Когда у Золушки критические дни...

Глава 36

Герцог Сигхур и его свита, состоящая из его невесты, с закрытым вуалью лицом, принцессы Эллиоры, которая приходилась ему сестрой, короля Артура – короля Кракена, которому герцог, ещё в бытность принца, был и наставником, и опекуном, принца Максимилиана – наследника Драгона, и нескольких слуг, которым выпала честь сопровождать вереницу из пяти карет венценосных особ, запряженных черными двуногими конями, вкатили на королевский двор Эльвана.

Дворец был прекрасен. Древняя постройка, бог знает каких времен.  Величественные колонны, широкие анфилады, террасы и балконы, огромные витражные окна, высокие башни, золотые островерхие пики крыши, увенчивающие постройку из серого и черного камня, лепнина на стенах и бордюрах, статуи мифических существ, недобро подглядывающих на гостей сверху, золотое плетение на перилах лестницы. Перед дворцом — выложенная плиткой площадь, дорожки, укрытые арочными креплениями, увитыми цветущими лианообразными растениями, фонтаны, оформленные готическими скульптурными группами, состоящими из персонажей древних сказаний.

Так сразу и не скажешь, что это дворец короля темных альвов.

Если об Эльване сведения были скудные, в основном, конечно, небылицы от эльванцев, не пойми за каким айном распускающих о себе недобрые слухи, то о короле Эльвана Ангериуме Первом знали еще меньше. Во-первых, следуя давно известной и оправдавшей себя пословице "хочешь неприятностей – помяни всуе мага", короля Эльвана, как самого сильного мага, старались выбросить из головы напрочь, чтоб даже случайно его не вспомнить. Во-вторых, никто не помнил, когда король Ангериум в последний раз покидал Эльван, поэтому до него, в общем-то, никому, кроме как в Эльване, не было дела. На соседей не нападал, породниться с другими королевскими домами не пытался, веселья сторонился. В соседних королевствах жизнь била ключом, правители сменяли друг друга, как времена года, кто-то женился, кто-то разводился, интриги, заговоры, сплетни... — страсти кипели, как вода в котелке, и только в Эльване, как оказалось, жизнь текла размеренно и без потрясений, как будто застряла во времени. Где-то даже решили, что наследники Эльвана, скрывая смерть своего великого предка, косят под него, чтобы их побаивались. И, в общем-то, если это было правдой, результат превзошел ожидания: на собственной шкуре проверять или опровергать эту версию смельчаки не торопились.

Несмотря на закрытость и оторванность от всего мира, по дороге во дворец сложилось впечатление, что люди здесь – возможно, конечно, это был всего лишь фасад – живут богато. Храмы древних не разрушены, дома высокие и крепкие, кругом засеянные и вызревающие поля, дороги, будто натянутые ленты — широкие, ровные, покрытые черным камнем и застывшей смолой…

Принцесса Эллиора и герцог Сигхур здесь бывали и ничему не удивлялись, принцесса Ариэль приехала на родину с тяжелым сердцем: смотреть, как в ее землях прочно обосновался чужой народ, ей было невыносимо горько — она сидела в углу кареты, в тяжелых думах. Остальные дивились, сколь сильно отличались слухи от существующей реальности. Никакие мертвецы по дороге им не встретились, не ходили по улицам городов и деревень зомби, не пыталась толпою напасть нечисть — все было, ко всеобщему разочарованию, чинно и благопристойно.

— А вы чего ждали — реки крови? — не выдержал герцог Сигхур кислых мин принца Максимилиана и короля Артура. — Так тут преступникам сразу головы рубят, а судьям в первую очередь, да и маги через одного — телепаты, никакое преступление в мешке не утаишь. Развели у себя в стране, понимаешь, бардак… — зыркнул он на неспокойных попутчиков, сто раз пожалев, что согласился их взять с собой. — Там, за мертвой пустошью, болота, там они на умертвиях тренируются.

— Ага, а трупы-то где берут? — вызывающе придрались оба.

— Тело им для дальнейшего использования продают те, кто в хорошую жизнь верить перестал. В человеческих землях в конторах пишут завещание и получают хорошие деньги, а когда умер, срабатывает сигнальный маячок, и где бы человек ни был, найдут и сюда порталом переправят. Из них делают первоклассных слуг — молчаливых, покорных, нетребовательных. И грамотных, а ведь иной при жизни читать не мог. Работать могут круглые сутки без сна, без отдыха. С виду человек, а внутри сплошная магия — и никакого разложения, обычный голем. Окупаемость баснословная. Работает такой умертвий лет двадцать — тридцать за пайку хлеба и стакан воды.

— И что, ни один не ожил?

— С какого рожна ему оживать? — изумился герцог. — Крови нет — составом специальным заменяют, органы перерождаются в иную материю, а в мозгах кристалл с определенной программой. Им человек нужен, чтобы сам процесс создания идеального слуги сократить в разы. Вряд ли кто-то вообще способен создать кровеносную или нервную систему из тончайших и не видимых глазу нитей. Но если начнется война, все эти мертвецы встанут и пойдут войной против нас — и все те, кто останется лежать на поле боя тоже.  Согласитесь, немыслимые биотехнологии.

— Вот это и напрягает.

— Так к вам не лезут, и вы не прыгайте. Свожу вас, как-нибудь, в магазин, где умертвий продают. Давно хотел прикупить с десяток, пора заменить писарей. Те, которые запретную литературу копируют.

— Фу-у! — скривились и Эллиора, и Артур, и Максимилиан.

— А вы хотите, чтобы таких вот умертвий драконы или демоны научились поднимать из могил? Слава богу, для этого еще надо специальной магией обладать, а то бы половина населения уже давно ходила в умертвиях.