Когда умру, я стану снегом...

73

Катя уставала, срок уже был приличный и ребенок все чаще шевелился, причиняя движениями легкую, но тянущую боль. Но она не поддавалась, не жаловалась и от внимательной Ирины тоже скрывала свое недомогание. Работа с утра до вечера помогала отвлекаться от грустных мыслей, да и потом, ночью, от усталости легче было уснуть. Порой все же просыпалась в слезах, давясь глухими рыданиями, но теперь успокаивалась быстрее — малыш недовольно толкал ножкой, напоминая о своем существовании.

Через два дня, когда основная масса срочных дел закончилась, Ирина объявила:

— Ну что же, мы с тобой большие молодцы и заслуживаем несколько дней отдыха. Думаю, до середины следующей недели заслуженно имеем право ничем серьезным не заниматься, только проверять почту и отслеживать доставку груза. А вот сегодня мы можем сходить, проведать твою свекровь. Ты как, готова?

— Да, наверное. Не вижу смысла тянуть, Ирина. Тяжелое какое-то чувство у меня на душе, или предчувствие нехорошее. Не знаю. Почему-то думаю, нужно мне с ней как-то помириться.

— Брось, предчувствия у нее. Нечего думать о плохом. О себе надо думать, о ребенке. Сколько можно одно и то же повторять. Давай, одевайся потеплее и прогуляемся, заодно я у бабки Фроси мыло заберу. Она заранее наготовила, для постоянных клиентов.

 

Воздух опалил легкие. Морозы, хоть и спали, но холод не спешил уходить из деревни. На тоненьких деревьях серебрился мохнатый иней, сосны и ели поскрипывали даже от малого ветерка. Петляя по лабиринтам снежных прорубленных коридоров, Катя удивлялась, насколько неприветлив и угрюм северный край. Но при этом и здесь уживается человек. Так может и она найдёт со свекровью общий язык…

Визгливый собачий лай встречал их задолго до того, как показалась распахнутая настежь кособокая калитка. Дворняга извивалась, приветливо махала хвостом и рвалась с цепи, будто голодная. Пройдя по узкой натоптанной тропе до дома, они в недоумении остановились. Гостей встретил огромный замок на двери. Дом был не просто закрыт. Он, одинокий, печально смотрел на пришедших женщин темнеющими окнами, заверяя, что внутри давно никого нет.

— Ничего не понимаю, — удивилась Ирина, — куда она делась…

— Может вышла куда?

— Да нет, так тут не выходят… — и увидев непонимание в глазах Катеньки, пояснила: — Здесь все свои, понимаешь? Дом на замок никто не закрывает. Так, на чурочку или на гвоздик. А если висит замок, то дома давно никого нет. Ну да ладно, скотину же кто-то кормит. Пошли к Фросеньке.

 

Катя, почувствовав неприятное волнение, прижала ладошки к щекам. Нехорошая мысль скользнула, но тут же захотелось ее отбросить.

Нет, не может быть. Неужели и она…  Нет, только не это… Не надо, Господи... 



Е.Светлая

Отредактировано: 10.06.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться