою племянницу, прибывшую по приглашению короля и королевы. Официально погостить, но не буду скрывать, скорее всего, как одну из невест принца.

У меня в груди все оборвалось. Я молча вышла и направилась к себе.

Плакать, а что мне еще оставалось.

На следующий день к обеду Эллиора не вернулась.

В пять часов вечера со двора выехала карета с отцом, мачехой и сестрами. Их провожали всем двором. Слуги выстроились в ряд, желая удачи, нарядный кучер, корзинки с едой, чтобы отец и мачеха могли повеселиться за стенами королевского дворца, пока сестры танцуют на балу.

И где-то там над королевским дворцом уже гремели первые салюты.

Не зажигая света, я легла на кровать, пытаясь уснуть, чтобы проснуться завтра, когда все закончиться. На улице было еще светло, но на наши окна падала тень от горы, в комнате стоял полумрак. Не менее расстроенный из-за меня Иксер пристроился рядом.

Неожиданно в комнату вошла Эллиора. Так подкрадываться умела только она. Едва взглянув на нее, я все поняла, у нее все было написано на лице.

— Не буду врать и изворачиваться, пригласительного нет и не было, — сама сообщила она. Тихо села рядом на краешек кровати. — Ози Рума сказала, что таковы были условия сделки королевы и принца, за опекунство моего брата над тобой. Мне очень жаль, — покачала она головой. — Но не стоит убиваться, у тебя впереди будут тысячи балов! — попыталась она меня утешить. — В Отране нечем заняться долгими вечерами, когда на улице метет снег и завывает вьюга.

— Этот единственный, его ждут все года учебы, — мне стало невыносимо тяжело, как будто мне только что сообщили, что добрых волшебников не существует. А я кто? Клякса на бумаге?

— Может, переберешься поближе к нам? — попыталась меня отвлечь принцесса. — У меня рядом есть свободная комната. Ты тут совсем одна…

— Я не одна, со мной Иксер. В этой комнате жила моя тетя, которая была мне как мама.

— Ладно, — согласилась Эллиора.

Она встала и тихонько ушла.

— Будет под дверями подслушивать, — проворчал Иксер.

— Мне все равно, — с тяжелым сердцем ответила я, свернувшись калачиком.

Жизнь била ключом — и все по голове. Исключили из Академии, оставили без пригласительного. Я бы ни за что на свете не променяла его ни на какие драгоценности и титулы. И думать о принце не имело смысла. После того раза мы не виделись, я уж не знала, что думать. Зачем ему я, если у него тысячи женщин, готовых выйти за него замуж, и кто-то любит не меньше меня.

— А полетим на гору, посмотрим на салют, как стемнеет, — предложил Иксер.

— Не хочу, — ответила я.

Врала. Очень хотелось. Только там мне станет еще горше, потому что на празднике сейчас были все, с кем я училась. И не сдержавшись, захлюпала носом, а потом зарыдала в голос. От всей души. Надеясь, что слезы хоть немного утолят боль, сдавившую грудь.